Чтение онлайн

Юс Ференс Диа расправил плечи и будто даже воспрянул духом, что не ускользнуло от его брата. Если Картапелла попросит за «сладенького», то придется уступить, а не хотелось бы. Аль Ференс должен был представить его перед советом деймов. Юс заслужил возмездие. И если бы дело касалось лишь их двоих, то Аль отпустил бы его с миром в любую сторону света. Но пострадало слишком много ни в чем не повинных созданий. И посему Хранители имеют право на суд.

Ведьма усмехнулась, казалось, она знала мысли обоих братьев и от того веселилась, понимая, что сейчас играет на их чувствах. Такие игры всегда доставляли ей удовольствие.

— Не бойся, миленький, — обратилась она к Алю Ференсу, — многого не запрошу. Мне не нужно богатство и не нужна власть, я хочу другое…

Картапелла замолчала и, выдержав паузу, ехидно добавила, оборачиваясь к Юсу Ференсу:

— Боюсь, ты будешь разочарован, сладенький. Больше ты мне не нужен.

— И чего же ты хочешь? — задал он вопрос сквозь зубы с презрением, желая уязвить.

Но ведьма была спокойна как никогда. Она уже все решила, и сейчас ей осталось лишь озвучить то, что давно хотела:

— Свободу. Я желаю быть свободной и жить там, где пожелаю.

— Свободу?! — удивились братья, одновременно высказав это слово.

— Да. Я… — от былой уверенности и спокойствия ведьмы ничего не осталось. Больше не было маски, Картапелла открыла свое настоящее лицо. Нервно перебирая тонкими дрожащими пальчиками складки на подоле своего платья, она почти умоляла, — Я… ничего другого не хочу, только свободу. Вы не знаете меня, господин Аль, я не такая, как говорят, совсем не такая. Мне не нужны дети, я не делаю никаких опытов над ними, я — знахарка только и всего… я не смогла оправдаться тогда, да мне и не поверили бы. Столько несчастных детей погибло, но не по моей вине. Вернее, не только по моей. Я не со зла, я не хотела… Это все проклятье моей матери, яд во мне он убивает не только меня, понимаете? Господин Арлен дал мне противоядие, я теперь могу жить как все, как обычная женщина. Прошу вас… поверьте мне… прошу вас!

Ветер растрепал её волосы и как будто сдул с нее былую спесь. Слезы текли по прекрасному лицу Картапеллы и точно смывали всю её прошлую жизнь.

Аль слушал хмуро. В исповеди ведьмы не было лжи. Он это видел и принял решение.

— Успокойтесь. Я верю вам. Отныне вы свободны и можете поселиться там, где вам вздумается, но при одном условии.

— К-каком ус-словии? — её голос дрожал, но в нем послышались нотки надежды.

— Вы согласитесь дать показания на суде против Юса Ференса Диа, — при этих его словах, брат поник головой и отвернулся, — и обязательно сообщите мне место своего нового дома.

— Да. Я выступлю в суде, — согласилась она, а потом удивленно спросила, — А зачем вам знать, где мой дом?

— Вы ведь знахарка?

— Да.

— Тогда мне могут пригодиться ваши советы, — подмигнул ей Аль, — Юс, ты проиграл. Прости, но мне придется взять тебя под стражу.

— Нет, подожди, Аль! Не делай этого! Мы же братья! — Юс пытался сопротивляться силе брата, но тщетно.

Тот наложил на него заклятие и, обездвижив, спустился с ним к крыльцу дома Жило. Картапелла тоже предпочла оказаться на земле, и дракон мягко приземлился у ног Аля Ференса.

— Хотите, мы отвезем вас?

— Куда? — не понял Аль.

— Куда пожелаете, — ответила Картапелла.

Повелитель не успел озвучить своего решения, как к ним вышел перепачканный кровью Зей.

— Постойте! — закричал он, приближаясь.

Картапелла и Аль Ференс переглянулись, не понимая, что происходит. Зей тем временем упал перед младшим сыном Ференса Соэля Диа на одно колено, и, успокаивая дыхание, хрипло проговорил:

— Прошу вас, данной вам властью вашего отца освободить меня от долга Хранителя старшего сына повелителя темного королевства.

— Зей, что с вами? Поднимитесь, — Аль Ференс смотрел на него с подозрением. Странное поведение всегда сдержанного молчаливого друга детства Юса, привело его в замешательство, — Вы ранены?

— Нет. На мне чужая кровь, — ответил Зей, оставаясь на месте, — Прошу вас, Аль Ференс, снимите с меня мой долг. Вы можете!

— Но почему? Вы понимаете, что тем самым опозорите свое имя и поставите жизнь вашего господина под угрозу? Понимаете?

— Да. Я понимаю, — короткий жесткий ответ.

Они смотрели какое-то время в глаза друг другу. Аль Ференс понял, что на такое решение должна быть веская причина. Хранитель — почетный долг и мало кто откажется от него по собственной воле. Бывают расторжения договора при обоюдном согласии и передаче своего подопечного другому Хранителю. Но редко. Здесь же идет прямой разрыв.

— Властью данной мне Ференсем Соэлем Диа я снимаю долг Хранителя с Жусса Сауэля Зея. Отныне вы свободны от клятвы данной моему отцу. Что подтверждено присутствующими здесь свидетелями — Картапеллой Вивале ар Калией и …

— Джеромо ар Кали, — громко проревел своё имя дракон.

Двух свидетелей было достаточно. Облегченно вздохнув, Зей поднялся с колен, отряхнулся и с ненавистью произнес:

— А теперь я его убью сам!

— Не так быстро, Зей! — Аль, будто предчувствовал и интуитивно загородил собой брата, — Что он вам сделал? Что случилось?

— Отойдите, господин Диа. Ваш брат убийца. Я имею право на возмездие. Поверьте мне, имею.

— А я помогу! — обрадовался дракон и оскалился, предвкушая для себя развлечение.

— О, миленький, а тебе-то он, что успел сделать? — удивилась Картапелла, заглядывая в изумрудные глаза своего родственника.

— Достаточно того, что он сделал тебе, — прохрипел дракон в ответ.

— Так… — Аль выставил перед собой руку в протестующем жесте, — Позвольте и мне сказать. Юс Ференс виноват во многих бедах, передо мной и моим королевством он виноват больше, чем перед кем-либо другим. Зей, поверьте, месть — не самое мудрое решение. Мой брат должен быть судим советом деймов. Я не позволю вам его убить без суда.

— Не позволишь его убить?! А ему можно? Можно было убить её снова?! — в глазах Хранителя тайн появилась такая боль, что Аль Ференс вначале отшатнулся, а потом, догадавшись, про кого может идти речь, схватил его за плечи:

— Кого он убил, Жусс? Скажи мне: кого?!!

— Хельгу…

— Нет, — глухой стон сорвался с губ повелителя.

Аль Ференс Диа пошатнулся и, опираясь на трость, обернулся к брату. Тот находился все еще во власти его чар. Он не мог двигаться, но все прекрасно понимал. Глаза Юса Ференса выдавали неподдельный ужас.