Чтение онлайн

В.: Значит, «я» должно исчезнуть?

К.: Как может исчезнуть то, чего никогда не было?

В.: Но я же есть. Вот я сижу здесь. Вопрос в лучшем случае: как долго еще? (звонок мобильного телефона)

К.: Просто возьми трубку. Твой электрик хочет знать, может ли он пустить ток.

Вопрос: Может ли тот, кто однажды стал просветленным, снова утратить это состояние?

Карл: Снова и снова.

В.: Разве оно не навсегда?

К.: Нет. Пока имеется просветленный, он будет снова выпадать. Должно быть это «ага!» понимания, в котором Я — само Бытие — всегда реализовано. И для этой реализации личности не требуется. Бытие не нуждает­ся ни в каком феномене, чтобы осознать, что такое Бытие.

В.: Нет, Бытие в этом не нуждается. Но я нуждаюсь в Реализации. Или в пробуждении.

К.: Ты в этом не нуждаешься. Тебя никогда не может быть в качестве просветленного. И тебя никогда не было в качестве просветленного. Отбрось эту программу «просветления» или «пробуждения».

В.: Разве речь не идет о том, чтобы однажды войти с этим в соприкосновение?

К.: С кем или с чем должно быть соприкосновение? Что должно измениться ради этого? Все, что касается тебя, снова исчезает. Всякий опыт соприкосновения мимолетен.

В.: Но как учитель ты же можешь...

К.: Я абсолютно беспомощен. Я — сама беспомощ­ность. Я не могу никого сделать тем, чем он уже яв­ляется.

В.: Тогда помоги мне быть тем, что я есть.

К.: Все, что я мог бы попытаться сделать, лишь укрепит в тебе представление, что ты этим еще не являешься.

В.: Но может быть, ты все-таки попробуешь?

К.: Но никого нет, кого можно было бы улучшить.

В.: Охотно верю, что тебя невозможно улучшить. Но я...

К.: Но и ты тоже неулучшаем.

Вопрос: Почему я рожден?

Карл: Почему бы нет? Бытие абсолютно согласно с тем, что ты есть. Такой, какой есть. Абсолютно, Этому не требуется смысл. Вопрос смысла возникает только с представлением о «я».

В.: Хорошо, но я задаю его.

К.: «Я» — это концепция, которой требуется значи­мость. Оно задает вопрос, который посредством отве­та будет удовлетворен и закрыт. Но моментально воз­никает следующий вопрос. Собственно говоря, это всегда один и тот же вопрос: почему я есть? «Я» готово убиться ради него. Для того, чтобы у него было оправ­дание существованию. Оно должно показать, что име­ет право на жизнь. Оно всегда пребывает в состоянии недостатка доказательств. Оно непрестанно должно доказывать себе, что существует. Поэтому у него по­стоянно возникает новый вопрос. И поэтому ни один ответ никогда не будет достаточным. Поэтому не име­ет значения, будет ли вопрос отвечен или нет. Есть один-единственный ответ на вопрос «Почему?» и это: «Почему бы нет?»

В.: «Я» вообще не имеет никакой ценности?

К.: Ценно оно или нет — оно доказывает себе свое су­ществование, видя свою неполноценность. Я бедный, маленький, неполноценный! В основном оно хочет доказательств собственного существования. Если отсутствие ценности годится в качестве доказательства, тогда оно охотно соглашается быть бедным, маленьким и неполноценным. «Я» знает все уловки на свете, чтобы держаться за жизнь. Это неваляшка. Можно тысячи раз сбивать его с ног, оно снова и снова встает. Даже оставаясь лежать, оно продолжает существовать. Иллюзия «я», то и дело возникающая в вопросе, непобедима.

В.: Жизнь, должно быть, прекрасна, когда с этим во­просом покончено раз и навсегда!

К.: Ты полагаешь, Бытию потребовалось бы отсутствие вопросов, чтобы быть счастливее? Или, может быть, в вопрошании оно так же счастливо, как в невопрошании? Если бы исчезло это или то, если бы я наконец избавился от этого или того — все это лишь «я»-пред­ставления. Бытие ничто не может потревожить. Ему не требуется от чего-то избавляться. Но «я»-представление — в какой-то момент оно само начинает ощущать, что мешает, и старается устранить все помехи, включая самое себя.

В.: Да, именно это со мной и происходит.

К.: «Я» впаривает тебе, что оно должно исчезнуть.

В.: Точно!

К.: Потому что, если ты веришь этому, оно может продолжать жить еще более нетревожно.

Вопрос: Я здесь, потому что не хотела бы больше рождаться.

Карл: И именно потому, что ты не хотела бы больше рождаться, это произойдет.

В.: Прошу прощения?

К.: Желание чего-то избежать всегда является прика­зом, чтобы это произошло.

В.: Тогда скажи мне, как избавиться от этого желания.

К.: Никак. Ты ни от чего не можешь избавиться.

В.: Или как мне выбраться отсюда.

К.: Ты не можешь выбраться. Но тому, от чего ты не можешь избавиться и из чего не можешь выбраться, — этому ты можешь отдаться. Это все. Это самореализа­ция. Самореализация — это прозрение в невозмож­ность выхода из того, чем ты являешься. Откинься на­зад и наслаждайся этим. Никто не может сделать это за тебя.

В.: Если бы я могла наслаждаться жизнью, меня бы здесь не было.

К.: Ты здесь, потому что у тебя нет выбора. Потому что иначе ты не можешь. Ты — это свобода, у которой нет выбора того, как она выражает себя. Если бы у нее был выбор, она не была бы свободой. Наслаждайся этим отсутствием выбора, этой неизменяемостью твоего су­ществования. Это наслаждение: видеть, что ты никог­да не можешь изменить то, чем ты являешься.

В.: Для меня это скорее нечто противоположное наслаждению.

К.: Я могу только сказать тебе: то, чем ты являешься, наслаждается каждым моментом и противоположностью каждого момента. Оно наслаждается собой абсолютно. И то, что думает, что не может наслаждаться, есть часть наслаждения.

В.: Что толку, что я являюсь частью какого-то наслаж­дения. Я хочу быть тем, кто наслаждается.

К.: То, чем ты являешься, наслаждается так же нена­слаждением.

В.: Но это же пустоплетство.

К.: Ты права. Это пустоплетство.

В.: Спасибо.

К.: Но паук — это ты. Ты плетешь эту бесконечную сеть всевозможных мыслей и форм. И наступает мо­мент, когда ты думаешь: «К чему все это? И кто здесь вообще плетет? Похоже, я плету?!» Вот оно. С возник­новением «я» началось это плетение. Ты — источник этой бесконечной сети из войны и мира, целой паути­ны творения, ты прядильщик каждой мысли и каждой формы. Однако с внезапным осознанием того, что это ты, вся сеть прекращает существовать. И когда ты это видишь, не остается ни мира, ни пустоплетства.