Прости, умри, воскресни
Шрифт:
– Вот жешь, – вырвалось у Этэри.
Отец оказался прав. Тропа виляла среди мегалитов и водила путников по кругу.
– И как выбраться из этого круга?
Царевна понимала, что ловушки черной ведьмы устроены хитроумно и коварно. Видно, были некогда смельчаки, отправляющиеся в ее логово чтобы сразиться со злом. Но прошли века с тех пор. Чары остались, а смельчаки вывелись. Люди научились жить над водой и новым поколениям не было нужды больше отправляться на подвиги.
Только чем дольше Этэри шла вперед, тем больше странных вопросов возникало в ее голове. Зачем ведьме дождя было так далеко забираться? И отчего ее считали древним злом?
Та прекрасная дама, что повстречалась в дожде с маленькой царевной совсем не казалась злой и жестокой. Она, наоборот, как поняла Этэри, подарила пару лет жизни той сварливой старухе. Что-то в голове царевны не укладывалось.
– Ну не понимаю я, – начала она озвучивать мысли вслух.
Икар стал пристальнее всматриваться в местность. Он ходил от одного камня к другому словно выискивая неведомые знаки на тех.
– Она же живое существо, так?
– Хах, еще какое! – подтверждал Икар, проводя рукой по шершавым бокам мегалитов.
– В таком случае, – рассуждала Этэри, – ладно. Я могу еще понять, забралась далеко от людей. Наложила на тропы чары. Спряталась в своей темной пещере. Кстати.
Этэри задумалась. Пещер она еще в своей жизни не видела. На картинках видела, а в живую нет. А вдруг не угадает и пройдет мимо жилища злой колдуньи? Но тут же успокоилась. С нею отец. Уж он то раскрывает свои тайны прошлого. Они так и полились как из рога изобилия. Он мимо точно не пройдет.
Обидно было, что сражаться им придется обоим. Этэри переживала за старика отца. Он не обладает магией. А она маленькая слабая царевна, обладающая колоссальной магией, но так еще мало обученная. Пири Рейс ей неустанно твердил, что гораздо сильнее - сила духа. Ну и мозги надо включать. Слепая ярость плохая помощница. Думать надо головой. Вся сила не в силе, повторял он, а в уме и находчивости.
– Кстати, – отмела она в голове мысли о пещерах, – ведьма же ест, пьет, одежду носит. Ну в крайнем случае прибирает свое мрачное жилище. Быт от нее же никуда не ушел?
Икар остановился и уперся тяжелым взглядом в дочку. Подумал и хохотнул, мотнув головой.
– Не могу представить как черная ведьма моет грязные тарелочки после ужина, а после задумывает свои злодеяния и попутно продумывает что приготовить на завтра.
– А я могу, – тоже уже смеялась царевна, – только у меня от этих мыслей еще больше вопросов в голове рождается. Вот, например. Она забралась невесть куда. Как она ходит на рынок за продуктами? Ну или обновки себе приобретает?
25
Икар неожиданно замер. Этэри тоже остановилась и уставилась на отца, изображающего статую самому себе. После старик ожил и стал метаться от одного камня к другому. Располагались они на приличном расстоянии друг от друга и Этэри только и оставалось наблюдать как ее отец бегает сильно хромая туда-сюда. Она ровным счетом не понимала, что опять случилось.
– Давай, давай, – замахал он рукой, пробегая мимо девушки, – продолжай. Развивай мысль. Как только мы перестали плохо думать о черной ведьме, указующие знаки проявились.
Икар покрутился по сторонам, вытянул руку в нужном направлении и пошел.
– Нам туда!
Этэри семенила за ним следом и продолжала рассуждать. Совершенно случайно она раскрыла секрет прохождения замкнутого круга. Не выйдет из него тот, кто хочет причинить ведьме зло. А Этэри стала посмеиваться над ведьмой как над простым человеком. Она думала о том, как та устраивает свой быт и вообще, как живет одна одинешенька в мрачной пещере.
– Огородик себе, наверное, разбила рядом с пещеркой.
Говорила, но уже немного напряженно Этэри, а сама смотрела как ее отец выбирает направление. Сколько еще испытаний им предстоит преодолеть?
– Лучок, морковочку на супчик откуда-то брать надо.
Хоть и питалась ее сущность страшная и темная живой энергией человека. Должна же она все-таки как-то и тело содержать в которое вселилась.
– Этэри соберись!
Икар рявкнул так, что царевна вздрогнула. Она и не заметила, как заплакала. Перед глазами всплыл образ любимой сестры. Лина. Бедная Лина. Что испытает Этэри, когда увидит ее тело, покорённое злом. Если от мыслей по рукам и ногам слабость разливается и сил нет. А что будет когда она увидит ее облик. Как сможет бороться. Никак! У нее просто не поднимется рука. Этэри вдруг осознала, что идет на собственную погибель. Она не вернется обратно в город домой. И бедный ее отец, разделит ее ужасную участь.
– Этэри!
Царевна растерла слезы по щекам.
– Все! Все, сейчас. Все в порядке, сейчас придумаю.
Но Икар остановился. Он провел рукой по одному камню, совершенно не выделяющемуся ничем от остальных, и буквально съехал по нему на траву.
– Все, – махнул он слабой рукой, – все, оставь. Все.
Палка его упала рядом. Этэри подошла и села.
– Привал, – сказала она.
Но старый солдат отрицательно покачал головой.
– Нет, мы пришли.
Царевна удивленно округлила глазки. Затем вытянула шею и осмотрелась. Ничего нового. Все те же камни, шелковистая травка и виляющая меж мегалитов рыжая тропка.
– Может я чего-то не понимаю.
Этэри поднялась на ноги и обошла камень по кругу. Древний мегалит был огромным и в нем мог бы уместиться целый крестьянский дом. Икар призывно махнул рукой.
– Но папа, тут нет воды.
Этэри видела, как ее отец тяжело дышит. Они оба давно не пили. Икар был бледным и выглядел совсем плохо. Девушка хотела предложить ему отдых, а сама она пойдет дальше и найдет воду. Только отец не соглашался. Он потребовал, чтобы она села рядом.
– Дочка, – начал, задыхаясь Икар, – настало время рассказать тебе правду.
Этэри нахмурилось.
– Мне не нравится этот разговор, папа. Давай отдохнем и пойдем дальше.
– Мы пришли, Этэри. Сиди и слушай молча!
Собрал последние силы и прикрикнул на Этэри Икар. Он сорвал тонкую былинку, растущую из-под камня. И крутил ее квадратный стебелек в пальцах. Тонкая веточка имела и правда четыре грани и была тёмно-фиолетового цвета. Меленькие резные листочки чем-то напоминающие листья петрушки были зелеными. Нежные редкие синие цветочки с белыми прожилками ничем примечательным не выделялись. Разве что они ярко смотрелись на фоне только одной зеленой травы. Этери бы в обычное время вообще не обратила внимания на подобный цветок.
– Эта трава называется, – проговорил Икар, – люпин ядовитый. Это очень редкое растение. И встречается этот цветочек только в определенных местах.
– Он же высокогорный цветок, – пожала плечиками Этэри и оглянулась вокруг, – бьюсь об заклад я смогу набрать в округе небольшой букетик. Но зачем тебе он?
– Не сможешь, девочка моя, – тяжело вздохнул старый уставший солдат, – только вот в этом месте растет всего один кустик. И все.
– Ну ладно.
Поспешила согласиться Этэри. Она видела, как плохо ее отцу и очень переживала.