Просто идеал
Шрифт:
Мэллори засмеялся:
– Как мило с вашей стороны просветить меня!
– Я не была уверена, что вам это интересно, но рада, что вам понравилось!
Герцог Бериник сидел в библиотеке, водрузив ноги в сапогах для верховой езды на шикарный стол резного дерева. Он откинулся назад, и кресло его балансировало на двух ножках, но, судя по умиротворенному выражению лица, Бериник чувствовал себя вполне сносно.
– Этот человек такой странный, – сказала Ханна, появляясь на пороге кабинета. – Еще более странный, чем ты, Уилл.
– Кто?
– Лорд Мэллори.
– В самом деле? Это непорядок. Мне придется повысить степень своей эксцентричности.
– Ох, пожалуйста, не надо! – Ханна протестующе подняла руку. – Ты и без того достаточно эксцентричен, уверяю тебя.
– Но лорд Мэллори все же превзошел меня! Как это ему удалось?
– Видишь ли, он... чувствует нечто, недоступное другим. И слышит голоса, которые, казалось бы, не должен слышать!
– С этим у меня все в порядке, – заявил Бериник. – Я тоже много чего слышу.
– Правда? И это слышишь только ты?
– Нет, тут все по-другому. Я слышу вещи, не предназначенные для моих ушей, но все остальные слушают их с восторгом. Мы с Джорджем Итаном Уорреном только что вернулись из Баррен-Уичи. Там-то я и узнал, что Мэг вовсе не исчезла в Лондоне несколько лет назад. Я сделал ее своей любовницей, а когда она надоела мне – отослал прочь. Недавно она вернулась, чтобы заставить меня признать незаконнорожденного сына. И тогда я убил ее – или приказал убить... Они еще не решили, как было на самом деле.
– Уилл! – Глаза Ханны округлились от изумления. Но через несколько секунд растерянность сменилась гневом, и она воскликнула: – Да как они смеют! Ты делаешь столько добра жителям деревни, и вот благодарность – они распространяют о тебе отвратительные сплетни!
– Да ладно, Ханна. Они придумывают что-то новенькое, как только портится погода и всем становится скучно. Честно говоря, мне это даже на руку. Ведь человеку, пользующемуся ужасной репутацией, не обязательно на самом деле быть чудовищем.
– Все равно, Уилл, всему есть предел! Кому могла прийти в голову мысль обвинить тебя в смерти Мэг? Думаю, мне стоит съездить в деревню прямо сегодня.
Бериник медленно покачал головой:
– Не нужно меня защищать, сестра. Кроме того, эту сплетню пустили не местные жители. Мне показалось, она их даже рассердила в какой-то степени. Все эти слухи распространяют приезжие джентльмены. Их тут целая куча собралась для участия в торгах, если помнишь. Мэллори ничего тебе не говорил?
– Ни слова.
– Должно быть, он еще не знает. Но ему расскажут, нет сомнения! Как ты думаешь, он поверит? И вообще, он тебе нравится?
– Что? – рассеянно спросила девушка, поглощенная своими мыслями. – Лорд Мэллори? Наверное, нравится... Но не это сейчас важно. Уилл, ты не можешь проигнорировать такую гнусную ложь! Эти разговоры надо прекратить!
– Каким образом?
– Найти негодяев, которые распространяют столь недостойные слухи, и... и...
– И что? Вызвать их на дуэль – на пустоши в предрассветный час? Всадить каждому по пуле в лоб?
– Можно закопать их в землю по самую шею, и пусть жители деревни забросают их камнями, – послышался тонкий, но полный энтузиазма голос.
– О! – Ханна буквально подскочила от неожиданности.
– Что с тобой, дорогая? Ты забыла, что мы обзавелись эльфом? – поинтересовался брат.
– Нет, просто не заметила его, когда вошла... Да и сейчас не вижу. Где же он?
– Вылезай, эльф, – приказал Бериник.
– Не-а. Вы сказали, что если еще раз увидите мое лицо, то возьметесь за рубанок, чтобы исправить ошибку природы.
– Ладно, беру свои слова обратно. Просто меня несколько огорчили слухи о нашем с тобой предполагаемом родстве. Вылезай.
Сияющая рожица Джорджа появилась над спинкой кресла. Оно было повернуто к окну, поэтому мальчика не было видно, зато он мог любоваться чудесным видом на сад, поля, стада овец и дома в отдалении.
– Привет! – Джордж улыбался Ханне. Девушка заметила в руках мальчика томик в зеленом кожаном переплете. Пальцем он держал место, где закончил читать.
– Как тебе в голову пришла такая ужасная мысль, эльф? – В голосе герцога звучал нескрываемый энтузиазм. – Закопать людей в землю по самую шею!
– Я знал, что вам понравится! Так поступали американские индейцы со своими врагами. Об этом сказано в книге.
– Не верь всему, что написано в книгах, мой мальчик, – задумчиво произнес Бериник. – Сомневаюсь, чтобы кто-то – пусть даже американские индейцы – совершил подобную жестокость... Впрочем, звучит вполне заманчиво...
– Уильям!
– Да ладно, Ханна, он прекрасно понимает, что я шучу! Наш эльф вообще на удивление сообразителен. И он стойкий – Джордж Итан Уоррен не будет распускать сопли и слезы, если кому-то вздумается немножко подразнить его или отпустить грубоватую шутку.
– Слава Богу! – сердито ответила Ханна. – Иначе он рыдал бы не переставая с того самого дня, как переступил порог нашего дома!
– Что ты хочешь этим сказать?
– Она хочет сказать, что вы все время дразнитесь и отпускаете грубые шутки, – с готовностью пояснил мальчик.
– Неправда! – с негодованием возразил герцог. – Я часто бываю вежлив и даже дружелюбен.
– В самом деле? – удивился Джордж.
– Часто? – усмехнувшись, переспросила Ханна.
– Ну ладно-ладно! Иногда! Иногда я бываю вежлив и дружелюбен. Когда меня к этому вынуждают. Кстати, скоро это случится. Пока тебя не было дома, сестрица, заезжали Мартин и Энн. Они попросили меня оказать им услугу, и я согласился. По доброте душевной.
– Что за услуга? – с подозрением спросила Ханна.
– В ближайшую субботу устроить в Блэккасле бал.
– Бал? В ближайшую субботу? Но, Уильям! Ты понятия не имеешь, что значит устроить бал! Это... это совсем не просто и требует подготовки!
– Ну, это не будет обычное формальное мероприятие. Скорее небольшое развлечение для господ, собравшихся на аукцион. Думаю, дамы тоже не станут возражать – им представится возможность лишний раз пощеголять в вечерник платьях и потанцевать. Разве это плохо?