Чтение онлайн

Он медленно повернулся.

Как ни странно, желание провалиться от стыда прямо в Подземный Мир пропало довольно быстро. Может быть, сыграла роль общая умиротворённость, охватившая Хайнэ, или же всё дело было в том, что мальчишка был немым, и никому не мог рассказать о том, что услышал.

— Ладно, пойдём, — сказал он, всё же испытывая некоторое смущение. — Нужно найти Иннин и возвращаться…

Хатори не двигался с места, глядя на пламя свечей, поэтому на этот раз Хайнэ пришлось взять его за руку и повести за собой.

Вдвоём они вышли на улицу. Хайнэ не имел ни малейшего понятия, где они находятся и куда идти дальше, а Хатори, судя по его виду, продолжал думать о чём-то своём и не выказывал ни малейшей охоты показывать путь, поэтому они шли медленно и без какой-либо цели.

Слегка привыкнув к окружающей обстановке, Хайнэ уже не испытывал к ней такого отвращения — а, вернее сказать, ему было слишком хорошо, чтобы замечать детали, внушающие брезгливость.

«Почему я так счастлив?» — подумал он.

И тут же понял ответ: потому что он увидел её. Даже если они больше никогда не встретятся…

Тут Хайнэ вспомнил про принцессу Таик, в которую успел влюбиться вчера, и его охватила лёгкая печаль. Теперь принцесса, вероятно, потеряна для него навсегда, а ведь не сказать, что его чувства совсем остыли…

На мгновение ему представился сюжет в духе прочитанных романов, о том, как он разрывается между двумя возлюбленными, и грусть прошла — наоборот, ему захотелось смеяться.

В любом случае, радость переполняла его всё сильнее, хотелось куда-то её выплеснуть, и он сильнее сжал руку Хатори.

— Скажи, а ты когда-нибудь видел горы? — спросил он. — Я живу в Арне. То есть жил… — поправился Хайнэ. — Но это неважно, даже если я останусь в столице, то смогу приезжать туда, когда захочу. У нас там огромное поместье. Знаешь, в главном павильоне на четвёртом этаже есть один зал, открытый с трёх сторон. Когда подходишь к самому краю, то вид, который открывается, пугает и завораживает… Если опустить глаза, то ты увидишь бездонную пропасть, если поднять — то солнце, сияющее над вершинами гор. И где-то очень-очень далеко внизу, в ущелье, шумит стремительный горный поток. Этот зал называется Зал Стихий, потому что там можно любоваться всеми из них: Земля, или камень — горы, Ветер — это ветер, Вода — река, Огонь... хотя Огня, видимо, нет. Никогда не задумывался об этом.

Хайнэ, наконец, повернулся к своему спутнику и решился прямо на него посмотреть, испытывая неловкость из-за своей тирады, произнесённой ни с того, ни с сего.

Хатори глядел на него, щурясь от яркого солнца, и насмехаться, вроде бы, не собирался.

Хайнэ охватило какое-то странное чувство. На протяжении всех двенадцати лет своей жизни он видел вблизи разве что детей слуг, которые постоянно жили в поместье. Иногда они с Иннин играли с этими детьми — и именно от них, по утверждению наставницы, набрались простонародных словечек и грубоватых замашек, но всё это было не то.

Настоящих друзей у брата и сестры никогда не было, никого, с кем можно было бы делиться переживаниями, кому поверять свои тайны.

Сейчас Хайнэ вдруг показалось, что он нежданно-негаданно обрёл такого друга.

«Он же не благородный…» — вертелось где-то на краю сознания, но мальчик старался меньше об этом думать. В конце концов, предположение о переодетом вельможе всё ещё оставалось в силе…

— Поехали в Арне со мной, — немного робко предложил он. — Когда-нибудь.

Хатори молчал.

Впрочем, что может сказать немой человек? Мысли Хайнэ унеслись далеко-далеко вперёд: он уже видел себя с Хатори в Арне, представлял, как говорит с ним о незнакомке с белоснежными волосами. Слова «Я люблю её» вырвались случайно, но сейчас Хайнэ только порадовался: значит, можно будет не скрывать всё, как с остальными, напрямую говорить о своих чувствах, говорить о ней. И Хатори никогда не ответит ему насмешкой, как ответила бы сестра, хотя бы просто потому, что он вообще не умеет говорить.

Хайнэ судорожно вздохнул, пытаясь привести чувства в порядок, и потянул Хатори вперёд.

— Смотри-ка! — вырвалось у него, когда он увидел впереди толпу людей. — Мы нашли путь обратно к базарной площади?

Однако он ошибался и понял это довольно быстро.

Это была другая площадь.

Народу здесь скопилось не меньше, однако на этот раз почти все молчали, и царила какая-то тяжёлая, удушливая атмосфера. Хайнэ ощутил это почти физически и испытал неосознанное желание уйти, но Хатори вдруг перехватил инициативу и, легко пробравшись сквозь толпу, вытащил Хайнэ в первые ряды.

В центре площади к столбу был привязан человек.

Напротив него стояла женщина в одежде жрицы, окружённая несколькими мужчинами. Она развернула свиток, который держала в руках и прочитала равнодушным тоном:

— Мато Манари, укравший у своей госпожи кольцо с драгоценным камнем и помимо этого оскорбивший её неучтивыми словами, приговаривается за свои преступления к смертной казни. Тому, кто от рождения принадлежит к низшей стихии, предстоит принять огненную смерть в знак того, что он не заслужил лучшего перерождения вследствие своего непослушания, и родится там же, откуда начал свой путь — в огне и мраке Подземного Мира.

Мужчина, привязанный к столбу, с трудом поднял голову и посмотрел на жрицу воспалёнными глазами.

— Будьте вы прокляты, — сказал он.

Жрица, не обратив ни малейшего внимания на его слова, взмахнула рукой, и в то же мгновение тело приговорённого к смерти охватили языки пламени.

Хайнэ вздрогнул и шарахнулся в сторону, однако Хатори крепко удерживал его запястье.

Омерзительный запах горелого мяса защекотал ноздри, и Хайнэ снова испытал непреодолимый позыв к рвоте.

— Отпусти меня! — в ужасе закричал он, пытаясь вырвать руку. — Пусти, я хочу уйти отсюда!

Однако чужие сильные пальцы продолжали сжимать его запястье, словно в тисках. Отвернувшись от страшной картины, Хайнэ заскользил взглядом по лицу Хатори, и внезапно замер на месте, поражённый догадкой.

Да он же… он наслаждается этим зрелищем, понял он.

Хатори смотрел на извивавшегося в пламени осуждённого завороженным взглядом, уголки его губ были приподняты в лёгкой улыбке, глаза сверкали, как у человека, захваченного страстью.

«Чудовище…» — промелькнуло в голове у Хайнэ.