Чтение онлайн

Меня разбирает смех. И тут вдруг, когда Эрик, щекоча меня, просовывает руки мне под футболку, до меня доносится:

– Буууууууу…, булочка!

Переглянувшись, мы с Эриком быстро выпрямляемся на диване. Из дверей на нас глядит моя сестра и с перекошенным от боли лицом, выкрикивает:

– Ой, боже! Ой, боже! Кажется, у меня отошли воды.

Мы с Эриком быстро встаем и подходим к ней.

– Этого не может быть. Я не могу сейчас рожать. У меня срок через полтора месяца. Я не хочу рожать. Нет. Я отказываюсь.

– Успокойся, Ракель, - шепчет Эрик, открывая свой мобильник и начиная набирать номер.

Но моя сестра остается самой собой и беспомощно ноет:

– Я не могу начать здесь рожать. Девочка должна родиться в Мадриде. Там все ее вещи и…, и… Где папа? Мы должны ехать в Мадрид. Где папа?

– Ракель, пожалуйста, успокойся, - говорю я, умирая от смеха над всем происходящим. – Папа уехал с Норбертом. Они вернутся через несколько часов.

– У меня нет нескольких часов! Позвони ему и скажи, чтобы он немедленно приезжал. Сейчас же! О, боже, я не могу рожать! Сначала должна быть твоя свадьба. Потом я вернусь в Мадрид и там наконец рожу ребенка. Вот нормальный порядок вещей, и ничего нельзя пропускать.

Я пытаюсь держать ее за руки, но она очень нервничает и отбивается от меня. В конце концов, пропустив удар от своей безумной сестры, я смотрю на Эрика и говорю:

– Мы должны отвезти ее в больницу.

– Не беспокойся, дорогая, - шепчет Эрик. – Я уже позвонил Марте, она ждет нас в своей больнице.

– Какой больнице? – встревоженно кричит сестра. – Я не доверяю немецкой медицине. Моя дочь должна родиться в больнице «12 октября» в Мадриде, а не здесь.

– Ну, Ракель, - вздыхаю я, - мне кажется, что девочка решила быть немкой.

– Нет…!

И, хватая Эрика за шею, она тянет его и, выйдя из себя, требует:

– Вызови самолет. Пусть он нас заберет и отвезет в Мадрид. Я должна родить там.

Эрик моргает. Он глядит на меня, а на меня опять нападет смех. Моя сестра беспомощно кричит:

– Булочка, пожаааааалуйста, не смейся!

– Ракель…, посмотри на меня, - шепчу я, стараясь не засмеяться. – Пункт первый: расслабься. Пункт второй: если девочке суждено родиться здесь, она появится на свет в самой лучшей больнице, потому что Эрик все устроит. И пункт третий: на счет моей свадьбы не беспокойся, до нее осталось еще десять дней.

Эрик с серьезным лицом, в подавленном от всего происходящего состоянии, просит Симону присмотреть за детьми. Потом, не обращая внимания на жалобы моей сестры, он берет ее на руки и сажает в машину. Через двадцать минут мы приезжаем в больницу, где работает моя невестка Марта. Она нас ждет. В то же время сестра продолжает настаивать. Девочка не может родиться здесь.

Но природа берет свое, и через пять часов в Германии на свет появляется чудесная девочка весом почти три килограмма. После того как я прошла с сестрой тяготы родов, потому что она отказалась остаться в операционной одна с незнакомыми людьми, говорящими на непонятном языке, я взъерошенной вышла к отцу и Эрику и посмотрела на них. Оба мужчины очень серьезны. Они встают, я подхожу к ним и сажусь.

– Боже, это было ужасно!

– Дорогая, - беспокоится Эрик, - как ты себя чувствуешь?

Продолжая переживать увиденное, я шепчу:

– Это было кошмарно, Эрик…, кошмарно. Посмотри, у меня вся шея в волдырях!

Я беру лежащий на столике журнал и глубоко вдыхаю. Как жарко!

– Смугляночка! – ворчит отец, - перестань болтать глупости и скажи мне, как твоя сестра.

– Ай, папа, извини! – вздыхаю я. – Ракель и ее дочка чувствуют себя великолепно. Девочка весит почти три килограмма, и Ракель плакала и смеялась, когда ей ее показали. Это великолепно!

Эрик улыбается, отец тоже, и потом они обнимаются и поздравляют друг друга. Но меня увиденное выбило из колеи.

– Девочка прекрасна…, но я…, мне плохо.

Меня испуганно хватает Эрик. Отец забирает у меня журнал и машет им у меня перед носом. Я слабым голосом говорю:

– Эрик.

– Да, родная.

С выпученными глазами я гляжу на него.

– Пожалуйста, дорогой. Не заставляй меня проходить через это.

Эрик не знает, что сказать. Его тревожит то, в каком я сейчас состоянии, а отец издает смешок.

– Угу, смугляночка! В этом ты вся в мать.

Когда тошнота проходит, и я опять становлюсь самой собой, отец смотрит на меня:

– Еще одна девочка. Почему я всегда окружен женщинами? Когда у меня появится внучок?

Эрик глядит на меня. Отец глядит на меня. Я, поморгав, проясняю им ситуацию:

– Не смотрите на меня так. После того, что я увидела, я не хочу иметь детей. Ни за что!

Через час, когда Ракель уже перевели в прекрасную палату, мы все трое заходим ее навестить. Маленькая Лусия просто прелестна, и у Эрика, глядя на нее, слюнки текут.

Я, открыв рот, наблюдаю за ним. С каких это пор он так полюбил детей? Попросив разрешения у Ракели, он нежно берет девочку на руки и говорит мне:

– Дорогая, я тоже хочу такую!

Отец улыбается. Моя сестра тоже, а я очень серьезно отвечаю:

– Ни за что!

Вечером отец настаивает на том, чтобы остаться на ночь с девочками в больнице. Когда он со мной прощается, я называю его «наседкой», и он смеется. Мы с Эриком одни возвращаемся в его автомобиле домой, я очень устала. Эрик под звучащую по радио какую-то песню на немецком языке молча ведет машину, а я довольная тем, что все закончилось благополучно, гляжу в окно. Неожиданно, когда мы доезжаем до нашего квартала, Эрик останавливает автомобиль на обочине.

– Выходи из машины.

Я удивленно моргаю и смеюсь.

– Ладно, Эрик. Чего ты хочешь?

– Выйди из машины, детка.

С улыбкой на лице я подчиняюсь. Я догадываюсь, что он собирается сделать. А затем начинает звучать “Blanco y negro” Малу, и Эрик, увеличив звук до максимума, встает передо мной и спрашивает:

– Потанцуешь со мной?

Я улыбаюсь и обхватываю его руками за шею. Эрик прижимает меня к себе, а голос Малу в это время поет:

T'u dices blanco, yo digo negro.

T'u dices voy, yo digo vengo.

Miro la vida en colores, y t'u en blanco y negro.

– Знаешь, детка?

– Что, верзила?

– Сегодня, увидев малышку Лусию, я подумал, что…

– Нет… Даже не смей просить меня об этом! Я отказываюсь!

Черт! Сказав последнюю фразу, я вспомнила о сестре. Какой ужас! Эрик улыбается, еще сильнее обнимает меня и шепчет:

– Тебе бы не хотелось иметь маленькую девочку, которую ты бы учила водить мотоцикл?

Я смеюсь и отвечаю: