Чтение онлайн

Он встал, чтобы застегнуть ремень, стараясь не обращать внимания на беспокойный взгляд девушки. Лайнел подошел к окну и посмотрел на свое отражение в оконном стекле. Взгляд невольно задержался на украшающем плечо шраме, который белой татуировкой выделялся на смуглой коже и, казалось, яростно пульсировал каждый раз, когда мужчина вспоминал о виновнице в нанесении этой раны.

Лайнел попытался отогнать внезапно нахлынувшие воспоминания: тепло губ с красной помадой совсем рядом с его губами; аромат сандала, исходящий от роскошных волос, в которые хотелось зарыться лицом; глаза, смеющиеся над ним сквозь складки платка или перья на черной шляпе. То, что едва не убивший его расхититель гробниц оказался самой сексуальной из всех известных ему женщин, казалось жестокой шуткой судьбы. А как она умудрялась хранить молчание все то время, что они вместе с друзьями провели в Ирландии, как слушала его хвастовство Долиной Цариц с улыбкой, которую Лайнел тогда принял за восхищение…

Даже то, что его признали героем за столкновение с сопровождавшей ее в Египте бандой не помогало Лайнелу чувствовать себя лучше. И даже то, что сэр Артур Эванс, восхищенный мужеством, с которым он защищал раскопки, которые, на самом деле, он же и обворовывал, назначил Лайнела своей правой рукой в Эшмоле. В глубине души мужчина боялся, что однажды она появится вновь, готовая снова заклеймить его, вооруженная улыбкой, не менее опасной, чем ее пистолет.

— Лучше мне уйти, пока твой дядя не появился снова, — наконец, произнес он. — Ты права, в последнее время я слишком часто отлучаюсь из Эшмола. И если сегодняшний день мне придется провести в Александром и Оливером, то не могу допустить, чтобы Эванс…

— Подожди минутку, — Вероника поднялась с кровати, подошла к нему и обняла его так, что Лайнелу эти объятия показались скорее сестринскими, чем любовными. Она подняла на него ореховыми глазами: — Полагаю, что нет необходимости напоминать, ты и так знаешь, что если тебе надо о чем-то поговорить… можешь на меня рассчитывать.

— Мисс Куиллс вдруг стала сентиментальной? Вот это действительно сенсация, достойная публикации на страницах «Сонных шпилей», — с кривой ухмылкой ответил Лайнел. — Кажется, ты действительно слегка заразилась от Сандерсов. В глубине души ты, все-таки, романтик.

Вероника яростно тряхнула головой и помогла ему найти разбросанную по всей комнате одежду. Она сняла с себя его рубашку, которую накинула, чтобы открыть дверь Александру, застегнула Лайнелу жилет и осталась наблюдать, как он, надев обувь, перелезает через подоконник, следя, чтобы его не увидел никто из обитателей Кодуэллс Касл.

— Будь осторожен и внимательно слушай сегодня моего дядю, — тихо напомнила он. — Я умираю от желания узнать, что же происходит.

— Я завтра же расскажу тебе об этом за пинтой пива, если придешь ко мне в музей.

Лайнел схватился руками за раму, убедился, что ноги прочно стоят на увитой розами решетке и, повернувшись к девушке, быстро поцеловал ее в губы.

— До скорого, Джульетта. Можешь вытворять что угодно с Парисом в мое отсутствие, а также с Меркуцио и даже с моим двоюродным братом Тибальтом, я не буду ревновать[5].

— Идиот, — улыбаясь, прошептала Вероника. — Иди отсюда, пока я тебя не столкнула.

Она не отошла от окна, пока Лайнел не миновал окно гостиной, в которой в этот момент мог находится ее дядя, и не спрыгнул на свежеподстриженный газон. Только тогда девушка заметила, что он забыл в комнате широкополую шляпу, сдернула ее с головы манекена, стоявшего рядом с мольбертом. Вероника аккуратно сбросила шляпу вниз из окна, Лайнел ловко подхватил ее, надел и, отвесив версальский поклон, удалился в сторону Фолли-бридж.

Свенгали дождался ухода Лайнела и спланировал на руку Вероники, которая задумчиво погладила птицу, перья которой щекотали ей обнаженную грудь.

— Тебе тоже кажется, что больше всего на свете Лайнела пугают его собственные чувства?

————

[1] Школа искусств Раскина (Ruskin School of Art) в составе Оксфордского университета.

[2] Гай Фокс (13 апреля 1570 — 31 января 1606) — английский дворянин-католик, родился в Йорке, самый знаменитый участник Порохового заговора против английского и шотландского короля Якова I в 1605 году.

[3] Сэр Артур Джон Эванс (8 июля 1851 — 11 июля 1941) — английский историк и археолог, первооткрыватель минойской цивилизации, с 1900 года вёл раскопки в Кноссе, в своих трудах реконструировал историю, культуру и религию древнего Крита.

[4] Кносс — древний город на острове Крит, расположен около современного Ираклиона, на северном берегу, в 4 км от моря, в древности с двумя гаванями. Главный город острова во времена минойской цивилизации (в греческой мифологии связывается с именем легендарного критского царя Миноса), затем бывший под властью ахейских греков во времена микенской цивилизации. По легенде, в окрестностях находился лабиринт Дедала, где был заключён Минотавр. В эпоху классической античности — средоточие культа критского Зевса, родина Эпименида.

[5] Джульетта, Парис, Меркуцио, Тибальт — персонажи трагедии Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта».

Глава 3

— Это один из первых домов, построенный на Полстед-роуд[1], — гордо пояснила старушка. — Долгое время он принадлежал моему старшему сыну, который сражался в Пятом Нортумберлендском стрелковом полку[2] в битве при Майванде[3], хотя у него едва было время, чтобы хотя бы иногда бывать здесь. Можно даже сказать, что здесь практически никто не жил, но будет лучше, если вы сами во всем убедитесь. Пойдемте наверх, я уверена, вам там понравится.

Она начала с большим усилием подниматься по лестнице, и молодые люди последовали за ней взявшись за руки. Они составляли очаровательную пару: она — хрупкая и белокурая словно фея; он — с длинными каштановыми волосами, собранными в хвост. Они прошли мимо витража, пропускающего трепещущий в ветвях деревьев солнечный свет.

— Здесь все сейчас точно так, как оставил мой Альфред перед тем, как отбыть в Афганистан. К счастью, ранение в ногу не превратило его в инвалида, но с тех пор он не может подниматься больше, чем на четыре ступени, поэтому ему вместе с женой и детьми пришлось переехать в дом на другой стороне улицы, где живем я и мистер Мюррей. Мы следим, чтобы все было в порядке, ежегодно проверяем состояние каминов и водопроводных труб. Подойдите сюда, я покажу вам комнаты…

Миссис Мюррей пересекла холл, чтобы открыть одну из дверей. Там оказалась маленькая, но такая же светлая, как и все остальные, комната, с мебелью из розового дерева, отражавшей солнце. Женщина окинула с любовью интерьер полным воспоминаний взглядом.

— Здесь когда-то была наша гостиная. Она расположена на южной стороне, поэтому тут всегда тепло, даже зимними ночами. К тому же, мы недавно поменяли мебель и едва ей пользовались. Она практически новая.

— Она прелестна, — с сияющими глазами произнесла Эйлиш. — Очаровательная комната.

Она прошлась по гостиной, не снимая перчаток, несмотря на то, что уже наступила весна. Оливер, прислонившись к дверному косяку, с улыбкой наблюдал, как она провела пальцами по спинке дивана, а затем по каминной полке, украшенной фарфоровыми фигурками. Выражение ее лица дало понять Оливеру, что девушка думает о комнате, точнее, о воспоминаниях, впитавшихся в обстановку, словно слой полировки.

— Сколько на этом этаже спален? — продолжила расспросы его жена.

— Слева расположена хозяйская спальня, а с другой стороны — игровая комната, ведущая к детским спальням, — миссис Мюррей показала пухлым пальчиком в соответствующем направлении. — Там есть место для трех кроватей, но если возникнет необходимость, можно приспособить прилегающую к детской маленькую комнату, которую когда-то занимала няня. Так что вам не придется тесниться, когда решите подарить ему парочку братиков и сестричек, — она кивнула в сторону Эйлиш. — У вас еще вся жизнь впереди!