Чтение онлайн

Тот, кто лежал на столе, покрытый простыней, казался мне очень знакомым. Лицо было закрыто простыней, так что я не мог узнать его. С трудом, но я все же вспомнил, что врачи точно так же трудились надо мной. Тогда я попробовал опять приблизиться к окну, но у меня это не получилось».

Когда голову пациента открыли, рассказчик увидел его лицо. Оно показалось ему знакомым, но он не мог вспомнить, где его видел. Из этого можно сделать вывод, что способность к ясному узнаванию собственного тела не всегда имеет место. Разглядывая черты лица лежавшего на столе человека, господин фон К. постепенно убедился в том, что это тело, очевидно, принадлежит ему. «Тело постепенно приходило в себя, вздрогнули ресницы, и лицо исказила гримаса боли. Меня охватило непреодолимое желание завладеть этим телом. Тут произошло нечто странное: у меня было ощущение, будто это тело теснейшим образом связано со мной, будто оно — часть меня. Но вдруг у меня помутилось в голове, фигуры в зале исчезли, и я потерял сознание. Очнулся я, лежа в кровати и испытывая ужасные боли — последствия операции».

Известно, что у народов, ведущих первобытный образ жизни, шаманы с помощью окуривания, вдыхания паров определенных отваров или принимая отвары ядовитых растений, или разжевывая их, приводят себя в состояние так называемого транса и даже могут покидать собственное тело. В Индии и на Тибете то же самое достигается с помощью медитации. В настоящее время употребление сильных и сверхсильных наркотиков приняло размеры настоящей эпидемии. И то, что писал американский писатель Фитцхью Лудлоу (Fitzhugh Ludlow) еще в 1903 году, хорошо известно каждому современному наркоману, а именно — более или менее сознательный выход флюидного тела.

Однажды, накурившись гашиша и впав в горячку, он заметил, что «душа… покинула тело… Паря в воздухе, я смотрел вниз на свою прежнюю оболочку. Грудь вздымалась и опускалась, вены на висках пульсировали, щеки не побледнели». (Это, кстати, нехарактерно для «нормального» выхода; однако не следует из одного примера делать далеко идущие выводы.) «Мой дух сознавал, что обладает всеми человеческими способностями — разумом, чувствами, волей… и стоял все же в стороне. В этом состоянии ни один предмет вещественного мира не мог служить мне помехой. Сам себя я видел и мог себя пощупать, но одновременно знал, что невидим для обычных людей. Я мог проходить туда и обратно сквозь стены комнаты и сквозь потолок видел звезды. Это не было ни обманом чувств, ни сном… Какой-то голос велел мне вернуться в тело, сказав: «Тебе еще рано!» — И я вернулся назад».

Лудлоу подчеркнул, что случай этот уникальный, иными словами: как правило, вызвать полностью осознаваемый выход флюидного тела, покурив гашиша, не удается. Но доподлинно известно, что длительное употребление гашиша вызывает довольно стойкие повреждения мозга, как установили врачи из Дюссельдорфа с помощью электронных измерений токов мозга у ста пятидесяти молодых людей, регулярно употреблявших гашиш. Так что активировать с помощью наркотиков «шестое чувство» или вызвать «состояние невесомости» — занятие крайне опасное, да просто недопустимое, хотя находятся «специалисты», рекомендующие подобные «опыты».

Вызывает интерес замечание Лудлоу о том, что «некий голос» сказал ему: «Тебе еще рано!» Я не сомневаюсь в реальности события и вряд ли ошибусь, если предположу, что он услышал голос своего Ангела-хранителя. Ангел-хранитель сообщил, что ему еще не время покидать физическое тело и переходить в более высокое состояние. Как уже было сказано, все эти «выходы» из физического тела есть не что иное, как самое настоящее предвосхищение смерти. И если нам довелось испытать нечто внечувственное, вещий сон, видение, увидеть какой-то светлый образ (Hellgesicht) или пережить временный выход нашего подлинного «я» из земной оболочки, то это происходит ради одного. А именно, чтобы обод-рить и укрепить нашу вообще-то довольно слабую уверенность в том, что «за порогом» есть лучшая жизнь для тех, кто «старается и стремится» (старателен и целеустремлен). Однако это не избавляет нас от обязанности решать наши земные задачи и вносить свою лепту в то, чтобы земное бытие стало для всех более сносным.

Людям с ампутированными конечностями хорошо известно ощущение того, что ампутированная часть тела все еще при них. Человек с ампутированной рукой может пошевелить каждым пальцем на несуществующей кисти, безногий инвалид чувствует каждый палец отсутствующей стопы. Сомнамбулы и ясновидящие уже давно утверждают, что вместо несуществующей конечности они видят что-то вроде конечности-призрака. Магнетисты даже умеют снимать боли, которые инвалид чувствует в отсутствующей конечности (обычно их называют фантомными; исходя из собственного опыта, я могу это полностью подтвердить). Медики относятся к этим ощущениям «прежней целостности» как к «игре больного воображения» инвалидов, считая их «иллюзиями и галлюцинациями, причина которых в воспоминаниях и подспудном желании по-прежнему ощущать утраченные конечности». До поры до времени это утверждение звучало весьма научно, но не сейчас: разработанный русскими «метод Кирлиана» для визуализации флюидного тела (в Советском Союзе его называли «энергетически-биоплазменным телом») сделал утверждения медиков абсурдными. Однако до открытия этого метода приверженцев учения о флюидном теле мало кто слушал, хотя определенные происшествия и даже эксперименты подтверждали их правоту. В своей книге «Практическая магия» Жюль Лермина (Jules Lermina «Magie practique») описывает два интересных случая.

Одному хирургу пришлось ампутировать кисть руки своему другу, с которым на лесопилке случилось несчастье. После операции руку уложили в ящичек с опилками и закопали. Пациент потерял сон, говоря, что чувствует на ампутированной руке колкие опилки. К тому же один из пальцев, пробитый гвоздем, сильно болит. Жалобы пациента все усиливались, поэтому возникли опасения за его рассудок. Наконец врач решился откопать ящичек. Выяснилось, что один из пальцев действительно пробили гвоздем, когда ящик заколачивали. Гвоздь вынули, руку вымыли. Пострадавший, не зная об этом, тут же заявил, что гвоздь вынули, а руку вымыли, и что теперь ему стало гораздо легче.

Нечто похожее произошло с сотрудником фабрики по производству швейных машинок «Зингер». Ему тоже ампутировали руку, и он постоянно жаловался на судороги в пальцах, которых у него уже не было. После эксгумации руки выяснилось, что, когда руку закапывали, пальцы были так сильно сдавлены, что, будь они в таком положении на руке, это неизбежно привело бы к судорогам.

Тут мы сталкиваемся с так называемым феноменом реперкуссии, то есть с переносом болезненных ощущений флюидного тела на тело физическое. Реальность этого, казалось бы, магического явления была убедительно доказана еще экспериментами, проводившимися учеными де Роша и Дюрвиллем (в этой книге их опыты лишь кратко упомянуты, чтобы не спровоцировать бессовестных людей на их повторение). В США и Канаде еще на рубеже ХХ века ампутированные конечности стали сжигать, чтобы загодя избавить пациента от реперкуссивных болей. Правда, на время кремации конечности пациент должен находиться под наркозом, потому что иначе он будет испытывать такие же боли, как будто горит его живая плоть.

Уже упомянутого ранее С. Дж. Малдуна, еще ребенком, ударило током. Летним днем 1916 года он попытался убрать с дороги электрический провод, сорванный бурей. Мальчик схватил провод рукой, тут же потерял сознание и был отброшен на середину улицы. Малдун рассказывает:

«Я пришел в себя уже вне своего тела и увидел его лежащим на улице. Я чувствовал, как электричество с ужасающей силой текло сквозь меня, причиняя жуткую боль, хотя я стоял на расстоянии многих футов от моего физического тела, которое соприкасалось с проводом. Я был не в состоянии пошевелиться. Руки моего астрального (флюидного) тела закоченели, будто все еще сжимали провод, который лежал поодаль. Испытывая эти адские муки, я видел стоявших рядом мальчиков. Онемев от страха, они не смели коснуться моего тела. Я напрасно кричал им, чтобы они бежали за помощью, но они не видели меня и не слышали моих жалобных криков. Вдруг они как будто пришли в себя. Я видел, как они забегали что было сил, зовя на помощь. А я стоял беспомощный уже несколько минут, показавшихся мне годами. Наконец — слава Богу! — я увидел людей, со всех сторон бежавших к нам. Я очень надеялся, что кто-то из соседей освободит меня от мук. Среди прочих прибежали отец с сыном. Отец держал в руках топор и был обут в резиновые сапоги. Он наклонился, чтобы приподнять мое физическое тело, и, пока он это делал, я ощутил, что как бы снова вхожу в него и прихожу в сознание, а все соседи стоят вокруг и смотрят на меня. Все удивились, когда я вернулся «к жизни», как они говорили. Да и подоспевший врач, осмотрев меня, был поражен моим воскрешением, учитывая время моего контакта с проводом высокого напряжения. Все присутствующие думали, что я уже умер. Ведь после того, как я схватился за провод, прошло приблизительно десять минут до моего освобождения».

По всей вероятности, (ампутированная) флюидная конечность может материализоваться (уплотниться) до такой степени, что в состоянии заменить ее. Аббат Аннапье приводит подобные случаи в своих трудах. Он пишет: «Нужно согласиться с доктором Ришраном (Richerand) в том, что жизненная сила, или витальный принцип, оживляет каждую молекулу нашего тела, каждую отдельную систему органов. Таким образом, наряду с плотным материальным телом мы обладаем еще и флюидным телом, являющимся «оживляющим организатором» первого. Это флюидное тело еще и передает физическому мозгу все ощущения. И если у физического тела ампутируется какой-либо член, то флюидная часть соответствующего органа остается без изменений. Боли, ощущаемые пациентом после операции в ампутированном члене, совершенно реальны…» Аннапье продолжает:

«Я знаю некоторые случаи, когда отсутствующая конечность практически заменялась ее уплотнившимся флюидным эквивалентом… В одном случае речь шла о недавно прооперированной молодой девушке, которой ампутировали ногу выше колена. Однако, забывая о своем состоянии, она, встав с постели, шла по палате, будто обе ноги у нее были целы. Лишь когда ей испуганно кричали, чтобы она взяла костыль, девушка вспоминала о своем состоянии… А один врач рассказал мне об офицере, перенесшем точно такую же ампутацию, но который, тем не менее, мог дойти до середины комнаты, прежде чем замечал, что он забыл пристегнуть протез. Тут он сразу терял способность оставаться в вертикальном положении».