Чтение онлайн

— Ну что ж, по-моему, Билли, это не проблема — не видеть лица.

— Да, но, знаешь, мне даже нравится, что у нее есть эта кожаная черная повязка.

— Я же говорил, Билли, ты извращенец и у тебя странные наклонности.

Он отхлебывал пиво, наблюдая за Билли и женщиной, которая шла к стойке.

Расплатившись, мужчины вновь вышли на залитый солнцем двор. Механик понуро сидел на своем стуле под навесом. В его руках была сигарета.

— И не боится же, придурок! — сказал Билли, указывая Чаку на механика с сигаретой.

— А чего ему бояться?

— Как это чего? На заправке и с сигаретой…

— Да ну его к черту! Еще думать об этом.

Мужчины подошли к автомобилю, Чак глянул на Билли, тот вынул из кармана деньги и протянул механику. Увидев купюру, тот подскочил со своего стула, тщательно растоптал ногой сигарету и принял деньги.

— Послушай, — сказал Билли, приостанавливаясь у открытой дверцы, — а что у твоей хозяйки с глазом? Интересно все-таки.

Чак поморщился. Он не любил Билли за то, что тот бросается разговаривать на темы, которые совершенно не относятся к делу.

— Хозяин выбил ей глаз.

— Хозяин выбил глаз своей жене? Они что, дерутся?

— Да нет, это было лет шесть тому назад. Они охотились в скалах на кроликов.

— И он что, выстрелил ей в глаз?

— Нет, все получилось куда проще, — механик вновь откинул седую челку со вспотевшего лба. — Знаете, Норма стреляет как настоящий снайпер. Здесь, в окрестностях, ни одни мужчина не может с ней состязаться. Она способна на лету подстрелить ястреба.

Чак с Билли переглянулись. Они оба были отличными стрелками.

— И что? — уже спросил Чак.

— Они стреляли кроликов, и хозяин выстрелил, а дробинка, срикошетив, высадила глаз жене.

— Бывает… — Билли потер руку об руку. — И что, хозяин по-прежнему любит одноглазую жену?

— А куда он денется, — механик погладил свой живот, — она его держит в руках. И если бы он только попробовал взглянуть на другую женщину, она бы ему выбила оба глаза.

— Ну и ну! — Чак потрепал Билли по плечу. — А ты, малыш, хотел с ней переспать.

— С ней? Переспать? — механик засмеялся, показывая крупные желтые зубы. — С ней переспать… Я думаю, на это не отважится никто.

— А в чем дело? — на лице Билли появился явный интерес. — Она что, такая неприступная или ей никто не предлагает?

— Я хотел бы посмотреть на того, кто это предложит нашей Норме.

Чак вновь толкнул Билли в живот.

— Слушай, малыш, сходи предложи, а я посмотрю, что из этого получится.

— Что вы, что вы, господа, успокойтесь! Мне жаль вас: если Норма разойдется, она разнесет все вокруг.

— А что, она сумасшедшая или такая уж сильная?

— Да как вам сказать… После того как потеряла глаз, она немного не в себе.

— Так ты говоришь она не в себе? — спросил Чак.

— Ну конечно же, не в себе. Она избивает хозяина раз в неделю.

— Избивает хозяина? Он что, такой слабый, не может ей дать сдачи?

— Не может. Я думаю, эта стерва могла бы измолотить нас троих.

— Ну это уж ты загнул, — Чак открыл дверцу и опустился на сиденье, — нас троих — это невозможно.

— Возможно, возможно. Вот если вы еще будете проездом здесь, то я вам расскажу о том, как она избила двух водителей большегрузного трейлера: они попытались возмутиться и сказали, что пиво в нашей забегаловке не совсем свежее.

— И что?

— Она избила двух здоровенных мужчин — вот вроде вас, таких же крепких и дюжих.

— Ладно, Билли, садись, нам еще пилить да пилить.

— А вообще, как вы тут живете? Тут такая тоска зеленая.

— Да нет, мы уже этого не замечаем, тем более, что милях в ста отсюда есть палеонтологический музей и у нас останавливаются туристы. Так что нам весело.

— Билли, ты знаешь, что такое палеонтология? — улыбнулся Чак.

Билли обиженно посмотрел на своего друга:

— За кого ты меня принимаешь?

— Ну, тогда все в порядке. Садись, поехали.

Билли сел за руль, но в последний момент передумал захлопывать дверцу.

— А почему, — обратился он к механику, — этот музей устроили не в городе, а черт знает где на дороге?

Механик тут же оживился:

— Там был раньше меловой карьер, но в нем обнаружили кости динозавров, всякие следы и сделали огромный павильон. Это очень знаменитое место, и, я удивляюсь, как вы о нем ничего не слышали.

— Так где расположен этот музей? — спросил Билли.

— Между Редбриджем и Фрипортом, — сказал механик, — немного вглубь от побережья.

Когда машина уже отъехала от бензоколонки, Чак с удивлением спросил у Билли:

— Какого черта ты расспрашивал об этом палеонтологическом музее, будто и в самом деле ты туда собираешься заехать?

— Ничего, пусть думает, что мы едем путешествовать, интересуемся всеми достопримечательностями. Пусть думает, что мы не на работе.

— А-а, — протянул Чак, — но, по-моему, ты немного переигрываешь.

— Кстати, Чак, по этой трассе, если свернуть миль на пятьдесят в глубь континента, стоит один очень мрачный дом.

— Ты о чем это?

— Этот дом называется тюрьма, в которой я провел четыре года. И не лай бог нам с тобой, Чак, туда попасть.

— Что, совсем гиблое место?

— Да, это даже хуже палеонтологического музея.

— Сомневаюсь.

— Вот это — настоящая достопримечательность здешних мест. Там сидят такие люди, Чак…

— Ну какие уж они такие особенные? Они такие же, как и мы с тобой.

— Вот если мы будем неосторожными… можем залететь… а мне бы этого очень не хотелось.

— Ну что ж, Билли, до Редбриджа нам осталось совсем немного — пару часов, если будем двигаться с такой скоростью.

Билли оживился:

— Вот подобрать бы на дороге каких-нибудь девиц… И тогда эти два часа пролетят за одну минуту.

— Снова ты, Билли, за свое. Никак не можешь успокоиться. Вот выполним заказ, тогда развлекайся сколько влезет, а сейчас лучше подумай о деле.

— А я, Чак, всегда полагаюсь на интуицию.