Чтение онлайн

Валентин провожает взглядом проезжающие машины.

— Наши криминалисты должны представить окончательный отчет в понедельник. Однако я бы не ждал от них каких-то сюрпризов. Природа потрудилась достаточно над тем, чтобы замести следы преступления. Так что bonne journee [52] ', мисс Дарби.

— Постойте, мне нужна дополнительная информация. Вы не можете…

Что-то в его словах кажется мне странным — природа. Анжела всегда верила в могущество природы.

— Мисс Дарби? — Он наклоняет голову уже знакомым мне движением, которое должно выражать крайнюю степень участия. Но его участливый тон «я здесь, чтобы помочь вам» вдруг кажется лицемерным. Передо мной возникает образ Теда Банди, дающего интервью журналистам перед зданием суда в штате Юта. В памяти всплывают слова Жан-Люка: «Психопаты подкрадываются незаметно». Валентин что-то скрывает?

— Инспектор, почему вы вынесли ножницы с места преступления?

— Pardon?

— С места убийства любителя оперы, погибшего от огнестрельного ранения в голову. Я видела, как вы, выходя из подъезда, положили в карман ножницы. Большие ножницы.

Его губы растягиваются в ухмылке.

— О чем вы?

— Это орудие убийства? Зачем вы их взяли?

Он долго смотрит на меня, прежде чем ответить.

— Мисс Дарби, я понимаю ваш… вопрос. Хотя он и попахивает паранойей. Единственное, что могу вам сказать: я хочу найти убийцу вашей сестры не меньше вас. И я не тот человек, которого вам следует опасаться.

Валентин кивает на прощание, встает со скамейки и переходит улицу. Я держу его в поле зрения до тех пор, пока он не исчезает за красно-белым рекламным полотнищем.

Меня разрывают противоречивые чувства. Его ухмылка исчезла так же быстро, как и появилась, сменившись явным беспокойством. Он хочет, чтобы я поверила, что серийный убийца нападает на случайных людей, что причина смерти двойника Анжелы до сих пор неизвестна, не хочет делиться подробностями.

У Ману есть близнец. Фотографии на стенах ее спальни вдруг приобретают дополнительный смысл, и я жалею, что не взяла их тогда с собой. Были ли там фотографии только ее сестры или самой Ману тоже? Ману, может быть, уже мертва и не имеет никакого отношения к другим убийствам, но Валентин не сказал, что с Анжелы сняли подозрения. Мужчина, с которым фотографировались и Ману, и Анжела, — вот еще одна загадка. Обе фотографии лежат сейчас в моей дорожной сумке под грязными футболками.

Ловлю такси, но, отъехав совсем немного, вспоминаю, что рекламная брошюра захоронений под Нотр-Дамом осталась в квартире. Прошу водителя остановиться и возвращаюсь пешком назад.

Брошюра лежит на столе, прямо там, где я ее оставила, рядом со светящимся экраном ноутбука Анжелы, все еще не погасшим после моего сеанса. На мониторе — почтовый ящик Анжелы. Вместо того чтобы взять брошюру и уйти, я почему-то решаю еще раз проверить его. Опускаюсь в кресло Анжелы, моя спина прижимается к прохладной спинке. Скользя мышкой по левому краю папки «Входящие», навожу курсор на стрелочку, на которую не обращала внимания раньше, и открываю свернутый список папки «Новости».

Электронные письма отображаются подате черновика и дате отправки. Большинство она отправила в первые месяцы в Париже, и я помню, как отвечала на них. Здесь же лежат черновики, которые она так и не отправила, — «Новости № 1» и «Новости № 2», — написанные через несколько месяцев после смерти родителей. Я их никогда не читала.

Последний черновик написан за неделю до ее исчезновения. Я медлю несколько мгновений, а потом решительно открываю «Новости № 18».

От кого: Анжела Дарби

Кому: Дарби, Шейна

Тема: новости № 18

Salut [53] , дражайшая сестра! В прошлые выходные была на hyper chouette [54] вечеринке.

Карин так напилась, что ее чуть не стошнило в шляпу Сержа, как в прошлый раз, но гигантский багет, которым мы закусывали, спас положение. Кебаб в три часа ночи тоже был замечательный. Я, кстати, тоже изрядно набралась. До такой степени, что к концу вечера стала называть ее не Карин, а Карен. Боже, благослови французское застолье! Я ужасно скучаю по буррито, но пока мексиканская культура еще не добралась сюда, удовлетворяюсь кебабом с картошкой фри. В этом семестре я получила высшую оценку за курсовик и, кажется, начинаю осваивать французский сленг. Salut, mа poule! [55]

Наконец-то наступило лето! УРА. Хотя в последнее время я так занята, что не знаю, заметила бы это, если бы не завтрашнее летнее солнцестояние. Стажировка проходит нормально. Когда в «Новостях № 11» я писала, что начала практику в Археологическом обществе, понятия не имела, что буду проводить столько времени среди мертвецов. Представь! Огромную часть своей жизни я теперь провожу под землей. Но нисколько не жалею об этом. Запах древности, трепет первооткрывателя и исследование туннелей, в которые веками не ступала нога человека, опьяняют.

Меняем тему: похоже, у меня появился преследователь, и мне почему-то кажется, что он дальтоник. Я несколько раз видела его в Сорбонне, хотя он одевается как хипстер и поэтому не особенно выделяется из толпы студентов. Сначала я не обращала внимания, но когда месяц назад он переехал в наш дом, мне стало не по себе. Не моїу избавиться от ощущения, что он наблюдает за мной всякий раз, когда я выхожу из квартиры. И хотя он живет на четвертом этаже, иногда мне кажется, что он стоит у меня под дверью. Не понимаю, почему у французов нет глазков в дверях. Теперь рядом с моей кроватью постоянно лежит электрошокер, который я достала на черном рынке (это нелегально). Если со мной что-нибудь случится, ты знаешь, кого подозревать.

Надеюсь, дорогая сестричка, что рано или поздно отправлю тебе эти письма с рассказами о моей жизни, а пока пусть полежат в качестве черновиков в ожидании момента, когда мы с тобой помиримся.

Близнецы — молодцы!

Джелли

Забившись в самый дальний угол квартиры Анжелы, не отрываю взгляда от дверной ручки. Сдвинув вместе, как фигурки в «Тетрисе», каркас кровати, шкаф, прикроватную тумбочку и письменный стол, я устроила у двери баррикаду. Каждый раз, когда на лестнице раздаются шаги, мое сердце сжимается, будто это сон, в котором я пытаюсь найти выход из запертого помещения. В двадцатый раз перечитываю письмо Анжелы, и все сильнее хочется закричать.

Столько времени я провела рядом с Жан-Люком, не догадываясь, что он преследовал, а потом похитил мою сестру.

Я распечатала все письма Анжелы и разложила их на полу. Некоторые из них уже знакомы мне, они написаны еще до ссоры из-за продажи родительского дома, после которой переписка прекратилась. Их я отложила в сторону, чтобы сосредоточиться на последних, так и не отправленных посланиях. Почему-то отсутствуют письма с третьего по семнадцатое. Восемнадцатое письмо я зачитала уже до дыр. пытаясь найти потаенный смысл в словах «лето», «солнцестояние», «дальтоник». Замешательство в голосе сотрудника посольства этим утром сразу получило объяснение: «В отделе помощи гражданам нет сотрудника по имени Жан-Люк».