Проснуться на Селентине
Шрифт:
– Не дури, Капранов. Пусть твой шеф и большая шишка, но неподчинение прямым приказам и он покрыть не сможет. Не заставляй меня приказывать.
Ник хмыкнул.
– Да я так спросил, абстрактно, - сказал он.
– Зачем мне противиться? Ладно, что я должен делать?
– Попробовать стать мостом между нами и селентинцами. Ты должен попытаться понять их. И объяснить все нам.
– Ладно.
– Смотри.
– Гарик вытащил из внутреннего кармана книжицу, потрепанную и засаленную. У Ника при виде ее брови неудержимо поползли вверх - не привык он к книгам в таком состоянии. Да что там, он привык к книгам исключительно в электронном виде. Распечатки распечатками, а книги Ник воспринимал как череду строк в экранах терминалов.
– Это руководство по...
"О боже, - мысленно простонал Ник.
– И тут руководство... Неужели правительство Земли состоит сплошь из одних непрошибаемых чинуш?"
Но он продолжал покорно слушать. И покорно вникать.
Потому что это временно стало его работой. Здесь, на Селентине, которую он успел полюбить больше, чем все виденные доселе миры.
3
Ветер шастал даже здесь, внизу. От дерева к дереву, от куста к кусту. Налетал неожиданно, спутывал длинные ветви шавош, заплетал их в беспорядочные косы. Ник поежился - скорее по привычке. С некоторых пор он перестал мерзнуть, несмотря на минимум одежды - шорты, легкая майка травянистого цвета да мокасины на шнуровке.
Компьютер и груду всякой мелочевки из контактерского реквизита он перестал таскать с собой довольно быстро, когда понял, что никакого проку от них все равно нет. Только руки занимают да плечи оттягивают. Градиленко попытался на него надавить, но Ник Лишь досадливо отмахнулся: коли поручили программу вести мне, так извольте не мешать, господа теоретики.
В самом деле, пластиковые квадратики с нарисованной примитивной арифметикой и геометрией Кристу заинтересовали только в начальный момент.
– А, система счета и измерений?
– взглянув, догадалась она с первого раза.
– Зачем ты это принес?
Ник пожал плечами и принялся неубедительно лопотать что-то насчет взаимопонимания и мостов, как учили его бородачи-контактеры, но потом сам устыдился этой пурги и честно признался:
– Не знаю, Криста. Мой наставник порекомендовал мне взять это и показать вам.
– Твой наставник?
– удивилась Криста.
– Но ведь ты говорил, что твой наставник сюда не при-ле-тел, а остался дома и ты общался с ним посредством дальней связи.
– Ну, не мой наставник, а наставник земной миссии на Селентине, поправился Ник.
– Я должен его слушаться тоже. Он отвечает за то, чтобы вы, селентинцы, и мы, земляне, получше поняли друг друга.
Криста удивилась еще больше:
– А разве не ты теперь за это отвечаешь? Мы ведь выбрали тебя. Значит, наставником стал ты.
Ник не сразу нашелся, что ответить.
– Видишь ли, Криста, - сказал он, поразмыслив.
– Я скорее не наставник, а исполнитель. Я прихожу в лагерь землян и все-все им рассказываю. Наставник со своими помощниками выслушивают, думают, совещаются и говорят мне, что делать дальше.
– Ага, - фыркнула Криста и смешно наморщила носик.
– Все в точности так. Пичкают тебя глупостями, ты пытаешься вывалить эти глупости на нас, мы, естественно, отмахиваемся, после чего ты все наставления забываешь, наконец-то становишься самим собой и появляется возможность говорить с тобой, как с нормальным человеком. Ник, мне кажется, что этот наставник вместе с помощниками занимает чужое место - твое. Убери всю эту математику подальше, я все равно в ней плохо разбираюсь.
– А кто разбирается хорошо?
– Кто? Те, кому это нужно. Шнырики некоторые. Вот он, например. Криста показала на самого маленького наездника на летающем диске, того, который все время молчал.
– Он?
– изумился Ник.
– А он что, разумен?
Криста, кажется, обиделась.
– Ник! Он, между прочим, селентинец!
– Прости, - поспешно выпалил Ник.
– Я думал, на Селентине разумны только такие, как ты, только люди.
Криста поглядела на него странно.
– Ну и чушь иногда лезет тебе в голову. Ник! Я бы до такого ни за что не додумалась, даже нарочно.
– Прости, Криста, - искренне извинился Ник. Еще раз.
– Я многого просто не понимаю. На Земле разумны только люди, вот я и подумал, что у вас то же самое.
– Только люди?
– с внезапной жалостью переспросила Криста.
– Бедные вы, бедные... Нет, постой! А тот шнырик, которого поймал Буга? Он ведь брал какие-то пробы у озера. Ты хочешь сказать, что он неразумен?
Ник едва не поперхнулся - закашлялся и Криста не замедлила увесисто шлепнуть его по спине. Кашель сразу же прошел.
– Э-э-э...
– протянул Ник, отдышавшись.
– Тот шнырик был не живой. Точнее, не совсем живой, хотя в нем присутствуют органические элементы. Я его вырастил, точно так же, как выращивал дома. Понимаешь?
– Нет, - честно призналась Криста.
– Если ты его вырастил, как он может быть неживым?
– Ну, понимаешь, его придумали и создали люди. Он - механ, инструмент. Вроде палки, которой ты можешь дотянуться до плода, если рук не хватает. Ты ведь не считаешь палку разумной, хотя она когда-то тоже выросла?
Криста нахмурилась и некоторое время думала.
– Нет. Это неправильно. У тебя ошибочные аналогии, - заявила она.
Ник пожал плечами.
– Помнишь, я тебе рассказывал, что земляне пошли по механическому пути развития? Из мертвых предметов - камня, дерева, железа - они строили различные приспособления и механизмы, со временем все более сложные...
– Дерево - живое, - рассеянно заметила Криста.
– Ник, давай поговорим об этом позже, ладно?
Нику пришлось согласиться.
В общем, еще два дня он брал с собой реквизит, но даже не доставал его из рюкзачка, а на третий резонно подумал - какого черта? И оставил рюкзачок в лагере. Градиленко не замедлил наехать на него по этому поводу, но Ник, почувствовав свою очевидную нужность, осадил шефа контактеров без всякой жалости и церемоний. Не сумел справиться сам? Вот сиди теперь, не вякай и другим не мешай.
Градиленко заткнулся, но (Ник это чувствовал) затаил злобу.
"Ну и пусть, - подумал Ник сердито.
– Какое мнение селентинцы сложат о землянах, если одним из первых познакомятся с типом вроде Градиленко?"