Чтение онлайн

У нее захватило дыхание от боли. Какой-то долей сознания она возмутилась: "Что это за отношение, как барышник, выводящий племенной скот? Я не какая-нибудь кобыла, черт побери! Ты не знаешь, что ли, какого я ранга?"

Леофрик теперь обратился к ней:

– Какого ты звания, маленькая франкийка?

Холодный ветер задувал горячие угли, они вспыхивали попеременно красным и черным. Аш встретилась глазами с девочкой-рабыней, стоявшей на коленях по ту сторону железного треножника. Ребенок, вздрогнув, отвел глаза. "Он что, всерьез?" - подумала Аш. И задрожала от притока теплого воздуха от углей.

– Наверное, в звании помещика. Я по праву занимала места за столом рядом с людьми пятого звания.
– Ей вдруг стало невероятно смешно.
– Я сидела за столом с такими людьми, как священники, доктора юриспруденции, богатые купцы и дворянки!
– Аш подвинулась поближе к краю дубовой кровати и к ближайшему треножнику с горячими углями.
– Кажется, я угощалась рядом с людьми рыцарского звания, ведь я замужем за рыцарем. "Источник средств к существованию не столь облагораживает, как благородная кровь". Наследственное рыцарство важнее наемничества.

– А я какого звания, по-твоему?

Через час ее вполне безопасно подвергнуть умеренной пытке.

Плоть так легко горит.

– Второго, если амир - второй по званию после короля-калифа; то есть епископ, виконт или граф равны.
– Голос у нее был спокойным. В голове неотвязно звучал вопрос: "Что делает Джон де Вир, жив ли граф Оксфорд?" Она настороженно следила за визиготским аристократом.

– Значит, как ты должна обращаться ко мне?
– спросил он своим озабоченным тенором.

В ответ он ждет услышать "господин амир" или "милорд"; он желает какого-то проявления уважения. И ехидным тоном она предположила:

– Отец?

Леофрик отвернулся, отошел на несколько шагов, вернулся; свои бесцветные глаза, в окружении морщин, он не сводил с ее лица. Он щелкнул пальцами, давая знак рабу записывать:

– Предварительные заметки: об уме и личностных свойствах.

Аш толчком приняла сидячую позу на соломенном тюфяке; от боли скрежеща зубами. Глаза ее слезились. Она поплотнее запахнула теплый шерстяной плащ на своем голом теле. И открыла рот, собираясь прервать его. Лицо маленькой рабыни исказилось от страха.

– Она...
– Леофрик замолчал. Под его одеждами что-то заходило ходуном, выросла выпуклость возле его кожаного пояса тонкой работы. Из его рукава вынырнул серый нос и усы большой крысы-самца. Он рассеянно опустил руку на деревянную кровать. Крыса осторожно спустилась по руке и уселась на соломенный тюфяк рядом с Аш.

– Уровень развития ума - на восемнадцать-двадцать лет, - диктовал визиготский амир.
– Быстро приходит в себя после боли и увечий и других видов физических воздействий; за два часа оправилась от выкидыша почти девятинедельного эмбриона.

От изумления Аш открыла рот. Она подумала: "Пришла в себя, как же!" и тут же испугалась, когда муха задела тыльную сторону ее ладони. Она замерла, вместо того чтобы отмахнуться от насекомого, и всем телом задрожала. И опустила глаза.

Серая крыса снова тыкалась носом ей в ладонь.

– По моим предварительным наблюдениям, с раннего возраста жила среди солдат, усвоила их манеру мыслить и освоила обе военные профессии: проститутки и солдата.

Аш вытянула вперед пальцы, все в коричневых пятнах. Крыса начала лизать ее кожу. У крысы была пятнистая серо-белая спинка и живот, один глаз был черным, другой красным, ее короткая шерстка оказалась мягкой и бархатной на ощупь. Аш осторожно протянула руку и ласково почесала ее за теплым нежным ухом. Она попыталась воспроизвести чириканье, какое слышала от Леофрика: "Эй, Лизуха. Дружишь с колдуньями, признавайся, а?".

Крыса подняла на нее свои блестящие разноцветные глаза.

– Не способна концентрировать мысли, не способна планировать свои действия на перспективу, готова жить сиюминутными ощущениями.
– Леофрик сделал знак писцу прекратить записывать.
– Мое милое дитя, не думаешь ли ты, что мне зачем-либо может понадобиться женщина, которая добилась поста капитана наемников на варварском севере и объявляет, что ее военные умения опираются на помощь от Голосов святых? Невежественная крестьянка, обладающая только физическими умениями?

– Нет.
– У Аш похолодело в животе. Она продолжала поглаживать бархатную шкурку крысы.
– Но ведь вы считаете меня не такой.

– Ты пробыла достаточно долго у моей дочери, чтобы симулировать умение применять на практике каменного голема.

– Вы повторяете слова короля-калифа.
– Аш позволила себе сказать это циничным едким тоном.

– В данном случае он прав.
– Высокая костлявая фигура Леофрика опустилась на край кровати. Серая крыса легко и быстро пробежала по тюфяку и вскарабкалась по его бедру, встала, опираясь передними лапками О его грудь. Он добавил: - Господня Утроба оказался прав, знаешь ли: у нас, визиготов, нет выбора, мы можем быть только солдатами...

– Господня Утроба?
– эхом повторила его слова пораженная Аш.

– Господен Кулак, - поправился Леофрик. В карфагенском готском языке это обозначалось одним словом - видимо, титул.
– Аббат Мутари. Надо мне прекратить называть его так.

Аш вспомнила жирного аббата, сопровождавшего короля-калифа. Сковавший ее лицо страх не позволил ей улыбнуться.

Амир Леофрик продолжал:

– У тебя достаточно причин попытаться убедить меня, что ты слышишь эту машину, поэтому я не могу поверить ни одному твоему слову.
– Его выцветшие синие глаза переходили с ее лица на крысу.
– Я не совсем лгал королю-калифу, но просто старался спасти тебя от грубой глупой расточительности Гелимера. Чтобы быть вполне уверенным, мне придется подвергнуть тебя кое-каким пыткам, правда, несильным.

Аш провела рукой по лицу. Благодаря горячим углям, из воздуха комнаты уже ушла сырость, но Аш вся покрылась холодным потом:

– А во время пыток как ты узнаешь, говорю ли я правду? Ты сам знаешь, я могу сказать, что мне угодно, как и любой другой! Я...

– "Я сама причиняла людям боль", ты это собиралась сказать?
– тихо сказал амир Леофрик после минуты молчания.

– Я только присутствовала при этом. Я отдавала приказания.
– Аш подавила чувства, обуревавшие ее.
– Я столько видела и столько знаю, что, возможно, сама могу испугать себя посильнее, чем вы.

В комнату вошел мальчик-раб, подошел к Леофрику и что-то тихо проговорил. Визигот поднял свои косматые брови.

– Пожалуй, придется его принять.

Жестом он отослал ребенка. Через пару минут вошли двое вооруженных воинов в кольчугах и шлемах. Среди них шел богато одетый амир визиготов с заплетенной темной бородой. Он был вчера вместе с королем-калифом, вспомнила Аш, и при взгляде на его глазки размером с сушеную виноградину вспомнила его имя: Гелимер. Амир Гелимер.

– Прошу прощения, но его величество настаивает, чтобы я присутствовал при этом, - неискренним тоном сказал младший амир.