Чтение онлайн

— Дальность пять пятьсот, цель в зоне поражения!

— Огонь!

В центре экрана коротко полыхнуло, и вслед за вспышкой на фоне звёздного неба распустился роскошный огненный цветок, чем-то напоминающий гигантскую астру. Астра — звёздный цветок…

— Дальность шесть триста, скорость восемьдесят, цель небаллистическая!

Капитан Шмидт усмехнулся. Надо же, не пожалели «небаллистической цели» для испытания новейшей противометеоритной защиты. Серьёзно, ой, как всё серьёзно выходит…

— Готовность!

— Пять пятьсот, цель в зоне!..

— Огонь!

И вновь меж звёзд распускается невиданный огненный цветок — облако плазмы, образовавшееся от испарения столь массивного объекта, не спешит бесследно рассасываться в пустоте.

— Перегрев системы!

— Отбой!

Рабиндранат вернул предохранительную крышечку на место, ткнул на пульте клавишу отключения противометеоритной защиты, откинулся в кресле, прикрыв глаза. Перегрев системы, надо же… Программа испытаний составлена не просто максимально жёстко. Чжан прав, тут и слепой увидит… Обычно упор в этом деле составляет активное маневрирование, ведь гораздо проще уклониться от крупной космической глыбы, чем расстреливать её издали, рискуя к тому же приобрести взамен той глыбы целый метеорный рой, массу мелких и чрезвычайно опасных камешков… Ну и стрельба за пять тысяч километров, это уже даже не смешно. Стрелять на такой дистанции, форсируя гамма-лазеры, имеет смысл действительно только по «небаллистической» цели.

Чтобы та самая небаллистическая цель не успела пальнуть первой, как совсем откровенно выразился вчера бортинженер Сергей Переслегин.

— Сергей, что там с системой охлаждения? — капитан ткнул в клавишу связи.

— Нормально работает, кристаллы лазеров остывают…

— Ну хорошо. Давайте будем обедать, потом проверка всей системы, и переходим к последнему пункту.

— Ну это они уже вообще, кэп, — подал голос сидевший в соседнем кресле Чжан. — Групповая маневренная цель…

Рабиндранат Шмидт чуть поморщился. Чжан прав — этот пункт явно лишний. Если подобная ситуация возникнет в реале, о возвращении домой можно будет не вспоминать.

— И тем не менее, Чжан. Программа есть программа.

Китаец чуть улыбнулся.

— «На войне как на войне» — так ведь говорят?

— Мой господин, я не нашёл.

Бывали моменты, когда Сорок два одиннадцатый даже завидовал мохнорылым, способным отражать на мордах эмоции при помощи мимических мышц. Во всяком случае, сейчас любые возможности выразить беспредельное раскаянье были бы не лишними.

— Выражаться следует точнее, Сорок два одиннадцатый. Правильно будет: «я их упустил».

— Да, мой господин. Я их упустил. Никаких следов, ни малейших. Простишь ли ты ничтожного?..

— Как всё просто, Сорок два одиннадцатый. Знаешь, что здесь, в этой дыре тебе довольно трудно найти замену, и оттого легко признаёшь ошибку? А как прикажешь мне доложить Контролёру?

Капитан «зелёных» провёл рукой по лысине, затем по лицу, будто снимая паутину.

— В общем так… Я не собираюсь выглядеть идиотом из-за того, что некто, кому четырёхзначный индекс присвоили явно по ошибке, не сумел выловить какую-то самку мохнорылых, ранее им же пропущенную на планету под видом «обломка». Дело не закончено, Сорок два одиннадцатый. До планового отчёта время ещё есть. Подключай к поискам этого их главного головореза, бери хоть весь комплект роботов, что имеется на борту корабля, но чтобы эту самочку ты отловил. Ладно, на самый крайний случай можешь шлёпнуть — но бродить по просторам она не должна. Вопросы?

— Один вопрос, мой господин. Могу ли я обещать этому головорезу бессмертие? Он будет работать уже не за страх… он там все камни перевернёт.

— Мммм… без санкции Контролёра…

— Но это единственный шанс, мой господин. Иначе он для вида изобразит активность, уж нам ли не знать.

— Ну хорошо, хорошо! В конце концов, обещать и сделать не одно и то же.

— Больше вопросов нет, мой господин.

— Замечательно. Работай!

— Вот они, Горячие ключи.

Дина озиралась. Обширнейшая пещера, внутреннее пространство которой было рассечено многочисленными арками и колоннами, уходила в перспективу, и перспектива эта терялась в густом тумане. Вокруг клокотали, булькали и шипели на разные голоса невидимые горячие источники, наполняя подземелье потусторонними звуками. Сталактиты здесь сияли явно ярче, нежели их собратья в галерее гротов, через которые они плыли. Интересно, отчего так?

Она вдруг коротко, почти беззвучно рассмеялась. А не пора ли вспомнить, голубушка, о своих непосредственных служебных обязанностях? Потому как на планету эту попала она вовсе не с целью играть в прятки-догонялки. Она, Дина Горностаева — планетолог. Член экипажа звёздного корабля «Прорыв». Последний оставшийся в живых, и раз так — ей придётся работать за всех. За Стасика, за Элю и за дядю Жору, Джорджа Богдановича. И даже за капитана, Владислава Иосифовича. Только так и никак иначе!

Девушка достала из сумки небольшую плоскую коробку, осторожно раскрыла её, нажала кнопку «пуск» — на экранчике с готовностью загорелось цветистое приветствие. Полевой экспресс-анализатор, конечно, не бортовая лаборатория звездолёта, но для предварительного сбора данных сойдёт. И первым делом возьмём-ка соскоб вот с этого розово светящегося сталагмита…

Уже через пять минут тайна подземного освещения оказалась раскрыта. Ну конечно, как и следовало ожидать — биолюминесцирующие микроорганизмы. Ещё через пару минут Дина твёрдо знала, чем питаются эти микробы — в воздухе подземелья оказалось значительное количество метана. Осталось взять пробы воды…

— … Прости, Ди-на, что отвлекаю — раздался позади голос Клик-Клака, — но не желаешь ли искупаться? Здешние источники хороши, а подземная сырость не слишком полезна для здоровья.

Вид трёх голых мужиков вообще-то был не слишком удивителен для земной девушки второй половины двадцать первого века, где-нибудь на канарских пляжах этого добра не меньше, чем пингвинов в Антарктиде. И будь она на тех Канарах, никакого стеснения не возникло бы — снимай одежонку да в воду. Однако здесь… на чужой планете… Воображение немедленно подсунуло подходящую картинку — толпа средневековых фанатиков и голая ведьма, прикованная к столбу…

— Что-то не так? — встревоженно спросил Джанго.

Дина улыбнулась. А пожалуй, как раз всё так. И самое время проверить, насколько можно доверять её спутникам. Ну что ж, маленький социо-психологический эксперимент…

Она стянула с себя змеиную шкуру скафандра с крупными чешуями карбин-титанитовой бронезащиты на спине, груди и животе, затем нижнее трико, уже изрядно пропахшее потом. А хорошо бы и постирушку устроить, мелькнула мысль. Никакого другого белья у Дины не было — любой, имевший дело со скафандрами, знает, каким орудием пытки может стать безобидный бюстгальтер.

Вот интересно, что будет, когда это нижнее трико износится?

Она вновь усмехнулась. Обхватила ладонью рукоять бластера, торчавшую из кобуры. Судя по последним событиям, износить даже один комплект белья тут будет непросто. Ой, как непросто… Так что не будем загадывать наперёд. И эту машинку надо держать под рукой, вот что. Бластер в этих краях куда нужнее белья.

Каскад подковообразных мини-бассейнов, будто вложенных друг в друга стопочкой, курился паром. Вода в верхнем была такова, что вполне годилась для варки мяса и рыбы, однако стекая в нижележащие водоёмчики, вода та остывала и к середине каскада становилась вполне приемлема. Положив оружие на край, так, чтобы можно было не глядя цапнуть пятернёй, девушка осторожно спустила ноги в бассейн и нырнула сама. Горячая вода обожгла в первую секунду, но уже во вторую… ух, хорошо! Да нет, это же просто здорово!

Некоторое время она лежала в целебной воде молча, расслабленно и с закрытыми глазами, ощущая, как медленно растворяется, истекает из тела усталость, точно каменная соль, напластовавшаяся за последние дикие дни… Девушка вновь улыбнулась. Какие «дни»? В здешнем языке попросту нет такого слова. Как нет слов «неделя», «месяц» и «год», а также «час» и «минута». Здесь говорят «три сон-яви назад», или «пять вздохов» Мир ненастоящего времени…

— Клик-Клак, а отчего тебе дали такое имя? — внезапно спросила она, открывая глаза.