Проснись, Рапунцель
Шрифт:
– Накапай ей корвалола, – пробурчала Даня и нажала на «отбой».
«Твою мать! – Она врезала телефоном прямо по двери. Гаджет отозвался удрученным треском. – Да за восемь часов я максимум об одном собеседовании успею договориться! И какой дурак мне сразу справку такую выдаст?!»
За спиной девушки раздалось деликатное покашливание. Даня сильнее вжала телефон в дверь. Лучше не бывает. Сорвалась при посторонних.
– Все в порядке? – участливо спросил Глеб.
«Ни хрена не в порядке».
Даня посмотрела через плечо. Гендиректор Левин казался искренне обеспокоенным. Шушу глядела слегка испуганно. Похоже, она совершенно не переносила любое проявление насилия и агрессии. И только Яков смотрел на нее бесстрастно.
«Думай, думай, думай».
Почему-то образ Принцессы на фоне приглушенного утреннего света успокаивал. Хотя на душе и было паршиво, мысли Дани оставались ясными.
«Думай, думай, думай»
Если бы только можно было уцепиться за малюсенькую возможность. Крошечный временный шансик.
«Думай, женщина. Паникуй, женши…»
Даня вскинула голову и хищно уставилась на Глеба. Тот, уловив перемену в ее настроении, настороженно заморгал.
– Вам же некогда заниматься Левицким? – вкрадчиво спросила она, начиная наступление.
– Да, – прищуриваясь, осторожно подтвердил Глеб.
– Может вам пригодился бы тот, кто присмотрит за вашей драгоценной будущей звездой? – Рывок вперед. Даня, отбросив все сомнения, выпалила: – Я могу стать его личным Цербером! Охранять его, э-э, что-то планировать… может, организовывать! Хотя бы временно!
Брови Глеба медленно поползли вверх. Лицо разгладилось. И что-то очень хитрющее промелькнуло в темных глазах.
– Глеб-ш Валентинович-ш, – прошипела Шушу. Как только тот повернулся к ней, она многозначительно очертила воздух вокруг своего лица, потом прижала кулачки к щекам и резко раскрыла пальцы, будто изображая взрыв фейерверков. И наконец энергично подергала головой в сторону устроившегося на краю кровати Якова.
– Хмм… – не менее многозначительно отозвался гендиректор.
Не сговариваясь, оба синхронно уставились на Якова. Тот побледнел.
– Да ни за что!
Глава 11. Скол идеального мира
Уже перевалило за полдень, а Даня все еще ощущала себя путником, затерявшимся в тумане. Все произошло слишком быстро. Она не позволила себе слишком уж задумываться о правильности своего поступка и нырнула в омут с головой.
Пару минут назад ей перезвонила Василина. Девушка была полностью выбита из колеи. Убито сообщив, что справка получена и новый работодатель Дани самолично в этом удостоверился, она отключилась, не попрощавшись. Даже ничего язвительного напоследок не ляпнула.
Догадаться о причине аморфного состояния специалиста опеки не составило особого труда.
Звонок Глеба. Голос гендиректора Левина.
После своего поступка, который во многом скорее походил на помешательство, Даня стремительно ретировалась из гостиницы. Гораздо позднее, когда уже спускалась в метро, вспомнила, что не проведала Агафью. А пять минут спустя ее телефон-инвалид принял звонок с незнакомого номера.
– Я лишь хотел удостовериться, что на этот раз вы сохраните мой номер, – вкрадчиво пояснил глубокий голос на том конце.
От неожиданности Даня подзабыла шагнуть с движущейся линии в конце эскалатора на неподвижный пол и, запнувшись, совершила пару неуклюжих прыжков вперед для сохранения равновесия.
Это определенно был голос Глеба. Но как же он звучал! Мощно и одновременно мягко. Тревожил и ласкал слух. Так сладко мог бы говорить настойчивый, но безумно нежный любовник. Может, у Левина это профессиональное? Его стиль в деловом общении? О-очень изящненько. Стопроцентный бум.
– А это точно не попытка удостовериться, что я дала вам правильный номер своего мобильного? – с подозрением спросила Даня.
– Я решил, что, раз у нас с вами все так прекрасно складывается, вы не станете меня обманывать.
– Соблазн был велик. – Даня удержалась от желания помахать рукой перед лицом. Ей казалось, что на кожу налипает что-то мягкое и скользит дальше, поглаживая и лаская. Именно так действовали интонации Левина.
Если Глеб умеет активировать этот режим и при прямом общении, то его можно смело включать в перечень оружия массового поражения. Ему бы устраивать по телефону релакс-сеансы для женщин.
«Ты так соблазнительна на фоне этой кастрюли с борщиком…»
«Меня будоражат линии твоей изогнувшейся над мойкой с посудой спины…»
«Эта гора нуждающегося в глажке белья восхитительно подчеркивает твои манящие формы…»
Забавно было бы взглянуть на лицо Василины, когда чертовски сексуальный голос из трубки вежливо поинтересовался, пришло ли по электронной почте сообщение с вложенным файлом справки о трудоустройстве Даниэлы Шацкой.
«Это просто фаталити!», как сказал бы Гера – ярый поклонник геймплея бессмертного «Мортал Комбат».
Что ж, опека в ауте, а Даня выиграла себе немного времени. Дуракаваляние, на которое она подписалась, должно послужить прикрытием, пока не найдется что-то серьезное. А пока можно и потерпеть гадючесть Принцессы. И поработать, при этом мало понимая, в чем именно заключается эта самая работа.
Глеб одобрил навязчивое предложение Дани почти молниеносно, будто только этого и ждал всю жизнь. От Шушу последовало ободряющее «добро пожаловать в шоубиз!»
А Яков включил стерву.
– Я отказываюсь, – злобно скалясь, заявил мальчишка. – Ты не можешь просто взять и подсунуть мне какую-то девку!
– Могу, – бесстрастно возразил Глеб и, сунув пальцы во внутренний карман пиджака, извлек визитку. А затем практически сплющил ею нос Якова. – Я – руководитель этого проекта.
Звучало прямо как «я – король этой песочницы». Даня шмыгнула носом, скрывая хмыканье.
– Значит, мое мнение не учитывается? – прорычал Яков, отпихивая от себя руку дяди.
– Значит.
– Прекрасно! – Яков устремился в ванную комнату и хлопнул дверью.
– Только недолго, зайчик, – промурлыкала Шушу, делая контрольное «тук-тук» по двери. – Нам скоро выходить.