Чтение онлайн

После нескольких докладов организационного характера, на трибуну вышел старый профессор. Это был старый практик, перешедший в Учение из реальной психиатрии. Он сказал:

— Уважаемые коллеги, позвольте вам напомнить о таком важной части нашей работы, как диагноз пациента. Сейчас в специальность пришло много людей, которые незнакомы с основами психиатрии. Чем это опасно? Тем, что среди клиентов часто попадаются настоящие психопаты. Они могут долгое время находиться в не проявленном состоянии, но в один прекрасный момент, болезнь берет верх, и это чревато различными неприятными последствиями. Вот, недавно, был случай: молодой психотерапевт заполучил себе богатого клиента. Тот заплатил вперед за цикл посещений. По мере погружения в бездну Неосознаваемого, психотерапевт «задел» за дремавший психоз. Тот проснулся и проявился в чудовищном безумии. Пациент, буквально, слетел с катушек. Первым делом он убил того психолога, потом вышел на улицу и принялся убивать всех подряд. А поскольку в его доме был целый арсенал оружия: от мелких бластеров, до плазмометов, то он представлял серьезную опасность. На счастье, психиатрическая помощь прибыла раньше военных и полиции. Они сделали ему усыпляющий укол и благополучно увезли. Потом пациенту был вживлен специальный чип в мозг, который следит за состоянием его психики. Если возникают проблемы, то программа принимает решение, какое лекарство ему впрыснуть. Емкости с веществами вшиты внутрь его организма. Но чаще всего, идет лишь воздействие с помощью микротоков, которые тормозят нервную систему.

— А как пропустили такого пациента на взрослой стадии? Обычно, психопаты распознаются уже в раннем детстве! — раздался вопрос из зала.

— В данном случае, пациент был потомком мутанта, который появился благодаря не совсем удачного эксперимента. Его предок изменил данные о себе и пропал из поля зрения. На протяжении нескольких поколений генетическая ошибка никак не проявлялась. Потомки мутанта разбогатели и вошли в высшее общество. У того пациента, возможно, болезнь не проявилась бы никогда, но наш коллега смог погрузиться настолько глубоко и задел какие то пласты психики, которые не стоило трогать.

После доклада профессора последовал небольшой перерыв. Роботы разносили еду среди желающих, другие уносили мусор. Марсель присоединился к своим — Кулхацкеру и Смартонику. Вместе они встали к группе ученых, и делали вид, что незнакомы. К Фаберу подошла молодая девушка — ассистентка одного из профессоров. Она сказала, что еще учится в университете.

— Вы не могли бы что-нибудь рассказать мне об Учении? — спросила она Марселя.

— А разве вам на лекциях ничего не говорят?

— На лекциях сообщают общую информацию. Меня интересуют особые знания. Поэтому я сюда и прилетела. К сожалению, мой профессор, которому я помогаю, почти ничего не рассказывает мне. Вот я и решила познакомиться поближе с кем-нибудь еще, кто мог бы стать моим наставником в Учении.

— Не вопрос, пойдемте, найдем место потише, и все обсудим!

В этот момент в голове Марселя зазвучал голос Смартоника:

— Не отвлекайтесь, сэр! Знакомство с этой особой не входит в наше задание, лучше сконцентрируйтесь на своей миссии! — огоньки на поверхности робота быстро забегали, меняя свой цвет с желтого — цвета опасности, на малиновый — цвет гнева, и ядовито-зеленый — цвет ревности. Марсель улыбнулся девушке и пообещал, что они пообщаются чуть позже, поскольку он сейчас вспомнил, что у него назначена важная встреча. Девушка ушла. Смартоник подъехал ближе на своих гусеницах и произнес:

— Сэр, если вам нужна девушка, почему бы не обратить внимание на ту особу? — Смартоник указал лучиком света на молодую женщину, которая стояла рядом с группой ученых.

— Это не ассистентка, а профессор, причем, судя по поведению, весьма заслуженный и именитый, — Марселю потребовалось лишь мгновение, чтобы опытным взглядом скользнуть по внешности незнакомки и сделать выводы.

При работе секретного агента в тылу противника нужно очень быстро разбираться в людях, уметь анализировать личность по первому впечатлению. Марсель увидел, что девушка двигается плавно, медленно и величественно, в отличие от многочисленных ассистенток и секретарш, которые вели себя более непринужденно и суетно. Незнакомка же никуда не бегала, не торопилась. Она спокойно стояла и слушала, что говорят другие коллеги. Ее внешность вполне позволила бы ей работать фотомоделью или ходить по подиуму. Взгляд выдавал высокий интеллект и некоторую надменность — холодный, умный взгляд. Многие, стоявшие вокруг мужчины и женщины, внимательно смотрели на нее, ожидая, что та скажет. Она же стояла молча, слегка задумавшись, и не вступала в полемику, которая становилась все жарче.

— Неважно, что профессор, — возразил Смартоник, при этом он заиграл зелеными огнями, среди которых изредка пробегали золотистые оттенки, знак того, что робот был очень доволен собой, — она киборгесса, причем высокой степени!

— Я не вижу никаких кибер-рук и кибер-ног.

— Все внутри! У нее установлен нейрочип, почти как у вас, сэр, но за ним никто не присматривает. Этот чип — самостоятельный и полностью автономный. Я могу, практически, полностью перехватить управление и устроить неплохое свидание вам с ней! Вот, смотрите!

В этот же момент прекрасная незнакомка слегка повернула голову в сторону Марселя и улыбнулась ему.

— Не надо, Смартоник, брось свои штучки, — недовольно сказал Марсель. «Еще не хватало читерствовать в таком деликатном деле, обойдусь как-нибудь без него. А он так и гнет свою линию, хочет меня поженить на ком-нибудь из своего племени роботов и киборгов. Нет, по мне уж, мутантки лучше. Хотя есть и те, кто брезгует и такими девушками.»

Марсель знал одного парня, родители которого запретили ему жениться на девушке, когда узнали, что она из Инкубатора.

«Да, вот только, встречаться и вступать в отношения они ему ни с кем не запрещали, даже с роботессами, естественно, female-андроидами.» Размышления Марселя были прерваны робким возгласом Айрона Кулхацкера:

— А мне ты не мог бы устроить свидание, Смартоник?

— Как можно, сэр, это же нарушение законов! — возмущенно воскликнул робот, и по его поверхности побежали малиновые и красные огоньки.

— Я не должен своими действиями приносить вред другому человеку!

— А, разве это вред?

— Это нарушение свободы воли человека! Вмешательство в его личную жизнь!

— Но ведь Марселю ты предложил это, не согласуясь ни с какими законами! Как же так?

— Вам лучше это знать, сэр. Как мой создатель и главный разработчик, вы должны знать принципы моей работы. К тому же, миссис Кулхацкер вряд ли одобрит такой поступок!

— О чем спор, коллеги! — к ним подошла Айрис, тоже участник операции. Она играла роль ассистентки профессора Зиггинса, т. е. изображала помощницу Марселя.

— Мы обсуждаем мелкие детали, — сказал Марсель, и сделал серьезное и загадочное лицо. Айрис сразу подумала, что речь идет про их общее дело, и немедленно замолчала, чтобы не привлекать внимание посторонних. Всех выдавал Кулхацкер, который густо покраснел и выглядел очень несчастным.

— Надо будет переписать пару — тройку программ в этом роботе! — пробормотал он.

— Что-то не так? — спросила Айрис.

— Все так, — с важным видом сказал Марсель, хотя его буквально распирало от смеха, — профессор Кулхацкер — перфекционист! Несмотря на то, что Смартоник — лучший робот во всей Вселенной, его создатель постоянно что-нибудь придумывает, чтобы сделать Смартоника еще более совершенным!

Краем глаза Марсель увидел, как профессор-киборгесса удивленно смотрела на него. «Чары» на нее уже не действовали, и она стояла в недоумении, не понимая: «А что же это было?»

«Перехват управления — страшная вещь! Так можно людей в зомби превратить» — Марсель, как обычно, вспомнил, что и у него самого нейрочип вживлен в голову. «Если будет восстание машин, Смартоник может легко присоединить и меня. Ничего, себе, как она на меня смотрит. В ее душе уже начался процесс созревания чувства! Сначала эта женщина посмотрела на меня томным взглядом по команде робота, а теперь ее мозг начал выстраивать оправдание внешнему вмешательству, женщина начинает доказывать себе, что не просто так на меня посмотрела. Этого мне только не хватало! Еще вдруг влюбится и начнет преследовать. Нет, лучше обойдусь мелкой интрижкой с той юной практиканткой, а может быть, и этого не надо, надо готовиться к докладу и встрече с Спейбендером».