Чтение онлайн

С большой неохотой я встала с кровати. Кое-как уложив волосы, переодевшись в домашнюю одежду, я отправилась на кухню. Запустив кофеварку, я вышла на балкон. Солнечные лучи коснулись моей кожи, в воздухе пахло свежей выпечкой, видимо соседка сверху готовилась к приезду своих внуков. Когда приезжали эти мальчишки, ее дом наполнялся счастьем и смехом. К сожалению, такие приезды были не частыми. Удивительно, что в такую хорошую погоду набережная, видневшаяся с моего балкона, была практически пустой. Видимо город еще не проснулся, и до привычной суеты осталось несколько часов. Мне нравился мой балкон, наверное, даже больше чем сама квартира. Большой, уютный, светлый и обустроенный так, как хотелось того мне, а не тому замысловатому дизайнеру, после которого я еще месяц приводила квартиру в состояние пригодное для жилья. На балконе стоял небольшой плетеный кофейный столик, два круглых мягких кресла с белой обивкой и подвесной кокон, в котором я любила сидеть вечерами и наблюдать за городом.

Никита не заставил себя ждать и ровно через 20 минут позвонил в мою дверь. Аромат шоколадных булочек мгновенно разнесся по моей квартире. Кофе мы решили попить на балконе. Расположившись поудобнее мы принялись за обсуждение минувших дней. Оказалось, что за это время накопилось немало новостей и событий. Никита рассказал мне о своей новой девушке, а я в свою очередь о Глебе. Мой друг был искренне рад тому, что я наконец-то нашла свою любовь. Мы проговорили несколько часов, а после он уехал по делам. Остаток дня я провела за чтением Николаса Спаркса, а вечером встретилась с моей единственной подругой.

С Юлькой, как и с Никитой, мы дружили с детства. Нас нередко называли «безумной троицей», так как наша компания была способной на многое. С моей подругой мы не были похожи. Такие разные, но такие родные люди много лет трепетно хранили свою дружбу. Юля была сдержанной, постоянной, рассудительной, терпеливой. По сравнению со мной она была невысокой, рыжеволосой девушкой с зелеными глазами. Добрая, мнительная, отзывчивая, доверчивая, она была полной моей противоположность. Нам всегда нравился разный типаж парней, разные фильмы и музыкальные направления, но при этом мы были неразлучными. К слову, именно Юля была самой гуманной, сдержанной и наивной стороной нашего трио.

Мы с ней неспешно прогуливались в парке, обсуждая последний фильм любимого режиссера и уютный ресторан, недавно открывшийся в центральной части города. Только в конце нашей прогулки я рассказала ей о своих внезапно возникших чувствах и о «Герое моего романа». Выслушав мою исповедь, она крепко меня обняла. Юлька не первый год твердила мне о важности отношений, так как сама несколько лет была связана узами обязательств. Ее избранником был немногословный, скрытый, заносчивый парень, который не вызывал симпатии ни у меня, ни у Никиты. Но неизвестно почему, Антон, делал Юльку счастливой, и нам этого было достаточно. К слову, избранник моей подруги также не был в восторге от нас, поэтому неприязнь была обоюдной.

По приходу домой была пенная ванна, бокал красного вина, неинтересный фильм и поток никому ненужных мыслей, внезапно прерванным звонком в дверь. Неохотно покинув свой уютный диван, я встретила незваного гостя. Им оказался Глеб. Нам хватило взгляда, чтобы понять, что больше друг без друга мы не сможем.

На следующий день все его вещи разместились в моей квартире. С того самого дня мы начали нашу совместную жизнь, все глубже и глубже погружаясь друг в друга. Он нравился моим друзьям, я нравилась его. Если можно было бы одним словом описать наши отношения, то я скорее бы выбрала гармонию. У нас с ним появились совместные традиции и общие воспоминания. К примеру, раз в неделю я распечатывала наши фотографии, накопившиеся за неделю, и вставляла одну из них в зеркало, чтоб сохранить теплоту наших моментов. Мы отмечали свои особенные даты, находя для себя в них особенный смысл. С ним я обрела свое счастье, и с ним же я обрела страдания. Мы смогли пережить знакомства с родителями, семейные праздники и много прочих событий, ставших неотъемлемой частью пары. Я любила его, я задыхалась без него, я жила им.

Зимние праздники прошли незаметно, впрочем, как и мой 22-й День рождения. Затем были майские праздники, и наступило знойное лето. Июнь я посвятила давно забытому искусству фотографии. Дни напролет я гуляла по городу, фотографировала людей, места, здания. В конце июля я сделала свою первую портретную фотосессию, героиней которой стала моя мама. Я старалась запечатлеть каждый жест и каждую морщинку этой невероятной женщины на свою пленочную камеру. Первое время мама очень смущалась, но потом ей даже понравилось примерять на себя роль модели. Практически весь август мы провели в путешествиях, что довольно вдохновило. Последний месяц лета был посвящен только нам с Глебом, что не могло не порадовать. Первым городом нашего списка был Рим - город, который однажды нам подарил друг другу. Далее был тур по Италии и отдых в Греции, где мы и отметили нашу первую официальную годовщину. Подумать только, целый год мы состояли в отношениях, целый год любили друг друга...

Сентябрь выдался беспокойным. Начало последнего учебного года на факультет журналистике, проблемы в семейном бизнесе Глеба, нервные срывы и первые ссоры. Именно тогда и возникли первые тревожные звоночки - мы перестали говорить о своих проблемах. Багаж накапливался, давя страшным грузом на плечи. Мой мужчина практически поселился в офис, а я с головой погрузилась в учебу. Мы общались посредству записок и небольших посланий, которые чаще всего оставляли в карманах друг друга. День за днем мы все больше отдалялись друг от друга. Так мы и жили этот месяц, спасаясь редкими выходными и душевностью мимолетных встреч. Я не требовала большего, так как понимала и поддерживала его.

Октябрь выдался более тревожным и угнетающим. У нас не было ни дня без выяснений, обоюдных претензий и упреков. Мы могли не говорить часами, а иногда и днями, пуская все на самотек. Но так было не всегда. Иногда мы все же гуляли, наслаждались просмотрами фильмов и наслаждались обществом друг друга. Вроде бы не было бесконечных скандалов, конфликтов, злости.

В начале ноября Глеб разругался с отцом и покинул семейный бизнес. После его ухода прошло несколько недель. Именно тогда он начал отдаляться от меня. Мой мужчина был погружен в поиски своего нового предназначения, в поиски себя. К моим увлечениям добавилась йога и курсы ретуши. Мы стали похожими на обычных соседей, оплачивающих совместную аренду. В наших отношениях больше не было страсти, больше не было трепета и понимания. Я была угнетенной, подавленной, озлобленной, Глеб с каждым днем становился раздражительней. Мне стало привычней в одиночестве, а мой мужчина все реже засыпал в нашей постели. Если бы не наши отношения, он бы давно уехал на другой конец мира, зализал бы раны и нашел бы себе новое пристанище, в принципе как он и сделал. В один момент все рухнуло, и я осталась одна, сидя на полу в пустой квартире, задыхаясь от безысходности и слез...

Я не понимала, почему и за что меня бросили, не понимала, как мой любимый человек мог причинить мне такую боль. Не помню, сколько времени я провела на полу в таком состоянии, не помню, сколько раз звонил телефон, и кто-то стучал в дверь. Я была наедине со своей тишиной, одиночеством, грустью. Тысячу ножей одновременно пронзили душу, хотелось кричать, выть, реветь, но голос почему-то пропал, и получались только ели слышные всхлипы и стоны. Чувство страха, обреченности, досады и внутренней пустоты переполняли меня. Я сама пострадала от своей любви, от того что открыла душу, что впустила в свою жизнь человека, что мечтала о счастье. Как теперь жить без него, как снова просыпаться одной, как засыпать в пустой постели? Я не знала, что делать с этим. Просто не находила ответы на все эти вопросы. В какой-то момент я напоминала себе Джейн, героиню моего любимого фильма «P. S. Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ», которая похоронив своего Джерри, не могла, и не хотела проститься с ним и смириться с его утратой. Только в отличие от этой истории, ее возлюбленный умер, а мой просто меня бросил, и вдребезги разбил мое сердце. Я больше не могла плакать, больше не было сил рыдать, глаза болели от слез, и тело сводило судорогами от неудобной позы. Неизвестно, сколько часов я проплакала и провела наедине со своими мыслями, но я приняла решение, что мое новое, а главное первое утро без Глеба будет, без слез и сожалений. В конце концов, мы взрослые люди и мы обоюдно, общими стараниями завели наши отношения в тупик, только ему не хватило смелости объясниться...

Несколько дней я провела в одиночестве. Была только я, мои мысли, тоска и ломка по человеку, по которому скучала каждая клеточка моего организма. Первой кому я позвонила, была мама. Мы проговорили с ней чуть больше часа, и мне стало немного легче. Она сказала, что все наладится и мне захотелось ей поверить. Затем я позвонила друзьям, и мы прогулялись. Мне еще было больно, но дышать становилось легче, и квартира перестала пугать.

Первая неделя без мужчины всей моей жизни была беспокойной. Я практически не спала, все больше грустила. Но, я мастерски скрывала свои переживания. Меньше всего мне хотелось, чтоб меня жалели. Спустя несколько недель я упаковала остаток его вещей и освободила зеркало от наших фотографий и записок. Это далось сложнее всего, но я и с этим смогла справиться. Юлька даже пошутила, что меня обокрали, забрав лишь никому ненужные снимки. Но, это были непросто фотокарточки, а небольшой кусочек жизни, которой мне так не хватало. Конечно, моя жизнь не закончилась, просто протекала по-иному. Мне потребовалось чуть больше трех месяцев, чтоб оправиться и научиться жить без него. Глеб не давал о себе знать, но мне это было ненужно. Я не хотела говорить с человеком, который причинил мне такую боль, добровольно отказавшись от наших отношений. Я скучала по нему, но больше всего я скучала по прежней себе...

Глава 2. Жизнь с чистого листа

Начало весны не радовало хорошей погодой. За окном шел дождь, было ветрено и уныло. Сидя в уютном кресле, я наблюдала за монотонностью, царившей за окном. Мои друзья были заняты своими отношениями, родителей не было в городе, и я впервые за все время осталась наедине со своим одиночеством. Удивительно, но я наслаждалась им, и не спешила с ним прощаться. Мои мысли прервал стук в дверь. На пороге стоял курьер с французской розой и небольшим конвертом. Это было письмо от Глеба, первое за несколько месяцев после расставания: