Чтение онлайн

Джой Снэлл описывает сцены умирания, свидетельницей которых ей довелось быть. Она часто замечала, что умирающий видел одного или нескольких друзей, пришедших «с другой стороны», чтобы встретить его. Так она, например, рассказывала, как один умирающий старик увидел своего (ранее умершего) сына и сказал об этом своей жене, сидевшей у постели. Медсестра уже давно сама увидела прелестного мальчика с чудесными волосами, пришедшего встретить умирающего отца: «Это было просто великолепно. Смерть, которую большинство людей считают чем-то ужасным, представляют себе как непонятную мистерию, прямо у меня на глазах превращалась в нечто прекрасное и благословенное… Это действительно было высшее доказательство бесконечной доброты и неисповедимой любви нашего небесного Отца. Если бы не плачущая рядом мать, я бы захлопала в ладоши и закричала от радости».

«Парапсихологический журнал» («Zeitschrift f"ur Parapsic-hologie») от 1927 года на странице 475 напечатал сообщение одного жителя Сан-Франциско, у которого дар ясновидения проявлялся спонтанно, о том, как он провел несколько часов у смертного одра жены:

«23 мая 1902 года без четверти двенадцать ночи скончалась моя жена. У постели умирающей находились наши ближайшие друзья, лечащий врач и две сиделки. Держа правую руку тяжело больной жены в своей, я сидел у ее постели. Так прошли два часа, но пока никаких изменений в ее состоянии не наблюдалось. Слуга сказал, что ужин готов, но никто не захотел подкрепиться. Примерно в 18.30 я все же настоял на том, чтобы все поужинали, так как было неизвестно, как долго продлится наше ночное бдение. Мы все вышли из комнаты умирающей».

Минут через пятнадцать мужчина, случайно взглянув на дверь (в комнату больной), увидел, как в щель, будто сквозняком, втянуло три облачка… «Моей первой мыслью было, что кто-то из друзей, стоя рядом со спальней, курил сигары… Я тут же вскочил, чтобы высказать им свое негодование. Но у двери спальни никого не было, никого не было и в коридоре или в соседних комнатах… Я с удивлением наблюдал за облачками. Они тихо приблизились к кровати, полностью окутав ее. Внимательно вглядевшись в туман, я разглядел в головах моей умирающей жены женскую фигуру, прозрачную, но светящуюся как золото на солнце; вид ее был столь величественным, что у меня не хватает слов, чтобы описать ее подробнее. Она была в греческом одеянии с длинными, свободно спадавшими рукавами. На голове сияла корона… Она неподвижно стояла во всем ее блеске и красоте, подняв руки над моей женой, будто приветствуя мою супругу, тихо улыбаясь, излучая спокойствие и покой. Две другие фигуры в белом стояли на коленях сбоку от кровати, казалось, прикасаясь к ней. А над кроватью парили еще и другие более или менее различимые фигуры». [11]

Тут наблюдатель заметил, что над телом супруги парит обнаженная фигура, связанная с ним «нитью», — флюидное тело его жены. Какое-то время флюидное тело вело себя совершенно спокойно, но иногда оно, казалось, скручивалось, дергалось в разные стороны, будто изо всех сил пытаясь оторваться от земного тела. Это продолжалось до тех пор, пока флюидное тело, как можно было предположить, не обессилело. Тогда оно успокоилось и увеличилось в размерах, после чего «конвульсии» повторились снова. «Это видение, или что бы это ни было, я наблюдал в течение пяти часов, прежде чем моя жена отошла в мир иной… Наконец наступил роковой момент: больная захрипела, флюидное тело заметалось. Земное тело еще дышало несколько мгновений, потом наступила тишина. С последним выдохом связующая нить вдруг разорвалась, и флюидное тело исчезло. В то же мгновение исчезли облачка тумана и призрачные фигуры…»

«Предоставляю моим читателям самим судить о том (этими словами завершается сообщение), был ли это простой обман чувств вследствие постигшего меня горя, страдания и истощения сил, или же мне, простому смертному, дано было увидеть хотя бы отблеск потустороннего духовного мира со всей его красотой, блаженством, миром и покоем».

Мария Михели (Maria Michely), ясновидящая из городка Альтенкессель, часто наблюдала умирающих. Она тоже говорила о том, что постоянно видит «флюидную связующую нить» между двумя телами и, что пока нить видна, умирающий еще «жив». «Но как только она разрывалась и флюидное тело медленно начинало удаляться, зачастую сопровождаемое ранее умершими родственниками, наступала «смерть». На самом деле этот момент — не что иное, как продолжение жизни в другом теле, утверждала ясновидящая. «Смерти нет!»

Один тяжело больной молодой человек, проживающий по соседству, попросил позвать к себе Марию Михели, и они долго беседовали о смысле бытия и страдания. Напоследок больной спросил, что она думает о его состоянии. И хотя ясновидящая не сомневалась в скором конце молодого человека, она не захотела оставлять его один на один с такой страшной мыслью и ответила уклончиво: «Если произойдет чудо, Франц, то все будет, возможно, не так уж плохо». «То есть вы думаете, что чудо может мне помочь?» — «Да, Франц, именно это я имею в виду; и вот еще что: если ты увидишь своего дядю Иоганна, это будет означать, что чудо свершилось».

Вскоре после этого молодой человек умер. Его последними словами были: «Дядя Иоганн! Как хорошо, что ты пришел! Возьми меня с собой!» Днем позже Мария Михели вошла в комнату умершего — одна, чтобы помолиться. Тут она почувствовала, что ей на плечо опустилась чья-то рука, но в комнате никого не было. Это ощущение повторилось, и она, вглядевшись повнимательнее, увидела рядом с собой перешедшего в мир иной Франца и явственно услышала его слова: «Видите, фрау Михели, чудо произошло. Я избавился от страданий. И дядя Иоганн действительно пришел и взял меня с собой».

По-видимому, в древности люди гораздо чаще задумывались над загадкой смерти, чем мы сейчас. Согласно учениям индийской школы «санкья», весьма схожим с воззрениями христианского спиритуализма, смерть — это отделение души от тела, ее освобождение от земного бремени или, иными словами, отделение от грубо-материального организма. Смерть ни в коем случае не означает прекращения жизни. Душа — это нечто непреходящее и божественное (Санкья-Карика, статья 18).

Диоген видел в смерти лишь смену места пребывания, когда душа отделялась от тела. Так что еще при жизни следовало вести себя соответственно этому представлению. Согласно священным традициям персов (Анкетил, III, с. 384), душа руководит телом во время его земного бытия. После смерти она покидает свое жилище и возвращается в высшие сферы невидимых существ. «Сколь много выиграло бы человечество, — писал врач и правдоискатель Карл Людвиг Шлейх (Carl Ludwig Schleich), — если бы оно жило, словно готовясь к существованию в потустороннем мире. Бессмертие, если бы его не существовало, нужно было бы выдумать — из психологических соображений, как единственно возможный регулятор жизни. Лишь оно (бессмертие) придает людям достоинство и то очарование, которое окружает всех гениев. В самом деле, мы, верующие в бессмертие, находимся — в историческом смысле — в хорошей компании, ведь не было ни одного человека эпохального значения, который не верил бы во всемогущество (Бога) и в бессмертие. Так что же, только великие бессмертны, или же ощущение бессмертия делает человека великим и совершенным?..»

«Все наблюдения указывают на то, — сказал профессор доктор Вальтер Хинц, выступая в Техническом институте Цюриха 31 марта 1966 года, — что человек в момент смерти сбрасывает с себя земное тело и вступает в потусторонний мир как духовное «я», находящееся в душевном теле. Это издревле провозглашали все религии человечества. Этому же учил и Иисус Христос, как следует из Евангелия от Иоанна. Однако для современного человека это ни в коей мере не решает этот вопрос. Напротив, мы все чаще убеждаемся в том, что современное общество, похоже, уже просто не знает, что делать с ответом, которое ему дает христианская вера… О смерти (умирании) и о том, что, возможно, будет после нее, современный мир не хочет ничего ни слышать, ни знать». Ну как тут не согласиться с тем католическим священником, который над могилой девятнадцатилетнего юноши сказал: «85 % человечества — неверующие. Они не верят в жизнь после смерти. Для меня умерший по-прежнему жив, может быть, он даже находится сейчас среди нас. Так как мне трудно предположить, что присутствующие здесь (у могилы собрались сплошь молодые люди, коллеги умершего по работе) относятся к 15 % верующих, то сказать мне нечего». Сказал, прочел «Отче наш», повернулся и ушел!

Сейчас в прессе частенько мелькают коротенькие сообщения о людях, «умерших на время». Так, журнал Канадского Медицинского общества опубликовал сообщение шестидесятивосьмилетнего канадца Лесли Шарпа из Онтарио, у которого в мае 1970 года случился сердечный приступ. Врачам удалось вернуть Шарпа, сердце которого перестало биться, к жизни. «Смерти не нужно бояться, — заявил он. — Я знаю это, ведь я был мертвым ровно три минуты и одиннадцать секунд». С тех пор он много сил и времени тратил на то, чтобы избавить других людей от страха смерти. Шарп утверждал, что в своем тогдашнем состоянии он видел себя со стороны и прошел сквозь «туман невиданных цветов». Далее Шарп сообщал: «Когда после приступа, случившегося у меня в больнице, моя голова откинулась назад, я почти сразу заметил, что покидаю собственное тело. Я выходил из тела через голову и плечи в виде почти прозрачной фигуры, но это был не совсем туман. Осознав это, я подумал: вот, оказывается, что происходит, когда умираешь».

Стало быть, в выражении «он испустил дух» (по-немецки — «выдохнул душу») есть доля правды, как и во многих других пословицах и поговорках, ведь оно означает не что иное, как отделение флюидного тела от физического клеточного тела.

Великая актриса Элизабет Тейлор тоже вспоминала о своих переживаниях во время кратковременной смерти. Публике она рассказала об этом лишь спустя одиннадцать лет: в 1961 году Лиз Тейлор жила вместе со своим тогдашним супругом, эстрадным певцом Эдди Фишером, в одной из лондонских гостиниц. Она уже довольно долго болела, и никто не мог толком сказать, в чем причина недомогания. Утром 4 марта у нее резко поднялась температура, Лиз начала задыхаться. Врачи, поставив диагноз «тяжелое воспаление легких», тут же отправили ее в больницу. В операционной положение стало критическим. Лиз Тейлор вспоминала, что она была в состоянии страшного ужаса. «Я хотела встать со стола, но мое тело было полностью неподвижно; я не могла ни сесть, ни даже повернуть голову». И тут, по ее словам, ею овладело великолепное ощущение покоя и умиротворенности… а затем она увидела себя, лежащую на операционном столе. «Я была полностью отделена от своего тела; оно уже не было частью меня; чувствовала я себя замечательно и не сопротивлялась этому ощущению…»