Чтение онлайн

Ирина передернула плечами. Провела ладонями по открытым предплечьям.

– Не беспокойся, пожалуйста! Это всего лишь сухая ветка, сорвавшаяся с дерева. А, может, заспанная рыбешка – какая-нибудь плотвичка, или премудрый пескарик, которому приспичило глотнуть капельку кислорода. Но ты, конечно, права! Люди должны верить в сказки – обязательно со счастливым концом, а если не верить, то с уважением относиться к тем, кто верит. Потому что без сказок скучно, неинтересно жить! Не зря же люди их придумали. Да и в самой жизни, не хуже, чем в сказках, случается много всяких любопытных и непонятных вещей, которые невозможно объяснить рационально. Приходишь, например, в какое-то незнакомое место и испытываешь вдруг чувство, что когда-то ты здесь уже бывал… Только ты не бойся! Никто тебя не утащит! Тут ведь мелко. Никакой подводной растительности нет – один песок. Поэтому Водяной здесь не живет.

– А где он живет?

– В омуте. Глубоком-преглубоком омуте! В полукилометре отсюда, ниже по течению – если идти напрямик, через луг. А если по берегу реки, то придется пройти метров восемьсот.

– Откуда тебе это известно?

– Про восемьсот метров?

– Про Водяного.

– В детстве – это было последнее лето перед школой – приходил я, иногда, с одной бабушкой – она за мной приглядывала, когда отец и мама были на работе – в эти места за ягодами. Тут за речкой, в большом, дремучем, точно, как в сказках, лесу, много черники растет – попадаются огромные черничные поляны. Набредешь на такую поляну, и сразу ведро ягод можно набрать, а то и больше. Главное, в азарте, не заблудиться – такое с некоторыми нашими ягодниками, даже опытными, случалось… Вот, бабушка про водяного и рассказывала.

– Зачем бабушке тебе – ребенку – нужно было про него рассказывать? Хотела тебя напугать?

– Верно! Думала, что я, услышав об этом страшном существе, испугаюсь и не буду подходить близко к речке. Она же отвечала за мою безопасность.

– А ей откуда известно?

– Ну, откуда? Она ведь тоже не молоденькая была – конечно, не триста лет, но все-таки… (При этих словах Ирина рассмеялась…). Много всего в жизни повидала – войну пережила, немало чего слышала от других людей – постарше. По дороге всегда рассказывала разные истории – про домовых, леших, всяких, там, кикимор, русалок… Физически старушка была крепкая, она, кстати, и по сей день жива, только уже из дому далеко не выходит и в лесу, конечно, не бывает. Так вот, ягод она набирала за нас обоих, я ведь не собирал, а всего-то и делал, что ел с куста, да от комаров отмахивался. А какие вкусные она пекла пироги! Пышные, сладкие! В общем, если будет желание – как-нибудь туда наведаемся.

– На черничную поляну?

– Нет, черника, кажется, уже отошла. К Водяному сходим. В гости.

– Хочу!

– Только днем.

– Хочу-хочу!

– Увидишь, как там красиво! Причем, место это необычное! С ним связана одна легенда. А может, это и не легенда, а правда…

– Какая легенда?

– Говорят, в войну в том самом месте затонул фашистский танк.

– Танк? – удивленно переспросила Ирина.

– Да! Это тебе не ствол от винтовки! Но никто не знает, как этот «зверь» там оказался…

– И главное: как он там поместился?

– Свободно поместился. В те времена речка была намного шире и глубже.

– Ну, да! Небо раньше голубей было, трава зеленей, солнце светило ярче!

– Это не выдумка! Так было на самом деле. Здешние леса с давних пор известны многочисленными болотами, которые питали реки. В послевоенное время болота зачем-то начали осушать. Может быть, из-за торфяных разработок. Торфа тут добывали много. Я даже помню, как этим торфом мы в доме топили печку, каким жарким был от него огонь. Рядом с разработками находилось небольшое озеро, у которого прежде не было названия. А потом озеро стали называть Горелым – потому что торф около него горел. Озеро существует и сейчас. Вода в нем – темная, и с каким-то особым привкусом… Стало быть, речки обмелели. И рыбы стало меньше… А месту, где затонул танк, люди тоже придумали название.

– Какое?

– Танка.

– Танка?

– Да, от слова танк.

– Как это все интересно! – задумчиво произнесла Ирина. – Река… Затонувший танк… Танка…

Она сделала несколько шагов вдоль берега.

Постояла, как будто что-то обдумывая.

Вернулась на прежнее место.

– Если то, о чем ты рассказал, действительно правда – было бы хорошо сделать одну вещь! Откопать это стальное чудовище и вытащить на поверхность. Представляешь грозного «Тигра», или «Леопарда», который уже давно не грозен и не опасен?

– Представляю, в кино видел.

– А взаправдашний?

– Взаправдашний – нет.

– И я – в кино. Вытащить, перевезти в село. И выставить на людном месте. Таким, как он есть – с перекошенной башней, забитым песком стволом, грязным, заржавевшим.

– Покрытым тиной и водорослями – как твой Водяной.

– Ладно, пусть будет – мой.

Я – Водяной, я – Водяной,Поговорил бы кто со мной.А то мои подружки –Пиявки, да лягушки…Фу, какая гадость.Эх, жизнь моя жестянка…

Ирина комично, пытаясь копировать своеобразный голос актера Анатолия Папанова, – пропела куплет из песенки Водяного из мультфильма «Летучий корабль». После чего снова принялась уговаривать меня составить ей компанию.

– Так ты будешь купаться?

– В другой раз.

Я продолжал упорствовать. Исходя из каких-то своих соображений, аргументов, обоснований, в которых сам же не мог до конца разобраться. Хотя опыт ночного барахтанья в реке у меня был. Два года назад, после выпускного бала, наш класс, по старой, доброй традиции, отправился на речку встречать восход солнца. И пока светило не взошло – все успели вдоволь наплаваться. Только не здесь, а в другом – более глубоком месте, и не в голом виде.

– Ах, так!

Ирина положила на песок фонарик.

Нагнулась.

Сложив ковшиком руки, зачерпнула воду.

И, повернувшись, брызнула в мою сторону.

– Вот тебе!

Потом еще, и еще…

Каждый раз влага достигала цели, попадая мне в лицо и на рубашку. Но я даже и не подумал отступить.

Наконец, Ирина решила меня пощадить.

Она сняла кроссовки, поставила на землю и запустила в воду – по щиколотку – ногу.

– Правда, вода теплая!

Подошла ко мне.

– Когда-то я тоже была маленькой – вот такой! – Ирина на секунду присела, показав, какой она была. – Я тогда всякой воды боялась, даже той, в которой мама меня купала, – в ванне. Думала: опущу руку, или ногу – в ту же речку, или лужу какую-нибудь, и меня за нее кто-то схватит. Потом, конечно, прошло. Ну, ладно… Ты, пожалуйста, отойди в сторонку – вон туда…

Ирина указала рукой за мою спину.

– Слушаюсь, барышня! Как прикажете!

Я произнес эти слова с облегчением, явным ощущением того, что так будет лучше.

Сделав поворот на сто восемьдесят градусов, – я отмаршировал в указанном мне направлении.

– Достаточно?

– Да, довольно!

– Если не секрет, для чего это?

– Что?

– Моя ссылка.

Ирина улыбнулась.

– Так, ни для чего. И никакая это не ссылка! Ссылка – это когда в Сибирь, в тайгу… Ты, наверное, чего-то, там, себе, вообразил?

– Что же я такое могу вообразить?

– А что воображают мужчины, оставаясь наедине с хорошенькой, привлекательной дамой?