Чтение онлайн

Летели мы двенадцать суток и четыре с половиной часа. Системы «Валтрая» медленно, но неумолимо отказывали одна за другой, и двести четырнадцать членов сдвоенного экипажа, включая нас с Гриссом, не знали, успеем ли мы вернуться до того момента, когда начнется критическое обрушение.

За это время мы дважды столкнулись со змеранами. В первый раз проводили напряженными взглядами исчезавший в воронке перехода хвост «ящера». И наверное, не только я мысленно радостно помахала ему вслед. Во второй раз тень и масса мертвого планетоида укрыла нас сразу от двух вражеских патрульных. Навигация сдохла одной из первых, координаты выставляли и расчеты делали вручную. Затем пришлось полностью отключить ИскИн от пилотирования. Растущие лавиной баги в системе принудительно меняли выставленный курс, уводя корабль не в ту сторону. Спали мы не более шести часов в сутки, слишком много работы привалило.

Спустя неделю в рубке появился Ладир, вот уж счастья было! Но приступить к своим обязанностям он сможет не ранее, чем через месяц – увы, последствия смертельного удара. Ему предстоит углубленная реабилитация, затем будет медкомиссия. При любом напряжении, физическом или эмоциональном, у Ладира начинался тремор и наливался кровью левый глаз, где была повреждена глазница. Поэтому пилотировать он не мог, зато составлял нам компанию и давал нужные советы.

Я ни разу не навестила в карцере бывшего напарника, не нашла в себе сил и сочувствия. Стоило о нем подумать, перед глазами летел мне в лицо стальной кулак озверевшего Матиаса Дариана и обмякал в кресле залитый кровью Ладир. Нет и нет!

Дальше мысли перескочили на другие, более приятные моменты. Я улыбнулась, вспомнив возросшие сексуальные аппетиты Грисса во время путешествия. И его настойчивое желание держать меня все время при себе. Даже не сразу сообразила, что он попросту ревновал. Не к аяшам – они свои традиции и реалии впитывали с молоком матери. В их уважительном и исключительно служебном ко мне отношении муж был абсолютно уверен.

А вот шестьдесят четыре дицемертина, беловолосых, высоких красавчиков с военной выправкой и харизмой, которые, как ему казалось, постоянно толкались возле «его сокровища», Грисс игнорировать не мог. Система вентиляции периодически барахлила, еще и химчистка работала едва-едва, а у наших экстренно эвакуированных гостей запасной одежды не имелось. Аяши, конечно, кое-чем поделились, но все равно дицемертинам приходилось ходить в облегающих мускулистые торсы футболках и штанах. Заметив меня, они порой «шалили»: играли бровями, подмигивали или разглядывали исподтишка.

В общем, мужу было спокойнее, когда я была в пределах его видимости. Хотя я считала, что в моем лице, единственной женщины среди двух сотен мужчин, наши гости просто искали отдушину, способ отвлечься от безделья, напряженной неизвестности и боли потери, ведь половина экипажа «Лоджа» – друзья и сослуживцы, с которыми огонь и воду прошли, – навечно осталась в системе Паея на погибшем корабле. Наверное, еще и поддержать меня таким образом хотели, узнав от своих пилотов, как нам в рубке тяжело приходилось. Ну и выглядела я тогда из-за усталости и тревоги не лучшим образом.

Спустя двенадцать суток чуть тикавший ИскИн доложил, что засек «неопознанный» корабль. В тот момент у меня в очередной раз внутренности от страха ледяным узлом скрутило. А когда спустя две минуты выяснилось, что мы натолкнулись на «Нодус», я чуть позорно не разревелась от счастья и облегчения. Пришлось сидевшему рядом Ладиру тихо успокаивать меня, пока хедар выходил на связь.

Тогда мы узнали, что экипаж «Валтрая» числился без вести пропавшим, ведь никто нас погибшими не видел, в отличие от горевшего «Лоджа». Командиры спасшегося каравана дицемертинов в своих рапортах красочно и от всей благодарной души описали, как героически «Валтрай» их спасал. С сожалением описав безвыходную ситуацию, в которой они вынуждены были нас оставить, прикрывая тыл пассажирским лайнерам. Надежд на наше спасение никто не питал, а отсутствие следов на месте сражения в системе Паея прибывшие спасатели объяснили логично и наиболее вероятно: аномалия засосала в голодную бездну все доставшиеся ей трофеи.

И каково же было счастливое потрясение экипажа «Нодуса», который при очередном патрулировании натолкнулся на «консервную банку», в которой узнал своих, битых, но живых. Пока шла стыковка обоих кораблей для последующего совместного скачка, по приказу хедара Дилегра капитан «Нодуса», помимо «Рушаза», отправил на Аяш новость о нашем обнаружении и спасении части экипажа «Лоджа». По моей настоятельной просьбе сообщение о находке сразу же отправили и командующему Военно-космическим флотом Земли, добавив, что все живы. Для Элины.

Когда спустя несколько часов «Нодус» с «прицепом» прилетел на станцию, выживших встречали плотной радостной межрасовой толпой и шумными овациями. Наверное, собрались все, кто не на боевом дежурстве. Бойцы, сходившие с измученного «Валтрая», растерянно улыбались. Я бы тоже с удовольствием сошла с корабля…

К сожалению, части экипажа «Валтрая» пришлось дожидаться экстренно созданной комиссии по расследованию инцидента о нападении курсанта земной академии на аяшского офицера. Да еще во время боевых действий. В комиссию включили куратора группы курсантов майора Лемеха, как нашего защитника, главу межрасовой станции полковника Хварастана-дер-Маржана, а также пятерых представителей службы безопасности станции, двое из которых земляне и по одному тумси, марану и дашахшану.

Посеревшего и поникшего Дариана с «Валтрая» увели конвойные. Работу комиссия начала прямо в рубке, где состоялся наш первый из дальнейшей череды подобных сложный разговор. Меня опрашивали как непосредственного свидетеля и участника событий. Сперва Лемех на любой, на его взгляд, каверзный вопрос ко мне реагировал негативно, но разобравшись, что виновник только один курсант, Дариан, перестал. Тщательно вникал в нюансы и записывал.

Основной задачей комиссии по прибытии «Валтрая», как выяснилось, был первичный опрос второго стажера, меня то есть, а также официальное «вскрытие пломб ИскИна» для проверки и изъятия видеоматериалов из рубки. А перед этим мне пришлось вместе с суровыми военными смотреть эти самые «материалы», вновь окунувшись в кошмар первого и такого сложного боя.

Я содрогнулась, неосознанно сжавшись, когда экраны показали ослепляющий свет первого плазменного напалма, разлившийся по корпусу «Валтрая» при выходе из скачка. Сыпавшиеся с потолка искры и потолочные панели. С гордостью слушала короткие уверенные команды хедара. Смутилась и испытала облегчение, отметив с каким бесстрастным видом работала, четко и профессионально. На самом деле в тот момент я обмирала от ужаса.

Несколько раз я поймала на себе удивленно-одобрительные взгляды Лемеха и офицеров службы безопасности. Особенно, когда они пристально, напряженно наблюдали за слетевшим с катушек Матиасом Дарианом, которого еще до вылета обозначили стажером-наблюдателем без права голоса. Камеры ИскИна с дотошно-безжалостной детализацией запечатлели каждый миг его подлого нападения сперва на первого пилота, с четко поставленным, выверенным ударом в незащищенную область головы. Затем мощный замах и попытку повторного удара мне в лицо, и какой-то нечеловеческий рывок Грисса к нам, перехват летящего в меня смертоносного кулака. Я рвано выдохнула, словно вновь испытала накрывшее меня тогда облегчение: уцелела, выжила!

Когда камеры показали, как Ракеан с помощником унесли Ладира и Дариана, сообщив, что они живы, хедар Дилегра остановил трансляцию. И категорично заявил, что видео с нападением курсанта комиссия по расследованию может забрать, копию им тут же переслали, а дальнейшие записи – это уже внутренние дела аяшей.

С трудом сохранив невозмутимое выражение лица, в душе я испытывала облегчение, ведь после нападения, во время боя, Грисс несколько раз назвал меня нашей общей фамилией. И я не хотела раскрывать этот факт раньше времени. После препирательств по поводу изъятия видео боя целиком, получив жесткий отказ, от него отстали. Аяш не входит в Содружество, поэтому хедар Дилегра в своем праве выдать лишь ту часть данных, которая касается непосредственно преступления.

Попрощавшись с комиссией и завершив все дела на «Валтрае», оставленном на караульного, мы с Гриссом перебрались на «Нодус». Сперва он связался с дядей и подробно изложил все обстоятельства дела, заодно обсудил дальнейшие действия. Мне разрешили присутствовать при столь важном разговоре и даже предложили посидеть. И вот, сидя в кресле, я, младший офицер, наблюдала за переговорами высших офицеров. Видела, с каким жадным облегчением и влажно поблескивавшими глазами суровый хеллидар Ирис Деруг вглядывался в лицо и фигуру племянника, затем и меня осмотрел и даже одарил благосклонной, почти ласковой улыбкой.