Чтение онлайн

С этими словами я пригласил заокеанских гостей следовать за собой. Бергофф отнесся к этому без особого энтузиазма. Ему, видимо, гораздо приятнее было вести отвлеченный спор, чем рассматривать наши сады и поля, опровергавшие его теорию умирания земли. Секретарь профессора последовал за нами с тупым выражением на лице.

Я ходил с ними среди деревьев, знакомя почти с каждым растением. Подводя к дубу, я рассказывал, как отлично прижился он в этих песчаных почвах, примирившись с их сухостью и солонцеватостью. Показывал им то вяз туркестанский, то клен татарский, то лох или дикую маслину, то липу и каштан, то другие деревья. Потом повел их во фруктовые сады, предложил посмотреть на яблони, груши, вишни, сливы и абрикосы. Показал и бахчи, на которых зрели арбузы и дыни, сводил на виноградники.

Однако все это, казалось, вовсе не интересовало американского профессора. Холодными, равнодушными глазами смотрел он на окружающее и, казалось, вот-вот готов был зевнуть от скуки. А Гарри Бендж ходил вокруг плодовых деревьев с такой осторожностью, будто боялся, что все это может рухнуть от одного неосторожного движения.

– Вы не бойтесь, мистер Бендж, - шутя заметил я, - все это сделано не из папье-маше, а самое настоящее. Можете любой плод не только потрогать, но и попробовать на вкус.

Бендж и в самом деле осмелился сорвать яблоко и даже надкусил его, но профессор посмотрел на него такими глазами, что он тотчас же выплюнул откушенное.

– Вам, видимо, не очень спелое попалось, - невольно рассмеялся я, - но можете не сомневаться, тут все самое настоящее. Какие у вас будут возражения против всего этого?

Я широким жестом указал на свои угодья.

Эрл Бергофф снял очки и небрежно сунул их в верхний карманчик пиджака, будто больше даже смотреть не хотел на мои сады и поля.

– Что можно возразить вам?
– произнес он задумчиво.
– Если я скажу, что из среднеазиатских пустынь придет испепеляющий ветер, вы ответите, что его встретит на границе Европейской равнины первая полоса лесонасаждений. Если я скажу, что в засушливый год не хватит воды в ваших водоемах, вы ответите: ветросиловые и солнечные установки поднимут воды из глубин земли. У вас действительно есть такие установки, я видел их, когда проезжал по вашим степям. Стоит мне теперь в заключение только заикнуться, что ваши стада вытопчут травы в степи, обнажат пески и они снова придут в движение, вы тотчас же замашете на меня руками. "Помилуйте, - скажете вы, - у нас нет частных скотовладельцев, у нас колхозы и совхозы с плановой системой пользования пастбищами!"

Слушая профессора, я не мог сдержать улыбку. Его удивило это, и он спросил обиженно:

– Так ведь все это. Почему же вы улыбаетесь?

– Потому улыбаюсь, мистер Бергофф, - весело ответил я, - что и вы, наконец, заговорили о политике.

– Что поделаешь, - притворно вздохнул он.
– Наверное, здешний климат вредно на меня действует, и я начинаю изменять своим принципам.

– Как же, однако, прикажете понимать все сказанное вами?
– спросил я. Выходит, что вы возражений не имеете?

– Я-то, может быть, и не имею, - ответил Бергофф, - а вот природа, видимо, будет иметь. Она часто выкидывает какую-нибудь неожиданную штучку, от которой все летит прахом.

– Ну, а нам тут делать больше нечего, - обратился он к Бенджу, приготовьте наши чемоданы, Гарри.

12. О ТОМ, КАК ПРОСЧИТАЛСЯ БЕРГОФФ

Кончив свой рассказ, Птицын сердито сдвинул косматые брови и, помолчав немного, заметил:

– Не буду вам, Иван Ильич, хвалиться своей проницательностью, замечу, однако, что подозрительным показался мне этот визит Бергоффа. Особенно секретарь его, Гарри Бендж, вызвал во мне недоверие. Непохож он что-то на ученого... Подозрения мои может засвидетельствовать помощник ваш, товарищ Глебов. Мы с ним вскоре после отъезда американцев случайно встретились.

– Случайно ли?
– усмехнулся Дубравин.

Михаил Александрович рассмеялся.

– Не сомневаюсь теперь, Иван Ильич, что это было не случайно. По-видимому, Гарри Бендж вызвал подозрения не у одного меня.

– Этот субъект давно уже у нас на примете, - заметил майор Дубравин и спросил Птицына: - А вы, значит, видите определенную связь между визитом Эрла Бергоффа в Советский Союз и недавними событиями в здешних степях?

– Не сомневаюсь в этом, - уверенно ответил Птицын.
– Хотя, правда, прямых доказательств у меня нет.

– Эти доказательства есть у нас, - сказал Дубравин.
– Но и для вас все должно быть ясно теперь в этом деле.

– Вот прочтите-ка эту статейку, - предложил он, подавая Птицыну сложенную газету; это была "Пост Меридием", в которой обращала на себя внимание статья, жирно отчеркнутая красным карандашом.

Михаил Александрович прочел:

"Канзас-Сити. По сообщению нашего специального корреспондента на юге штата Канзас, в графстве Блэкшип, во время сильного урагана какая-то страшная повальная болезнь поразила посевы пшеницы на огромном пространстве. Погибли не только колосья, но и стебли растений. Это усилило опустошительное действие урагана, так как высушенную засухой почву, лишившуюся защиты растительного покрова, ураган легко поднял на воздух и засыпал ею поля и посевы соседнего графства штата.

Картина бедствия, по отзывам старожилов, лишь по масштабам уступала страшному опустошению, причиненному "черной бурей" этому же штату в 1935 году. Как и в те дни, останавливались в пути поезда, застревали автомобили на шоссейных дорогах. Прекратилось движение даже на улицах некоторых городов. В Блэкшипе были закрыты школы, не работали магазины и конторы.

Профессор Бергофф, проживающий в Блэкшипе, к которому обратился наш корреспондент за разъяснением причины бедствия, объяснил его действием не подвластных человеку стихийных разрушительных сил природы. Однако при всем нашем уважении к маститому ученому мы склонны видеть разгадку блэкшипской "черной бури" в рассказе Билли Смита, фермера, поставлявшего свежие овощи в лабораторию Чарльза Бергоффа, сына профессора Эрла Бергоффа.

По словам Билли Смита, в лаборатории Чарльза Бергоффа выводился какой-то совершенно новый вид насекомых типа "G.D." Насекомые эти, как Билли случайно узнал от служащих лаборатории, обладали исключительной плодовитостью и вредоносностью. По мнению Билли, они были выпущены незадолго до начала урагана на волю и погубили посевы, лишив этим почву защиты от ветра. Он уверяет даже, что сам видел разбитые стеклянные ящики вивариев, в которых раньше находились насекомые.

Возможно, Билли Смит под влиянием раздражения из-за причиненного его ферме ущерба сгустил краски, обвиняя Чарльза Бергоффа в злонамеренных действиях, но что во время бури виварии с опасными насекомыми могли быть повреждены случайно, вполне возможно. А вырвавшись на волю, эти насекомые могли, конечно, опустошить поля.

К предположению этому склоняет нас и то обстоятельство, что Чарльз Бергофф, не отрицая существования насекомых типа "G.D." не только не сообщил о них никаких подробностей, но наотрез отказался объяснить значение этих таинственных инициалов. Однако один из лаборантов Чарльза, которого наш корреспондент угостил коктейлем в городском баре, по секрету сообщил ему, что инициалы "G.D.", расшифровываются, как начальные буквы слов "Green Death" ("Зеленая смерть").

– Ну, что вы на это скажете, Михаил Александрович?
– спросил Дубравин, когда Птицын прочитал заметку.