Прости, умри, воскресни
Шрифт:
Раздался ряд новых хлопков и все оставшиеся полотна проявились в картины. И какие там отобразились изображения! Уму не постижимо! Этэри в разных позах и таких забавных. В прыжке руки вверх, вверх ногами, боком в танце, крупным планом только часть лица. Юная царевна прыгала, кривлялась, танцевала и в итоге упала в воду. На последней, только ноги да яркие водяные брызги.
Толпа ремесленников, мастеровых, ювелиров и пекарей собралась тут же. И все толкали в бока ошеломленного молодого псевдохудожника. Эдвард не мог разобраться в чем дело. Откуда ему было знать, что для простого народа Этэри уже была равной богине. Простой народ уже давно заметил, что эта девочка неведомым образом влияет на настроение, удачу, выздоровление.
Ожил наконец незаметный человек в сером плаще. Он встал. Это был очень высокого роста сухой старик с серьезным твердым ртом. Его колкие серые глаза смотрели прямо и, казалось, всё обо всех знают.
– Не продается.
Схватил он первую картину, единственную, где был изображен и Эдвард. Он так ловко смахнул с правого плеча полотно плаща, что это оказался и не плащ вовсе, а накидка. Старик явно был сильным магом.
Одним движением незаметным глазу он спрятал картину в тряпку и это оказался полотняной чехол для картины. И размер был идеальный под размер полотна.
Толпа аптекарей и портных, а также сапожников и лекарей тут же сориентировалась и невозмутимо требовала распродажи оставшихся шедевров. Никто не жалел средств и сам назначал свою цену и не малую. Буквально начались торги. Растерянный молодой человек не знал куда деться от требовательных покупателей. Кто бы мог подумать, что тайная операция по знакомству с царевной Этэри так пойдет не по плану.
Сухой маг не обращал внимания на столпотворение. Его миссия была выполнена. Однако и его озадачила такая активность толпы. Он уже собрался покинуть площадку. Вдруг внезапно замер и сузив глаза присматривался ко всему. Эдварда, который не мог вымолвить ни слова, затолкали на задворки торговли и забыли. Только иногда появлялась откуда не возьмись рука с мешочком золотых и буквально вдавливалась с парня. Тот растерянно хватал деньги и отступал еще дальше.
– Учитель? – перестал он скрываться. Все равно никто на них не обращал никакого внимания. Всех волновали изображения девчонки. – ты понимаешь, что происходит?
– Я думаю, – спокойно отвечал тот и почесывал жидкую белую бородку.
И вот он неожиданно выхватил из толпы еще одно полотно.
– Эй! – раздались выкрики где-то из середины, – я ее купил! Она моя!
Старик ловко смахнул накидку с плеча и вот картина уже в чехле. Маг махнул рукой Эдварду, тот взял и бросил один мешочек в середину торгов.
– Зачем мне деньги?! – тут же раздались выкрики неизвестного покупателя. – мне нужна картина!
Оба мужчины: поддельный молодой художник и сухой высокий старик исчезли с площади. Чья-то рука высунулась из толпы и очередной мешочек золота со звоном упал на дощатую поверхность. Никто даже не заметил, что продавца-то и нет.
– Зачем тебе две?
В темном переулке стояли двое. Один как фонарный столб неподвижно, второй снимал с себя разноцветное тряпье и выкидывал в мусорный бак. Маг расчехлил одну картину, ту, где его ученик с искаженным лицом тот ли от страха, то ли от испуга в прыжке.
– Смотри внимательно. – коротко приказал старик.
– Ну.
Тщательно осмотрел все детали Эдвард и вернул картину. Маг не торопливо запаковал полотно обратно и расчехлил вторую.
– Смотри внимательно. – снова сказал он.
– Ну.
Взял за края картину Эдвард. Тут была часть лица Этэри. Лишь часть щеки, да нос кнопочкой и глаз, да огромная копна каштановых завитков.
– Да, ну нафи…
– Не выражайся, герцог! – строго скомандовал старый маг.
– Вот это да! – тут же поправился Эдвард.
Картина была убрала в чехол. И оба мужчины растворились в переулке. Их и тут уже не было. Спустя пятнадцать минут два представителя высшего сословия из далекой северной страны, расположенной за много морей от царства царя Филиппа, вышагивали по дворцу к своим покоям. Слуги открывали перед ними двери и кланялись. Это были важные гости.
??????????????????????????
На пути двух мужчин показались царь Филипп и его верный советник Икар.
– Герцог Эдвард Гессен Эденбургский из Мальборка и его оруженосец граф Граас фон Гориц.
Раздалось рядом оглашение имен пришедших. Гости слегка склонили головы перед хозяевами и выпрямились как струны. Филипп улыбнулся красивому юноше. Эдвард не мог претендовать на руку его красавицы Лины. Он был на взгляд Филиппа чрезмерно еще юн. Это раз. И самое главное. Он не был прямым наследником престола в своем государстве. Да, умен, силен и образован. А чего стоит его так называемый оруженосец! Плюс поговаривают, что Эдвард является признанным бастардом короля Мальборка. Любимым сыном, но все же.
– Я вижу вы приобрели две картины, – увидел Филипп два чехла в руках Грааса и Эдварда.
– Царевна Лина – само совершенство, – тут же ответил сладко герцог и улыбнулся так, что были бы перед ним девушки в обморок упали бы, – не смог отказать себе в удовольствии. Покажу отцу. Уверен он придумает такие условия, что вы не устоите.
Филипп громко засмеялся. Ему этот юноша нравился на самом деле больше всех, но было много непреодолимых, но! Мужчины распрощались и разошлись. Лица всех тут же стали серьезными. Икар несколько раз оглянулся и подозрительно глянул на чехлы иноземцев. Уж что-то не понравилось ему ни в поведении этого скрывающегося под личиной оруженосца мага Грааса, ни в сладких речах его выкормыша Эдварда Гессен Эденбургского.
– Не нравятся мне эти двое, – бубнил Икар себе под нос.
– Тебе никто не нравится, мой старый учитель, – смеялся Филипп, – оставь свои бесплодные подозрения.
– Все равно не нравятся мне они и все.
Не унимался Икар. Он сейчас думал об Этэри. Вернулась ли она домой вовремя. Ведь гроза разразится совсем скоро.
Эдвард шел и думал тоже об Этери. Лина ему была абсолютно не доступна. И пусть он тут павлином рассыпался в комплиментах перед царем Филиппом. Было очевидно, что разведка того работает на отлично. А вот его вторая внебрачная дочь. Тут вполне можно и поторговаться. Этери незаметно и войдет в возраст невесты и рано или поздно Филиппу придется решать с нею вопросы. А он уже сработает на опережение. Но надо полагать, что не один он такой умный. Только царевна Этэри скрыта от высшего двора. Босая лохматая девчонка в ярком сарафане. Обстриженная как прислуга со странными висюльками в волосах. Кто еще может распознать в ней царевну? Правильно! Не многие. И в этом его преимущество.
– Понравилась царевна?
Спросил Граас, стоило им оказаться в комнате.
– Очень!
Завалился в кресло Эдвард. Он вздыхал и все думал о босой девчонке с такими веселыми смешинками в глазах. Какой бы она стала ему женой? И не сомневался, самой лучшей. Такой больше нигде не найти!
Граас глянул на ученика и распаковал картины. Установил их рядом и озабоченно схватился за свою жидкую бороденку.
– А с этим что делать?
Подошел к нему Эдвард.
– Это хороший вопрос, – ответил старик, – надо подумать.