Чтение онлайн

В Краснодар мы прибыли глубокой ночью из-за часовой разницы и того, что пришлось ждать пока сядет солнце, потому что мой отряд не мог выйти на солнце. Подъезжая к дому Лии, я постоянно повторял про себя: "Пожалуйста! Будь там! Я устал за тобой гоняться и мне плохо без тебя! Пожалуйста, будь там!".

Выйдя из машин, мы быстро перепрыгнули через забор и окружили дом. Все инструкции я дал ещё в самолёте и сейчас все тихо заняли свои места, а один из вампиров подошёл к двери и, достав отмычки, открыл её мне.

Как только я сделал шаг внутрь и почувствовал запах Лия, я чуть не издал победный кличь. "Только бы она была ещё здесь!" — больше всего я боялся, что мы опоздали, и она уехала.

Заглянув в одну дверь и поняв, что это кухня, я прошёл дальше. Оказавшись в коридоре, я замер и улыбнулся, услышав тихое мерное дыхание из-за одной двери. "Они ещё здесь!". Осторожно открыв её, я прошёл в комнату и застыл.

Две самых дорогих для меня девушки спали на кровати. Лия прижимала к себе, лежащую к ней спиной Элару, а та, подложив ладошки под голову, смешно морщила носик во сне. Присев на корточки я стал рассматривать нашу кроху. "Копия Лия! Чудо как хороша!" — хотелось протянуть руку и погладить её по голове, а потом, вместе с её мамой прижать к себе и больше никогда не отпускать.

Неожиданно Элара открыла глаза, и я оцепенел — они были чёрные, как когда-то у Лии. "Это как может быть?" — растерянно подумал я, и в этот момент малышка пронзительно завизжала. А ещё через мгновение я почувствовал удар в нос и, потеряв равновесие, сел на пол.

— Лия! Подожди! — вправляя поломанный нос, сказал я, и вскочил на ноги.

Но она, схватив Элару, уже неслась к выходу, поэтому я кинулся следом за ней. Увидев, что в дверях стоит вампир, она резко поменяла направление и бросилась на кухню.

— Лия, дом окружён, — крикнул я, вбегая следом за ней.

— Марк? — она остановилась и удивлённо посмотрела на меня, а потом прищурилась и стала отступать в угол. Не сводя с меня глаз, она поставила малышку в угол и, прикрыв её собой, заняла оборонительную стойку. — Я не отдам тебе свою дочь! Слышишь, не отдам! — прошипела она.

— И не надо отдавать, — примирительно сказал я. — Мне в первую очередь нужна ты, понимаешь? Лия, я люблю тебя, и мне очень плохо. Я хочу, чтобы ты была со мной, пожалуйста, — с болью прошептал я.

— Знаю я, как ты меня любишь!

— Нет, ты не знаешь. Я свою мать убил, чтобы защитить тебя и нашу крошку.

— Неужели? А может убил, потому что в ней необходимость отпала? — неуверенно произнесла Лия.

— Нет, — терпеливо сказал я. — Я люблю тебя и нашу малышку и хочу чтобы у неё был дом и любящий отец, а у тебя — любящий муж. Да, я скрыл последние строки пророчества и теперь каюсь, что так поступил. Но ведь всё остальное была правда. Вы мне нужны обе. Лия, поверь мне!

Лия посмотрела на меня исподлобья, а Эларе, выглянув из-за неё, нерешительно улыбнулась и спросила:

— Папа Марк?

— Да, моя хорошая! — от её слов по телу прошла дрожь, и я почувствовал, как сердце учащённо забилось, когда она назвала меня папой. — Я твой папа, поедем вместе с мамой домой?

— Поедем, — она широко улыбнулась и, посмотрев на свою мать, сделала шаг навстречу мне.

Лия стояла, опустив голову и, по-видимому, не собиралась останавливать нашу малышку, поэтому я подошёл к ней и, взяв на руки, улыбнулся.

— Здравствуй, моя красавица! Я так долго тебя искал и вот, наконец, нашёл! — прижав её к себе, я сделал шаг к Лии и попытался обнять и её, но она вытянула руки и сказала:

— Даже не думай! Если я соглашусь поехать с тобой, это не значит, что и всё остальное тебе можно, ясно?

— Ясно, — ответил я и отступил, ещё крепче прижимая к себе Элару.

"Да, Лия меня так просто не простит, судя по всему. Но ничего, главное, чтобы она была рядом, а так уж я как-нибудь разберусь и, однажды она снова позволит мне себя любить".

Марк.

Я оказался прав. Всю дорогу домой Лия бросала на меня подозрительные и недоверчивые взгляды, и только когда смотрела на Элару, в глазах появлялся блеск и безграничная нежность. Элара же всю дорогу не слазила с моих рук и болтала, не умолкая, рассказывая, что она уже умеет и где побывала.

Держа её на руках, я наслаждался тем, что она рядом и, испытывая душевный подъём. Ощущения были невероятные, и я всю дорогу улыбался, слушая её, и прижимал к себе. Рассказ Элары подтвердил мои предположения — они действительно постоянные переезжали, и меня в очередной раз пробрала дрожь, когда я понял, что мог их вообще никогда не найти. А когда она начала рассказывать, в какие игры любит играть с детьми, я изумлённо посмотрел на Лию. Мы своим детям не то, что играть не разрешали с человеческими детьми, а вообще им людей не показывали до двух лет, боясь того, что они попробуют кровь и перестанут расти, а Элара совершенно спокойно с ними играла, и с радостью про это рассказывала. "А может так и надо? Зато ей теперь легко адаптироваться к человеческому обществу" — подумал я, вспоминая, как сам впервые увидел человека и как тяжело перенёс услышанный запах. Элара же, с самого рождения, вынуждена была постоянно находиться в обществе людей и поэтому совершенно спокойно к ним относилась.

Чем дальше я её слушал, тем большую гордость испытывал. Моя кроха была весёлым, общительным и очень умным ребёнком. Я не мог на неё нарадоваться и заметил, что те вампиры, которые летели с нами, тоже улыбались, глядя на неё. "Солнечный ребёнок" — так и крутилось на языке, потому что она кардинально отличалась от наших детей, которых я видел раньше. "Интересно, это потому что она с рождения видела людей, или не боится солнца, или дело в Лии? А может, все три фактора важны? Впрочем, какая разница!" — в очередной раз улыбнувшись, подумал я.

Были, правда, два момента, который заставил меня нахмуриться. Первый, когда я понял, что и тот дампирёныш прошёл обращение кровью Элары, и теперь на горизонте маячила серьёзная проблема. "Вряд ли он отступится, и не будет бороться за свою дочь". Но больше всего меня удивило, что он смог пройти обращение, потому что мы не воспринимали крови друг друга, а кровь моей крохи он смог перенести, и это заставляло задуматься. А второй, когда Элара рассказала, что говорила со своим папой Артемием, и я почувствовал укол ревности. "Значит, Лия ему позвонила, а меня проигнорировала?" — осознавать это было неприятно, и я бросил на неё недовольный взгляд. Она в ответ посмотрела на меня и вызывающе подняла брови, как бы говоря: "Давай, только попробуй мне что-нибудь сказать!", поэтому я решил молчать. А хорошо подумав всё понял — ей так часто в жизни врали, и теперь она не хочет врать своей дочери, потому что знает, какую эту боль может причинить. Порадовало же меня то, что она не пыталась настроить Элару против меня или того дампирёныша, и совершенно спокойно воспринимала то, что наша малышка всю дорогу просидела у меня на руках, и за это я был ей безмерно благодарен.

"Амалия хорошая мать — интересы Элары для неё на первом месте, а не её личные обиды. Другая бы полила всех грязью, а потом запретила видеть или трогать ребёнка. А она в первую очередь смотрит на то, что хочет ребёнок" — я с любовью посмотрел на неё, и мне, как никогда захотелось обнять её и больше никогда от себя не отпускать. "Но… Надо опять заслужить её доверие, прежде чем подходить к ней, а то можно и ещё раз в нос получить" — улыбнувшись, подумал я, и потрогал свой заживший нос.