Чтение онлайн

И вообще религиозно-мифологическая система аборигенов отличалась крайней причудливостью и какой-то… неестественностью, что ли. На первый взгляд типичный и притом крайний монотеизм, где единственный источник всего сущего а равно и единственный податель всевозможных благ — Создатель, именуемый тут отчего-то Повелителем, точно речь шла о пусть могущественнейшем, однако земном владыке… впрочем, это могли быть всего лишь нюансы перевода. Все прочие сверхъестественные существа и сущности — демоны, противостоящие Самому и более-менее мелочно пакостящие порождённым Творцом разумным чадам…

Зато Дина твёрдо усвоила, что любая религия имеет своим истоком воззрения о бессмертии души — начиная от духов умерших предков неандертальцев. Так вот — здешняя религиозная система любые варианты загробной жизни отрицала начисто! Человек рождался, рос, ел-пил-богател, затем старел и умирал — и на этом всё заканчивалось. Был и нету. И только отдельным, наиболее возлюбленным чадам своим, великими делами во благо Повелителя заслужившими того Повелителя благосклонность, владыка всего и вся мог даровать бессмертие — но опять-таки бессмертие плотское, в виде череды сменяющихся по мере старения тел… точно изношенные башмаки менять, честное слово. Короче, милостью своей и вечной жизнью Повелитель Вселенной одарял очень и очень немногих избранных. Зато сократить жизнь первую и единственную мог легко и без сантиментов. Как поняла Дина, никаких заповедей вроде «не укради» и уж тем более «не убий» здесь не существовало в принципе. В общем, веяло от этих воззрений таким безнадёжным и страшным сатанизмом…

Но помимо официальной религии существовала ещё и простонародная ересь, радикально противоположная. Иррациональная вера в некую Спасительницу, что явится однажды в этот мир, проломив чудовищную Скорлупу, и всё переменится. С ересью этой официальные власти и особенно храмовые жрецы боролись, боролись упорно и неустанно. Причём, как поняла Дина из объяснений обоих жрецов, прямые репрессии вовсе не являлись тут главным оружием — хотя местные законы избытком гуманизма не страдали. Тучи похабных баек-анекдотов про Спасительницу, разнообразные базарные шоу, в которых Спасительница изображалась то глупой и развратной бабищей, то змеюкой подколодной… В общем, имел место типичный чёрный пиар, примерно такой же, каковой достаточно широко использовался в не таком уж давнем прошлом Земли.

По сравнению с этими глобальными загадками прочие частные заморочки, скажем, с безгильзовыми автоматическими винтовками, выглядели уже малосущественными. Хотя… В каждом хоть сколько-то приличном селении глава местной администрации имел такую винтовочку, служившую заодно и символом официальной власти. И как успела выяснить Дина, массовое изготовление не только столь технологически продвинутого огнестрельного оружия, но даже каких-нибудь относительно простеньких старинных винчестеров было явно непосильной задачей для здешней средневеково-кустарной промышленности.

И поверх всех этих загадок ещё одна. Те, о Ком Не Говорят. Никто из местных не сомневается в их существовании, и в то же время официально эти ребята как бы не существуют. Не говорят о них, и точка. А кто говорит, тот просто враг собственному здоровью. Неоднократное и настойчивое упоминание всуе Тех, о Ком Не Говорят в публичных местах — вернейший способ для гражданина тихо и бесследно исчезнуть.

Между тем воздух в подземелье явственно пропитывался сыростью, под сводами пещеры плавал туман, скрадывавший очертания сталактитов.

— Ну наконец-то! — Клик-Клак вовсю орудовал рулевым веслом. — А ну-ка беритесь за вёсла, господа бывшие жрецы! Сейчас будут небольшие пороги, зато сразу после них Горячие ключи. Там отдохнём!

— … Тяни, тяни!

Пот заливал глаза, шляпа с сеткой сбилась набок, однако поправлять было некогда. Кци изо всех сил упирался пятками в песок, вытягивая сеть. Однако… что же за рыбина там попалась?

— Опять как в тот раз… тэтчера вытащим… — прохрипел сосед, также изо всех сил тянувший неподатливый невод.

— Не должно… — Кци мотнул головой, но шляпа от этого лишь сильнее скособочилась на ухо. — Тэтчер, он толчками… а это тянет, как не знаю кто…

Вода в реке вдруг бурно вскипела. Сеть тут же ослабла и пошла легко. Ещё минута, и невод вытянули целиком. С десяток запутавшихся в ячейках рыбёшек отчаянно трепыхались на горячем песке, да речной краб неуклюже ворочался в путах, пытаясь мощными клешнями перекусить сеть.

— Тьфу… — староста рыбачьей артели разглядывал громаднейшую прореху. — Ну надо же… чего ж такое-то мы поймали, ребята?

— Не поймали… — тяжело переводя дыхание, возразил пожилой рыбак. — Ушла добыча…

Кци заморгал глазами — на фоне Ока возник призрачный силуэт, точно какая-то громадная ракушка. Миг, и всё исчезло.

— Ты чего, парень? — ткнул его в бок сосед.

— Там… там… это…

— Что «это»? — сосед тоже принялся таращиться на светило.

— Там… было что-то…

— Да чего было-то?

— Не знаю… прозрачное такое… раз — и нету…

— Хватит болтать! — отрезал староста. — «Было, было»… Не было ничего. А ну берите сеть и айда домой. Всё, наловились сегодня, невод надо штопать!

…

— … Ну что у тебя, Сорок два одиннадцатый?

— Никаких следов, мой господин. Мы просканировали реку в обе стороны от того места. Я даже проверил все затонувшие лоханки, на всякий случай, спустив под воду боевого робота.

«Тарелка» висела высоко в небе, и на экране было хорошо видно кучку суетящихся аборигенов, тянущих рыболовную сеть.

— Так куда же они делись? — капитан на угловой экранной врезке провёл пальцами по лысому черепу, потёр лицо, словно снимая невидимую паутину.

— Я теряюсь в догадках, мой господин. Теоретически можно предположить, конечно, что у них имелась скоростная торпеда с каким-нибудь атомным источником энергии… тогда искать их бесполезно, они сейчас уже миновали устье и вышли в море…

— Не то, Сорок два одиннадцатый, не то! Разгадка где-то рядом. Рядом с тем местом. Думай!

— Да, мой господин!

— А что это там внизу за шевеленье? — капитан чуть повернул голову, вглядываясь — очевидно, на одном из экранов в корабельной ходовой рубке он видел ту же картинку, транслируемую с «тарелки».

— А, это… — Сорок два одиннадцатый издал короткий смешок, точно царапнул сталью по стеклу. — Это местные поймали сеткой нашего робота. Впрочем, он уже освободился.

— Дальность пять семьсот, относительная скорость шестьдесят пять и два, цель баллистическая!

— Готовность!

Крохотное светящееся пятнышко, окружённое свитой быстро меняющихся цифр, уверенно держалось центре экрана. Шмидт откинул крышечку над красной кнопкой, утопленной в рукоять джойстика, положил на кнопку палец.