Чтение онлайн

Мы сели в автомобиль и синхронно посмотрели друг другу в глаза, я тут же смутилась и отвернулась. Но Ярский, выехав за ограждение строительной площадки, вдруг снова остановился и замолчал.

— Почему мы не едем? — спросила я, не выдержав непонятного напряжения между нами.

— Ждем, — сухо ответил Стас.

— Ясно, — не нашлась я что ответить.

— Ну, ты же не согласилась бы пойти со мной в ресторан на ужин, пришлось вот импровизировать на ходу, — и опять эта его мальчишеская, белозубая улыбка.

На мой недоуменный взгляд, Ярский только поиграл бровями и вышел из авто, а я обернулась посмотреть куда он направился и увидела, что Стас получает большие картонные коробки от курьера, облаченного во все желтое и с огромным рюкзаком за спиной. Ах вот оно что! Пицца!

Я не смогла скрыть улыбки и продолжала это делать даже когда Стас вернулся в салон со своим заказом.

— Ну, что скажешь? Годится ужин?

— Годится, — и тут же захлебнулась слюной, так как коробки источали просто восхитительный аромат выпечки и поджаристой начинки.

Не сговариваясь, мы принялись тут же, в салоне, поедать безумно вкусную пиццу.

— М-м-м…, — прикрыл в блаженстве глаза Стас, — это моя любимая, обожаю остроту и жгучий красный перец. Уф!

— А я люблю с грибами, — с набитым ртом прошамкала я.

— Я знаю, — тепло улыбнулся Ярский.

— Что? — удивилась и напряглась я.

— Теперь знаю, вон как уплетаешь, за ушами аж трещит, — то ли выкрутился мужчина, то ли правду сказал. Ай, ладно, я подумаю над этим завтра.

— А это что? — спросила я, указывая на оранжевую жидкость в маленькой баночке.

— Острое масло.

— С ума сойти, там, и халапеньо, и чили, еще и острое масло сверху? — в ужасе уставилась я на мужчину, — Как ты это ешь?

— Попробуй! — протянул он мне баночку.

— Да не буду я…

— Попробуй, — настаивал Стас и я сдалась. Макнула кусочек в масло и осторожно откусила.

— М-м-м, — закивала я головой.

— Я ж говорил, — самодовольно выдал Ярский.

Покончив с едой, мы отправились в сторону моего дома. И опять было так спокойно и хорошо, так правильно рядом с ним. Музыка, ветер в окно, последние лучики небесного светила, теплый летний вечер. Такой идеальный конец дня для меня. Только вот от чего так? Неужели ли от того, что этот вечер я провела рядом с ним? Ну, ерунда же!

И вот он мой обшарпанный подъезд, забитая урна и раскуроченная лавочка, а я не хочу выходить. Я хочу еще колесить по Москве и смотреть на его крепкие, красивые руки и длинные ухоженные пальцы и гадать, как здорово бы было, если…

Так стоп! А ну угомонись, несчастная!

— Спасибо за экскурсию и ужин, Стас, было здорово, — выпалила я, хватаясь рукой за ручку открывания двери.

— Да, здорово, — как-то грустно и тихо произнес Ярский.

— Ну я пошла? — опасливо глянула я на мужчину.

— Иди, Рада, — кивнул, снял блокировку с дверей и отвернулся от меня.

— До свидания, — но в ответ мне была лишь тишина.

Опять я себе с три короба нафантазировала. Небось, уже унесся мыслями к какой-нибудь длинноногой красотке, что раскинется сегодня ночью в его кровати на белоснежных простынях. А тут я отсвечиваю со своими «спасибо» и «до свидания». Глупая.

И ушла.

С того памятного вечера минула почти неделя, больше я большого босса не видела, но регулярно о нем слышала. В рядах офисного планктона о Ярском отзывались с большой теплотой и уважением. Ну, надо отдать должное, было за что. В компании трудилось очень много молодых кадров, а во многих отделах даже на руководящих должностях были ребята до тридцати. Зарплата хорошая, регулярные премии, повышения квалификации, ДМС, компенсация питания и спорта— плюшек было море и все это благодаря Станиславу Михайловичу.

Пару раз в коридорах здания встречала Прохора и каждый раз тот смотрел на меня, как на девушку легкого поведения. Вот эта нелогичность меня особенно вымораживала в земных мужчинах: дала — шлюха, не дала — тоже шлюха, но еще хуже. Я только качала головой, не пристает и то хлеб.

Сегодня в офисе, казалось бы, никто не хотел работать, хотя чего уж, на календаре только четверг, а не пятница, но гвалт голосов стоял страшенный. Опять, поди, сплетни какие обсуждают. Но не успела я закопаться в чертежи и расчеты, как над моей головой раздался голос одной из коллег, пышногрудой блондинки Веры:

— Радка, ну а ты-то чего? Едешь на корпоратив? — глаза блестят, румянец на щеках, предвкушение в голосе. М-да, дела!

— Что за корпоратив? Первый раз слышу? — равнодушно ответила я.

— Ты вообще почту проверяешь? Всем рассылка пришла, что в следующие выходные у нас выездной тимбилдинг в «Сочный гусь. Пенный солод», — дала мне разъяснение Вера.

— Ужасное название. Не поеду, — механически буркнула я, проверяя спецификации.

— Ну зря, весь руководящий состав будет и даже сам Ярский. Прикинь? — мечтательно подперев рукой голову промурлыкала девушка.

— Угу, ясно, Вер. Спасибо. Ты это, извини, мне работать надо.

— Скучная ты, Радка. Красивая, но, как бабка столетняя, такими темпами останешься старой девой, — поучительно изрекла Вера и, наконец-таки, скрылась с глаз.

— Да уж скорее бы, — прошептала я сама себе.

Но вскоре призадумалась. Ну а что я, собственно, теряю-то? Это если бы всех в роскошный ресторан сгоняли, то да, не пошла бы. Почему? Ну, как минимум, потому что у мне даже одеть нечего в такое пафосное место. В моем гардеробе есть только одно платье, да и то, ему уже третий год пошел, небось, и моль уже давно поела, столько в шифоньере пылится.

А тут за город ехать надо. Ну, треники с футболкой я уж найду, да и кроссовки у меня почти новые есть. Ай, чего греха таить, хочется мне на корпоратив. Да и Он там будет. М-да.

Тут же, торопясь и путаясь, полезла в корпоративную почту и выудила-таки там нужное мне письмо:

Итак: выезд в девять утра в следующую субботу, место сбора наш офис, при себе иметь сменную обувь, теплую одежду и хорошее настроение. Желающие могут остаться с ночевкой до воскресенья. Ну красота!

Дома мать такой новости, напротив, ужас как не обрадовалась. Категорический запрет, вплоть до угроз приковать к батарее, но не пустить туда, где будут пить, курить и морально разлагаться всякие подозрительные и незнакомые личности. Сказать, что она меня утомила, так это ничего не сказать.

— Мама, да как же ты не понимаешь! Там будут все и руководители в том числе, даже сам Ярский!

— Ох, ну конечно, это прям гарантия, что тебя не изнасилует толпа пьяных в дугу мужиков где-нибудь в темном закутке!

И тут меня бомбануло:

— Да уж пусть изнасилуют мам, но это будет моя жизнь, мои ошибки и мои решения! Ясно? Я не твоя марионетка, я — не ты, я другая! У каждого должна быть своя школа жизни!

Прооралась и вылетела с кухни, громко хлопнув дверью. А потом с горечью вздохнула и обхватила голову руками. Ну и что, Рада, твоя-то школа с Мортом тебя ничему не научила, вон как рвешься снова Ярского увидеть. Зачем? Да черт его знает!