Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Прощёное воскресенье. Избранное
Шрифт:

2008

Фарфоровые глаза

Унылым был тот серый дом.Мальчишка выколол гвоздёмГлаза у куклы МаргаритыИ думал, что она убита.Смотрела девочка в упорНа выброшенный в грязь фарфор,В руке болталась гуттаперча.И вой её носился смерчем,Слезами обливая двор.О, этот ржавый гадкий гвоздь,Пронзивший девочку насквозь!Синел погубленный фарфорКак детской сказке приговор.

Белая ночь под Москвой

Блудница-ночь, отбросив покрывала,Ногами босыми ступает по земле,И ей вольготного пространства мало,Чтоб охватить притихший сон полей.Она не знает зябкого озноба,Ветрами севера закалена,Её лицо прозрачное сурово,Она мерцающего воздуха полна.Как хорошо, усевшись на крылечке,Глядеть на небо, где не видно звёзд.Кругом светло, как будто пояс МлечныйСвалился здесь во весь свой рост.Но этот свет погаснет как-то разомИ затуманит осторожный взгляд.И небо драгоценным хризопразомУкрасит окон невысоких ряд.И вот уже темнеют листья яблонь,И хвоя восстанавливает хмурь.Была бы воля, не гасила я быНочного неба белый перламутр.

Приход невелик

Приход невелик, всё старушки,И свечек немного уйдёт.Он спит, как всегда, без подушкиИ лампы напрасно не жжёт.Стоит его храм бледнолицыйНа тихом пригорке, и тут,К стене прислонясь, поленницаВещает о дыме из труб.Такая здесь пустошь, безлюдность,Хоть в петлю, особенно в дождь.Посмотришь вокруг, да и плюнешь,Смиряя ознобную дрожь.Ушёл бы, как странник безвестный,Да только не выпустит долг.Нельзя же старушек предместьяОставить без колоколов.И кто их заботы уважит,Елеем помажет их лбы,В которых, как призраки, важноРасположились гробы.Зато в благодатное летоТак радостно Троицу петь!Тут дачники будут в каретахИ девушки – храм посмотреть.И снова покажется милымТвой быт, и не срок помирать.Куда ж подевалися вилы?Пора уже сено убрать.

Не бойся, душа

Луна полыхает латунно.Как страшен внимательный взглядНадсмотрщицы или колдуньи,Вливающей в небо яд.О вечности думать опасно –Затянет в бездонную глубьРукой недоступной и властной.Смертелен её поцелуй.В холодные майские ночиДрожит недостроенный дом.Стучит оцинкованный гром,Держась за родимую почву.Не бойся, душа, глубины,Зовущей в таинственный холод.Латунное пламя луныДля мыслей пророческих повод,И свет её зыбкий, живойЗовёт, как подставленный камень:Вскочить, оттолкнуться ногой,И – в путь, в синеву океанью.

Река речей

Над миром высится, как сумрачный костёл,Громада каменных идей и представлений.Пыхтит и булькает невидимый котёл,И каша льётся, угрожая затопленьем.Что делать, ты хлебаешь эту муть,Поскольку в рот вливается задаром.И всё же бросишь есть когда-нибудь,Поняв, что кашей ты замаран.Поэт, не ешь,В сторонку отойди.Пусть без тебя течёт река речений.Стило своё в чернила окуниИ напиши стихотворенье.

2017

Пчела

Мне близок путь доверчивой пчелы.Она не любит тонкого обмана.И мёд её, сокровище земли,Не терпит смеси с белым рафинадом.

Зеркало

Зеркало алчет добычи.Не забывая – сиять.Затянет тебя в пучинуИ будет лицо глодать.Отнимет природный румянец.Ужимки сведёт на нет.За слоем стеклянного глянцаПрячется сумрачный свет.Захочешь ударить – не бойся!Как в морду бандита врежь!Потом собери осколкиИ выброси в чёрную брешь.Скажи пустоте с выраженьем:«Признайся в своей вине!»И новенькое отраженьеПовесь на голой стене.

2016

«Уходит пора любви…»

Уходит пора любви,Приходит пора раздумийО бедах родной земли,Поруганной злобой огульной.И мысли о ней тяжелы(Как гири в рассоле капусты),Они – о всесилии лжи,О проклятом ложе Прокруста.О многом другом, что саднитПри виде молекул распада.О том, почему скорбитДуша, будто камнем прижата.Судьбу невозможно понять,Но с нами неладно опять,И скалится зло за окном,Кляня колокольный звон.

2018

«Забудутся дома, где хоронились…»

Забудутся дома, где хоронилисьРубины долгожительства родов,Мерцавшие в неистребимых генахНаследников подпорченных годов.Забудутся мечты и упованья,Без связи с оглушительным ТВ.Террасы, чаепитья, гостеванья,Библиотеки, ёлки и т. п.Забудутся лакеи, гувернантки,Вошедшие героями в роман,Исчезнут на полях страны таланты,К несчастью, не доставшиеся нам.Как жаль, что всё сводилось к усреднению,Что опекаем властью «средний» класс.Но так хотелось видеть исключенье,Чтоб класс аристократов был у нас.Не богачей, не меркантильных боссовВ костюмах зарубежных кутюрье,А тех, кто слышал в детстве мамин голос,Воспитанный в возвышенной семье.

23 ноября 2017

«Не верю в райское блаженство…»

Не верю в райское блаженствоИ даже не стремлюсь к нему.Я б предпочла несовершенствоПростых забот и суету.Пускай внезапно оборвётсяРодная эта благодать,Я не хочу существовать,Когда родных слеза прольётся.Скажу начистоту, что мнеНеловко было б в тишине,Где ничего не происходитИ день бессмысленно проходит.Но если прав рассудок высший,Что не исчезнет дух – со мной,Я буду жить частичкой мыслиИ, может быть, одной строкой.

Квартира Блока

Я была в ПетербургеИ вывела новую линию.Она, не считая мостов,Поверх новоявленных блоков,Над белым покровом снеговВела на квартиру Блока.Глядела я через окноСтальными глазами варяжки,Как тонкой иглой ледянойВ стекло упиралась Пряжка.Не звук и не стук за стеной,Не призраки галлюцинаций –По кромке воды ледянойБезмолвно шагали «Двенадцать».

Март 2018

Стареющая певица

Везти усталый голос на продажуВ страну, где оборвётся часть пути.И думать по дороге о пропажеТой свежести, которой не найти.Охрипший голос постаревшей дивыПлетётся вяло на перекладныхВ обрывках арий и речитативов,В былых восторгах принцев нефтяных.Усталый голос просится на ручкиИ чуть не плачет, требуя ответ:К чему все эти визы и отлучкиИз дома, где колени греет плед.Давно пришла пора угомонитьсяИ занавес над сценой опустить.Неправда, что покой нам только снится.Ведь это счастье – без гастролей жить.«Ты, может, прав, – промолвила певица. –Но я пою, пока ещё способна петь.Всё остальное не имеет смысла.Молчание – бездна, где таится смерть».
Поделиться с друзьями: