Чтение онлайн

Без памяти он вбежал в покои Астрид. Глаза выпучены от ужаса, волосы всклокочены, лицо перекошено от ужаса. А там заливающийся от смеха карапуз катается на спине одного старшего врата в то время, как второй старший озабоченно стоит у окна и в раздумье чешет затылок.

– Мячу, кажется, конец, – задумчиво проговорил он, не замечая еще отца, – он угодил прямо в шипы. И вообще, – возмутился он и повернулся, – розовую клумбу надо убрать из-под окон детской! Это опасно! Отец?

От сердца отлегло, но волос так седым и остался у короля навсегда. Братья приняли младшего всем сердцем. Козни обиженной королевы снова привели к тому, что Астрид проникла в ее семью еще глубже, родив ребенка королю.

А после того, как король вернулся во дворец с седой головой, чем вызвал всеобщий переполох, поняла. Ее борьба приведет к тому, что она лишится власти, короны, а после и трона не стань Людовика. Дети были без ума от Астрид и ее бастарда. Смело и нагло называли его братом! А когда мальчишке исполнилось три года, и он сел на своего первого пони, приволокли во дворец.

Королева была вне себя от бешенства.

– Мама, ты только посмотри у него твои глаза!

Смеялись сыновья и подтрунивали над ее злостью. И правда Эдвард ничего не перенял от родной матери. Астрид была нежной блондинкой с необычайно светлыми голубыми глазами, розовым ртом и фарфоровой кожей. А мальчишка получился удивительно похожим на нее – королеву. Ее мягкие карие глаза, ее рот и лоб. Племянник весь вышел в тетку до последней черты. Это было настолько удивительно, что…

– Мама, – подтрунивал над королевой средний сын, – он такой же упертый, как и ты. Не удивлюсь что по столице поползут слухи, будто графине Астрид передали на воспитание твоего отпрыска.

– Тише! Пустомеля!

Шикнула на сына королева и махнула в его сторону рукой.

– Думай, что говоришь вслух!

Эдвард играл с братьями, а королева наблюдала и думала.

– Удивительно, – наконец произнесла и она, – мальчишка действительно больше похож на моего сына, чем на ее.

Мягкое, доброе сердце матери не долго сопротивлялось. Королева привыкла к ребенку соперницы и незаметно для себя полюбила Эдварда. Юный принц рос среди всех членов королевской семьи на равных условиях.

Он однажды по ошибке назвал ее мамой. Братья постоянно называют наедине королеву мамой и у него вылетело. И это понравилось королеве. Король Людовик готовил мальчика ко взрослой жизни основательно. Однажды Эдвард вырастет и должен будет идти своим путем. Ему был приготовлен титул Герцога Мальборка. Он получил прекрасное образование с упором на военное дело. Его участью будет защита границ и целостности государства. А также упрочение и подтверждение интересов Мальборка во всех частях света.

Эдвард подсыпал сонного зелья в кушанья, после чего вся команда впала в глубокий тревожный сон. Это был отвратительный порошок с кучей побочных действий, но у принца не было другого. В ночи, после того как отключился последний матрос на палубе, Эдвард аккуратно укутал пледами заснувших парней, максимально тихо поднял якорь. Это далось ему с трудом, но он справился. Дальше он обрезал канаты, что удерживали у борта шлюпку.

Это она плюхнулась с высоты в воду и разбудила фон Горица. Знал бы старик что удумает его ученик сразу бы выскочил на палубу. И вот таким образом, шхуна пошла своим курсом в свободное плавание по волнам, а принц Эдвард взял в руки два весла и погреб к берегу.

Он глаз не мог отвести от темных контуров башен древнего города. Его сердце твердо знало, Этэри там. Значит и ему туда! Еще днем высмотрел в подзорную трубу старую дорогу ведущую к горным хребтам. Это был старый торговый тракт, выложенный круглым крупным камнем. Никогда еще прежде не приходилось ходить принцу по подобным дорогам.

Бугристый камень словно спинки черных жуков выпуклыми рядками извилисто уходил плавно вдаль от береговой линии. В лунном свете эти «спинки» блистали яркими отблесками и казалось, что дорога словно светлее всего вокруг. Эдвард даже присел и потрогал камень дороги. Десятками тысяч ног и колес он некогда был гладко отшлифован и явно чем-то обработан. Поэтому и выделялась дорога более светлым полотном на фоне темной ночи. Чтобы путник даже ночью не заплутал.

Забытые теперь знания имели древние народы, что построили такую дорогу. Она даже спустя сотни лет все еще хорошо выглядит. Эдвард шел осторожно, прислушиваясь ко всему вокруг. Но кроме собственного дыхания и биения сердца в груди ничего не слышал. Выйдя на возвышенность, не выдержал, обернулся. Стремительного видно уже не было. Шхуна, надежно спрятанная в морских волнах, тихо и мерно удалялась от берега снятая с якоря.

Неожиданно принц вышел на перекресток двух дорог. Остановился, огляделся. Пускаться в подобные путешествия гораздо лучше было бы днем. Но у Эдварда выбор был не велик. Внимание привлекла небольшая статуя. Она изображала странное существо вроде человек, но с рожками. Эдварду даже показалось что вместо ступней у статуи копытца. Парень нахмурился. Но после расслабился и улыбнулся. Они с Этэри читали древние мифы и там были сказочные существа по-разному забавно выглядящие. Этот парень что держал в руках табличку с надписями, был явным весельчаком. У него были забавные кудряшки и красивая улыбка.

Эдвард напряг зрение, но надписи были сделаны на незнакомом языке. Это был указатель пути. Принц прекрасно помнил в какой стороне виднелись каменные башни города, поэтому уверенно повернул налево.

– Он еще и укрыл их, – возмущался боцман, размахивая руками, – чтобы не замерзли, салаги!

На корабле воцарилась организованная суета. Все проснулись сами или были разбужены. У всех болела голова, у некоторых живот. Шкипер приказал корабельному врачу позаботиться о графе в первую очередь. Но тот на удивление сам быстро пришел в себя и уже во всю командовал на мостике.

– Как вы думаете, – спрашивал он капитана, – далеко отнесло корабль пока мы все. Спали.

Первый помощник уже возился с приборами.

– В полдень я смогу определить широту и долготу по солнцу, – задумчиво отвечал графу шкипер, – тогда и поймем, как далеко нас закинуло в море.

– Ну виртуоз!

Поднялся на мостик боцман. Его щеки были красными от напряжения. Много приказаний ему пришлось отдать за последний час. Один глаз его уже пришел в себя, а второй был еще опухшим. Сонный порошок странно подействовал на боцмана. Одна губа его осталась прежней, в то время как вторая распухла, будто ее ужалила пчела. Одно ухо боцмана было красным и распухшим, второе посинело.

– А я радовался, дурень, дай дядя лот, говорит мне он накануне. Измерения хочу произвести. Ну радуюсь, думаю, отвлечется малец. А то совсем от чуйств своих зачах. А он течения и глубины наметил заранее. Все вычислил, чтобы шхуна на мель не села пока мы тут валяемся под сонным порошком. Ай да злодей!

Граф, шкипер и первый помощник выслушали ворчание боцмана молча и оставили без комментариев. У всех была теперь задача номер один – вычислить местоположение Стремительного и наметить путь обратно. Фон Гориц приказал высадить его на берегу. Таков был новый план. Дальше корабль должен будет направиться к столице морского царства. И уже оттуда выйти несколько человек отрядом по суше через перевалы к каменному городу.

??????????????????????????

– Я иду без возражений! – как ученик поднял руку боцман.

Его без лишних слов приняли в команду. Это был невысокий, но удивительно подвижный человек. Руки его и ноги были крепкими и мускулистыми. А грудная клетка была такой огромной, что боцман больше походил на бочку, чем на человека.

– Если прибудете к городу в темное время суток, – давал последние наставления фон Гориц шкиперу, – смело идите на огни. Как я понял из письма, что прислал мне в последний раз Пири Рейс, города больше нет. Люди перешли на берег. Это как я понял, был единственный способ спасти тех, кто еще оставался в живых.