Чтение онлайн

– Товарищ Савельев, - обратился Нечаев к агроному, - вы знаете, что телефонная линия повреждена? Как еще можно связаться с колхозом "Победа"?

– Знаю, что связь порвана, - ответил Савельев.
– Я уже посылал нашего объездчика проверять линию, думал, что обрыв где-нибудь недалеко, но, видимо, повреждение в степи. А что у вас такое? Что передать нужно?

– Команду к бою нужно передать, - ответил Нечаев.

– Ветер спадает разве?

– Нет, по-прежнему устойчив. Областное метеорологическое бюро предсказывает все ту же силу ветра на ближайшие сутки.

– Непонятно что-то... Как же подавать команду в таком случае?

– С ветром происходит другое явление. Он меняет свой фронт.

– Так что же из этого?
– все еще не понимал агроном.

– Это дает возможность сделать благоприятный расчет местной погоды для колхоза "Победа".

– Каким образом?

Нечаев попросил лист бумаги и торопливо набросал на нем схему лесопосадок вокруг колхоза "Победа" и участок пораженной степи.

– Когда ветер дул с юго-востока, - объяснял метеоролог, - лесонасаждения были у него на правом фланге, и он свободно продувал пораженную часть степи. Зато теперь, перемещаясь к востоку, он будет иметь лесопосадки уже перед своим фронтом. Силу его в этом случае деревья и кусты защитной полосы ослабят почти вдвое, и пораженный участок степи окажется в некотором затишье. Нам ведь важен сейчас не ветер вообще, а лишь в данном месте и в данный момент - такова тактическая обстановка, дающая возможность начать газовую атаку.

– Когда наступит такой момент?
– спросил Савельев.

– Часа через полтора, если ветер будет изменять направление с такой же скоростью. Но сообщить в "Победу" нужно немедленно, чтобы там подготовились. Какими средствами мы располагаем?

Агроном задумался. В его распоряжении, как назло, не было сейчас ни одной машины.

– Через час вернется завхоз из соседнего опорного пункта, - заявил он. На его машине можно будет послать кого-нибудь к Галине Сергеевне, но ведь время не терпит. Дорога каждая минута. Я дам сейчас задание нашему радисту связаться с районным центром. Может быть, оттуда действует телефонная связь с колхозом "Победа".

Орест Викентьевич вел себя все это время крайне возбужденно. Оставив книги на полу, он подошел к беседовавшим и пытался даже посоветовать что-то, но Савельев отнесся к энтомологу с нескрываемым пренебрежением. Тот обиделся и, припадая на подагрическую ногу, ушел куда-то, позабыв даже свои книги.

На радиостанцию Савельев пошел вместе с Нечаевым. Радист при них стал монотонно выкрикивать позывные районного центра: - "Волга", "Волга". Я "Кама", я - "Кама"... Перехожу на прием. И он выключил микрофон, но из динамика слышалось лишь легкое потрескивание. И снова радист принимался неутомимо выкрикивать:

– "Волга", "Волга"...

Не дождавшись, когда он свяжется с районным центром, Нечаев ушел к себе, попросив сообщить, когда связь наладится. Метеоролог ожидал дополнительных сообщений из области.

Радист пришел минут через десять и сообщил, что вызвал, наконец, "Волгу", но связи с колхозом "Победа" у районного центра, оказывается, тоже нет, так как телефонная линия повреждена на большом протяжении.

Не возвращался из соседнего опорного пункта и завхоз, но Савельев вдруг вспомнил, что у объездчика Юсупова есть собственный мотоцикл.

– Мотоцикл очень легкий, правда, - объяснил он Нечаеву, - но Юсупов смелый человек и не испугается поехать на нем и в такую бурю.

– Да я сам поеду в крайнем случае, - решительно заявил Нечаев.
– Вызывайте Юсупова поскорее.

Савельев вернулся только через четверть часа. Вид у него был расстроенный.

– Словно сквозь землю провалился, - сказал агроном.
– И мотоцикла нет. Прямо чудеса какие-то. Главное - только что из объезда вернулся. И ехать-то ему вроде некуда...

Нечаев схватил фуражку, стал туже затягивать ремень. Он готов был итти пешком, хотя и понимал, что опоздает. Но вдруг зазвонил телефон. Василий вздрогнул от неожиданности, схватил телефонную трубку и крикнул охрипшим от волнения голосом:

– Алло, слушаю вас!

– Галина Сергеевна?
– обрадовано кричал он через минуту.
– Откуда вы? Из "Победы"? Да, да, я вам должен сообщить важную новость! Что? Уже знаете? Откуда? Орест Викентьевич? На чем же он приехал? На мотоцикле объездчика в такую бурю? Ну, так что же, что Юсупов хороший водитель, все равно для Шмелева это подвиг. Не считал я его способным на это. Очень рад, что ошибся! Что? Не слышу! Скоро пойдете в атаку? Желаю успеха!

Молодец Галя!
– счастливо улыбаясь, думал Василий, кладя трубку на рычажки аппарата.
– С нею можно не только в пустыне, но и где угодно работать. Только бы ветер не подвел, а уж она справится с этими тлями".

И, чувствуя себя участником начавшегося наступления, Нечаев принялся особенно внимательно следить за всеми изменениями в направлении ветра. Ведь сейчас в какой-то мере осуществлялся и его собственный метеорологический план.

10. МАЙОР ДУБРАВИН ПОСЕЩАЕТ ПТИЦЫНА

Несколько дней спустя, когда от вредоносных насекомых не осталось в степи и следа, у центрального здания опорного пункта Птицына остановилась легковая машина. Из нее вышел высокий человек средних лет в белом костюме.

– Иван Ильич!
– обрадовано воскликнул Михаил Александрович Птицын, поспешив навстречу Дубравину.
– Давненько вы у нас не были. Заходите, пожалуйста.

– Нет, нет, - запротестовал приезжий, - жилище ваше я еще посещу. Прежде, однако, хочу еще раз взглянуть на ваши чудеса.

И они пошли осматривать сады, виноградники и бахчи опорного пункта. Иван Ильич подробно расспрашивал о каждом дереве и искренне восхищался хозяйством Птицына, а Михаилу Александровичу было особенно приятно слышать от давно не бывавшего здесь гостя слова одобрения. Но когда майор, как бы невзначай, обмолвился о нашествии вредителей, Михаил Александрович вдруг помрачнел и заметил:

– По чьим-то планам паразиты эти, кажется, должны были уничтожить все это.

Он кивнул головой в сторону сада и полей и сердито сдвинул мохнатые брови.

– Вы, значит, полагаете, что появление Aphidodea не было случайностью? осторожно спросил Иван Ильич.

– Полагаю. Но пойдемте в помещение. Думается мне, что вы неспроста завели этот разговор.

Когда они вошли в комнату Птицына, Иван Ильич Дубравин сел на предложенный стул, закурил и произнес негромко:

– Да, я неспроста завел этот разговор. Может быть, вы расскажете мне о заокеанских гостях, посетивших вас в прошлом году?

– Извольте, - отозвался Михаил Александрович и, усевшись против Дубравина, неторопливо стал рассказывать.