Чтение онлайн

–

Анна Романовна, к вам Антонов пришёл… да… хорошо, – она положила трубку и, не поднимая взгляда, сказала, – Проходите, Алексей Григорьевич.

–

Спасибо, чтоб я без вас делал, – сыронизировал я и прошёл в дверь.

Кабинет главного врача в нашей больнице был не очень большим, я бы даже сказал, простеньким. Комната около 20 квадратов, вдоль стен пару небольших чёрных шкафов со стеклянными дверьми, наполненных книгами и документами, белый стол буквой “Т”, во главе которого мягкое офисное кожаное кресло бежевого цвета и несколько стульев по бокам, для посетителей. Венчала всё это “роскошное” убранство не очень большая картина на стене с изображением веточек бело-розовых магнолий в синей вазе. Вот такие хоромы у руководителя самой большой больницы города.

–

Алексей Григорьевич, привет! Проходи скорее, – показывая жестом на стул поприветствовала меня Анна Романовна, сидевшая на своём кресле.

Она с кем-то говорила по телефону. Когда рядом не было никого, Анна Романовна всегда обращалась ко мне на ты, но по врачебной привычке по имени отчеству. И пожалуй, у неё было на это право, всё-таки она по сути меня всему научила и вырастила в профессиональном плане, ещё с тех самых времен, когда я пришёл к ней ординатором на её, теперь моё, отделение терапии.

– Душечка моя, ну конечно приходи! – продолжала ласково говорить Анна Романовна кому-то в трубку, – О чём разговор? Чем сможем поможем, мы его обследуем, посмотрим… Я посмотреть? Ну, я уже мало практикую, ты же знаешь, но для тебя гляну конечно. Всё, дорогая, у меня доктор наш пришел, важный разговор предстоит, приезжайте в среду. Ага, да, договорились, пока.

Анна Романовна положила трубку, сложила руки на стол и обратилась ко мне.

–

Ну, что? Ты подумал? Принял верное решение?

Её голос всегда был наполнен теплом, заботой и добрым отношением. Не только ко мне, а вообще, к людям, от этого любой, даже самый вредный и проблемный в общении человек, не мог устоять перед её обаянием, и любой конфликт уходил с повышенных тонов, на конструктивный диалог.

Вот и сейчас, тон её голоса подразумевал именно тот ответ, который она хочет услышать, а меня этот ответ в корне не удовлетворял.

За последние лет 10-15 мир погряз в бесконечных военных конфликтах, в крупных и не очень, жизнь всего мира сильно изменилась. Потребительское отношения людей друг к другу, сводки новостей о наращивании армии той или иной страны, свержение и появление новой власти в разных регионах мира, разрушение дипломатических отношений и вялые попытки создания новых между странами – всё это стало для всех обыденностью, но при этом обыденностью неприятной. Мы все устали, и я не исключение.

Мои родители сами стали жертвой подобных дрязг. Два года назад в Индии кучка террористов напала на кортеж премьер-министра страны, то ли чтобы убить, то ли чтобы похитить, в итоге правды выяснить не удалось. В самом центре Нью-Дели, в ходе перестрелке все злоумышленнкии были ликвидированы, правда под раздачу попало несколько зевак, в их числе оказались мои отец и мать. Мать скончалась на месте, а отец ещё пару дней пробыл в реанимации, покинув этот мир, так и не приходя в себя. Это была туристическая поездка, первый выезд за границу за их 30-летнюю совместную жизнь.

И поэтому внутри меня давно сидели презрение и неприятие любых вооруженных путей решения конфликтов. И пусть Анна Романовна предлагала мне хорошо оплачиваемую, статусную командировку под эгидой «Красного Креста», где мы будем далеко от боевых действий, и помощь оказывать придется гражданскому населению, находящемуся в тяжелом положении из-за обострения конфликта двух давно непримиримых стран. Но всё равно, внутри меня не было ничего, что могло бы заставить туда поехать. По крайне мере, я был в этом уверен.

–

Анна Романовна, подумал…я понимаю конечно, что всё это… – уже было хотел начать свою оправдательно-отмазывательную речь я, как Анна Романовна остановила меня.

–

Не продолжай, я поняла тебя. Не хочешь ты ехать. И не мне тебя судить. Сказать, что ты там получишь какой-то принципиально новый опыт, или там так нужна твоя светлая незаурядная голова. Нет, конечно это не так. И без тебя там справлялись, и будут справляться дальше. И прекрасно я знаю твой пацифистский настрой. Но вот, что я тебе хочу сказать. Последний аргумент приведу, и дальше ты мне сразу скажешь, да или нет. Если всё-таки откажешься, я больше к этому разговору возвращаться не буду. В конце концов, каждый сам себе делает карьеру, да и вообще жизнь.

Анна Романовна сделала паузу. И посмотрела на меня. Я просто молча сидел и ждал продолжения. Как не люблю я эти её последние аргументы, почти всегда они перевешивали все мои доводы и возражения. И вот опять. Целый месяц она обрабатывала меня по поводу этой поездки, и каждый раз я был непреклонен. Но почему-то в этот раз я почувствовал, что сейчас будет предложение, от которого, как говорится, я не смогу отказаться. Моя стойкая уверенность вдруг пошатнулась.

–

Сейчас я скажу тебе важную вещь, о которой знают ещё только несколько человек из министерства и я. К нашей клинике присоединят 3-ю больницу, на Шуваловском. Ты знаешь, что там недавно её напихали всем самым лучшим, и даже по томографии они стали чуть нас обходить. Так вот, через 3 месяца мы станем одним большим кластером, и ряд отделений расширят, а ещё несколько добавят. И одно из них, это отделение диагностики, куда будут направлять всех самых сложных пациентов со всего северо-запада. И мне нужен заведующий отделением. И, уж, извини, но такое сейчас время, чем больше бумажек и отметок о престижных достижениях, тем больше шансов стать кем-то.

–

То есть, Вы хотите сказать, что если я буду иметь в своей биографии отметку об участии в миссии «Красного креста», то отделение моё?

–

Я тебе это прямым текстом говорю. И тут не моя прихоть, высшее начальство будет за этим следить, на такие должности будет конкурс, у тебя есть всё: доктор наук, преподавание в ВУЗе, стаж 10 лет, заведование 3 года, научные статьи и всё такое. Но вот только у Самарина это тоже всё есть, только стажа на 10 лет вперед, чем у тебя, Хотя от этого он умнее не стал кончено. Пусть он и не терапевт, а кардиолог, но там наверху – она небрежно быстро показала пальцем вверх, – разбираться никто не будет. Так что, либо козырь в рукаве, либо ты останешься рядовым диагностом под его началом. Так что, давай, поедешь или нет?

Я был в ступоре. Такого поворота событий я никак не ожидал. Это была мечта, мечта всей жизни, и казалась она несбыточный, ведь таких отделений просто нигде нет. А быть заведующим такого места, где будут только самые отборные, интересные пациенты, над которыми я буду ломать голову вместе с командой врачей под моим управлением, и на нас будет работать вся мощь двух самых больших клиник города.

–

Ну? Чего застыл? Давай, решайся, – вдруг прервана туман моих размышлений Анна Романовна.

–

Да, что тут решаться? Похоже выбора другого нет…

–

Выбор есть всегда! Просто не всё, что мы выбираем нам нравится – кинула в меня мудростью Анна Романовна, – Тогда зайдёщь ко мне в конце недели, подпишешь нужные бумажки и в путь нарабатывать вес.

Глава 3

Я проснулся от голосов, раздававшихся из прохода в дальнем конце комнаты, завешен он был старой коричневой полупрозрачной тканью. Оглядевшись я понял, что нахожусь в том же самом белостенном помещении, в котором очнулся первый раз.