Чтение онлайн

Коварные мысли, что не справлюсь и не успею подготовиться, я с позором гнал из своей увлеченной головы. У меня уже был опыт прошлых травм, и я осознавал, как сложно восстанавливаться после таких операций. Врачи хорошо меня зашили и уверяли, что связки рваться больше не будут. Они явно не рассчитывали на мои чудачества и легкомысленное упрямство – позже я рвал эти связки еще дважды.

Восстановление идет быстрее, если веришь в себя и ставишь перед собой цель. Решил в больнице отрепетировать матчи против главных конкурентов в суперфинале – Игоря Рубцова, Алексея Ливенцова и Василия Лакеева. Это сейчас в Ютубе легко найти игры всех более-менее известных теннисистов на любых турнирах. Тогда же я попросил друзей привезти мне в больницу видеозаписи с матчами будущих соперников.

Трудно поверить, но я составил план игры на каждое очко с каждым из них! Записи до сих пор лежат где-то у меня в шкафу. Причем спланировал, как должен играть не здоровый, а больной и ограниченный в движении Шмырев. Поверьте, я понимал, что шансов против трех игроков сборной России у меня, мягко говоря, маловато. То есть совсем нет! Во время тренировок в «Чертаново» картина была печальной: хромой мужик в негнущемся наколеннике пытается играть в теннис, не отходя от стола. Получалось хреновенько. К мячу опаздывал, морщился от боли и что-то бормотал себе под нос. Ему бы на костылях ходить, а не ракеткой размахивать! О костылях я вновь вспомнил накануне суперфинала. Но об этом позже.

В тот раз в декабре 2005 года в клинику ЦИТО я попал по собственной глупости. Тогда там же, в «Чертаново», проходил очередной тур клубного чемпионата России. За «Факел-Газпром» мы выступали вместе с друзьями-одноклубниками – разудалым Сергеем Андриановым, надежным Евгением Регентовым и разумным Иваном Москаевым. Наш клуб держался на энтузиазме и энергии удивительного человека Виктора Михайловича Андреева. Для него «Факел Газпром» был главным делом всей жизни. Много лет он работал тренером в спортшколе и мечтал создать в Оренбурге суперкоманду. Очень напоминавший мне доброго, но насупленного Винни-Пуха, Виктор Михайлович шел к цели, преодолевая любые преграды. У скрупулезного Андреева всегда и все было организовано на высшем уровне. Перед важнейшими матчами он, педантичный и требовательный, вводил нас в состояние, когда мы понимали, что не имеем права на ошибку. Поначалу Виктор Михайлович приходил на заключительные тренировки и лично все проверял: игровые задания, командный настрой, даже стрелки на шортах. Поправлял каждый бортик в зале и перевешивал афишу матча, если ему не нравилось, как она висит. «Ни на кого нельзя положиться, – ворчал он. – Правильно говорят: хочешь сделать хорошо, сделай сам». Андреев проводил собрания перед матчем, заставлял запомнить расписание игр, а после отдельно просил каждого повторить зазубренное.

Позже он все же доверил подготовку к матчу и расстановку бортиков директору клуба, своему в доску, Юрию Анатольевичу Памшеву и нашему волшебнику-доктору «всегдаготовпомочь» Сергею Михайловичу Подлужному. Все мы – Жека Регентов, Сержио Андрианов, Вано Москаев и я – с неизменным уважением относились к Виктору Михайловичу. Знали, как он всей душой болеет за команду и всегда держит слово. Он пробивал дополнительные премии, обеспечивал игроков служебным жильем, старался поддержать всех спортсменов и сотрудников клуба, даже организовывал команде совместный отпуск. С улыбкой вспоминаю наши клубные поездки на отдых в Сочи. Однажды моя жена Галя даже расплакалась из-за совкового сервиса и тараканов в гостинице «Жемчужина». С ней мы пару лет провели в Германии и знали, каким должен быть сервис на хорошем курорте. Как капитан команды, я предлагал Виктору Михайловичу лучшие и более экономные варианты для отдыха, но наш начальник, настоящий коммунист (в хорошем смысле) и несгибаемый патриот, возражал: «Я всю жизнь с семьей ездил в Сочи. Это было лучшее место отдыха в СССР! Моя команда и сегодня будет жить в «Жемчужине»!» Нам оставалось только соглашаться.

С Андреевым мы познакомились еще в 80-е годы, когда он работал тренером в оренбургской спортшколе. В 1985 году в Оренбурге проходил командный Кубок СССР, на котором мне, «обязательному» юноше (регламент требовал включать в команду молодого игрока), удалось сенсационно победить Андрея Мазунова и Игоря Солопова. Тогда я навел шороху и получил из рук Андреева, главного судьи турнира, хрустальный тяжеленный кубок «За волю к победе». Он до сих стоит у меня дома на видном месте. Такой же, только переходящий кубок дали команде-победительнице за первое место!

В середине 80-х никто даже подумать не мог, что в ХХI веке благодаря энтузиазму Андреева, в Оренбурге будет построен один из лучших в Европе центров настольного тенниса, а команда «Факел-Газпром» пять раз выиграет Лигу чемпионов. В 90-е город Оренбург стал важной точкой на карте настольного тенниса России. Там три года подряд проводился чемпионат страны. Андреев говорил мне: «Будет сильная команда, обязательно приглашу тебя, Максим». И сдержал обещание. Регентов и Москаев вывели «Факел» в высшую лигу, и в 2003-м Андреев позвал меня в команду. После десяти лет в бундеслиге я решил принять предложение. Да и задачу Андреев поставил амбициозную – выиграть клубный чемпионат. Забегая вперед, скажу, что с «Факелом» нам удалось это сделать дважды.

Нашим главным конкурентом была очень сильная команда «ТНК-ВР» из Сорочинска, городка нефтяников в 170 километрах от Оренбурга. ТВ и пресса Оренбурга, поделенная на «газовую» и «нефтяную», внимательно следила за нашим соперничеством. Несколько лет подряд матчи между «Факелом» и «ТНК-ВР» были главными в сезоне, почти как между футбольными «Реалом» и «Барселоной» в Испании. Когда нам удавалось победить в оренбургском дерби, СМИ нефтяников сообщали, что «ТНК-ВР» занял 2-е место, выиграв все матчи при одном поражении. Было забавно за этим наблюдать. Кому проиграли, разумеется, не сообщалось… Мы побеждали чаще до тех пор, пока на суперфинал сезона 2006/07 Сорочинск не взял в команду тайваньца Чуан Чи-Юаня, третьего в мире по рейтингу.

За два месяца до матча с Сорочинском Андреев превращался в вулкан. Проводил собрания и накалял обстановку: «Проигрывать нельзя. На матч приедет президент «Газпрома». Отступать некуда, позади Москва!» За победу над Сорочинском нам полагались специальные призовые. По меркам настольного тенниса мы зарабатывали большие деньги – по несколько тысяч долларов в месяц. За победы в чемпионате, Кубке России или европейских кубковых встречах Андреев выдавал дополнительные призовые. В одном из сезонов за победу в чемпионате России мы получили по десять тысяч долларов. Каждый. И по совету друзей клуба нам подарили автомашину «Лада». Новую модель!

В декабре 2005 года завершалась первая половина сезона. В «Чертаново» собрались клубы обеих групп премьер-лиги, в том числе «Факел» и «ТНК-ВР». Игра против главного соперника у нас сразу не заладилась, и я уступил Василию Лакееву со счетом 1:3. Мои товарищи по команде тоже дрогнули, и мы проиграли командную встречу 2:4. Это был промежуточный этап, и с турнирной точки зрения ничего страшного не произошло. Конечно, на душе у нас было тоскливо, да и неприятно было потерять осязаемые призовые. А вот для Андреева поражение клуба всегда было катастрофой, и он ходил мрачнее тучи.

Мы вернулись в гостиницу расстроенными. На следующий день команде предстояло разъезжаться по домам. Собираемся все вместе в ресторане в Беляево проводить год, который мы заканчиваем вторыми вслед за нашими основными конкурентами. На носу Новый год, впереди перерыв в матчах на пару месяцев, и мы расстаемся с обещанием друг другу стать в этом сезоне чемпионами. Выхожу из ресторана, на душе кошки скребут, в душе – досада, в теле – алкоголь. «Как же я мог так проиграть Васе и поставить команду в сложное положение?» Вспоминаю, что рядом дом старой и хорошей знакомой, которую лет пять не видел. Решаю на снегу кока-колой большими буквами написать ей привет так, чтобы было видно из окна ее квартиры на 12-м этаже. Пусть прочитает надпись на снегу и попытается отгадать, кто мог такое учудить. Убеждаю себя, что проигравший спортсмен должен исправлять свои недоработки и быть готовым совершать подвиги! Колу купил, на снегу «Привет!» написал, подвиг совершил!

Сделал дело – гуляй смело! Так нет же, я решил подняться по лестнице, чтобы проверить, видна ли надпись с 12-го этажа. Ура, все замечательно: дурь крепка, надпись видна! Спускаюсь по лестнице, нога проскальзывает по ступеньке на льду… Щелчок, вспышка боли, и всем существом ощущаю, что в ноге что-то изменилось. Боль была настолько острой, что пришлось закусить руку, чтобы не потерять сознание. Осознаю, что порвалась передняя приводящая связка колена, которая уже пару лет беспокоила. В голове сразу мысли, как стрелы: операция, выбываю надолго из строя, а как же команда, уговор победить в чемпионате? Кое-как допрыгал до первого этажа. Нога болталась, как чужая, согнуть ее не мог. Привязал к ней какую-то палку и дальше уже прыгал на здоровой ноге. Вызвал такси и поехал в Битцу, в отель, к моим мгновенно ошалевшим от увиденного одноклубникам Регентову, Андрианову и Москаеву. «Друзья, простите, подвожу вас. Поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся – снова порвал связку. Играйте пока без меня. Похоже, месяцев на шесть я не игрок». Знакомой дорогой еду в ЦИТО, где родные врачи подтверждают разрыв. Операция через два дня, восстановление приводящей мышцы надколенника займет полгода. Меня определили в ту же палату, где я лежал 13 лет назад. Даже медсестры меня вспомнили, хотя через палату за это время прошло несколько десятков спортсменов, артистов цирка и балета.