Чтение онлайн

— Велес, мы встретили Наволода у Смородины. — решилась заговорить Ягла, у неё это получилось неуверенно и отрешённо.

— И что, Наволод? — Велеслав шагнул к Ягле, он хотел ощутить её запах и прикосновение мягких тёплых ладоней, но ближе подойти не посмел.

Беломир наблюдал за разговором со стороны, пытаясь отыскать в брате что-то иное, о чём говорил Наволод — тень Нави, либо её влияние. Но брат был прежним: таким же невозмутимым, решительным, как и всегда.

— Наволод... Он... — Ягла не находила слов, чтобы рассказать о том, что они услышали от старца.

— Помер? Ушёл в царство Нави? Покинул Явь? — выпалил Велеслав, его трясло от близости Яглы, он не понимал, что с ним происходит. Совсем недавно он упивался Мореной, а теперь не может оторвать взора от веды. — Яга, что молчишь? Весея ведь тоже там теперь? Не отыскали бабушку, ведь так?

Вот тут уже не выдержал Беломир, он кинулся на брата, ловко повалив его на земь, и занёс свою руку для удара.

— Не тронешь, Беломир! — тяжело дыша, выкрикнул Велеслав. — Не посмеешь, Белобог!

Рука Беломира так и замерла в воздухе. На его лице отразилось непонимание и удивление. Удара не случилось, но опускать руку Беломир не спешил.

— Что опешил, Беломир? Наволод разболтал всё, не так ли?

Теперь в глазах брата Беломир узрел отголоски Нави. До того и так тёмные глаза Велеслава точно заволокла пелена: чёрная, липкая, ядовитая, пробирающая до дрожи.

Испуганная, Ягла стояла рядом со сцепившимися братьями и не знала, что ей делать. Она, широко распахнув глаза, жадно вдыхала воздух, прислонив руки к груди, в которой невыносимо зажгло.

— Бей, брат. За полюбовницу вступился?

В воздухе просвистел кулак Беломира, раздался глухой удар, затем тихий сдержанный стон Велеслава.

— Прекратите! — нашла в себе силы закричать Ягла. — Прекратите! Прекратите!

Беломир вскочил с Велеслава, который не спешил подниматься с земли — он промокнул край губы, из которой сочилась кровь, рукавом рубахи, и продолжил лежать, исподлобья наблюдая за братом и Яглой. Беломир сгрёб, всё ещё кричащую, девушку в охапку, отгораживая её от брата, и принялся уговаривать:

— Ягла, всё хорошо. Это он не со зла. Да и я — не со зла. Проделки Нави, знать, это.

— Да, точно! Нави, Яга! — Велеслав не хотел становиться сторонним наблюдателем и решил заявить о себе язвительными выкриками. — Вините во всём меня! Я же виноват, что таким родился! Наверное, поэтому меня выкинули, как собаку! А тебя же за что, Беломир? Или Белобог? Как прикажешь к тебе обращаться, брат?

Ягла затихла в руках Беломира, тот же пытался совладать с гневом и старался не поддаваться на провокации Велеслава. Он не совсем понимал, почему его брат позволяет себя так вести и называет его по-другому. Видимо, Наволод не до конца был честен с ними, не всё удалось у него выведать в последнюю встречу.

— Иди домой, Велеслав! — пробасил Беломир, поглаживая Яглу по волосам. — Там обо всём переговорим. Не при всём честном народе такое обсуждать. Не вороги мы с тобой.

Велеслав, наконец, поднялся и, даже не отряхнувшись от пыли, вскочил на коня.

— Обсуждать нужно было до того, как ты кулаком мне в морду полез! — выкрикнул Велеслав, разворачивая коня в ту сторону, с которой он недавно воротился. — Теперь говорить нам не о чем!

Ягла отпрянула от груди Беломира, услышав по топоту копыт, что Велеслав снова возвращается назад, а не направляется к деревне.

— Велес!!! — Ягла закричала во всё горло, до хрипоты, и пустилась бегом за вороным конём, отмахиваясь от дорожной пыли.

Споткнувшись, и упав прямо на колени посередине дороги, она с удивлением заметила, что Велеслав рывком развернул коня и стремглав понёсся на неё. Жеребец остановился аккурат перед Яглой, взмыв в воздух своими копытами, становясь на дыбы. Всё это произошло в считанные мгновения, девушка даже не успела испугаться. Конь, управляемый опытным седоком, отступил назад и встал на четыре копыта, фыркая, и тяжело дыша.

— Чего тебе, Яга? — Велеслав казался на удивление спокойным, выдал его неравнодушие лишь чуть дрогнувший голос, когда он произнёс её имя.

— Расскажи мне всё. — сорвалось с дрожащих губ Яглы. — Расскажи мне всё, Велес.

Выбор меж двумя сторонами всегда будет тяжёлым потому, что нельзя удовлетворить обе стороны...

Беломир стоял, опешив. Он почувствовал себя лишним уже тогда, когда Ягла сорвалась с места и стремглав понеслась вслед за Велеславом. Что-то происходило меж ними такого, чего он никак не мог понять, будто что-то ускользало от его виденья. А уж когда жеребец чуть не налетел на упавшую девушку — сердце и впрямь ушло в пятки, зашлось бешено. Беломир уж было порывался сделать шаг, чтобы поспешить на выручку, но, узрев спокойствие Яглы — замешкавшись, отступил. Краем уха он слышал, о чём говорят Ягла и брат, и это заставило его глубоко задуматься. В первую очередь над словами последнего.

— Что ты хочешь знать, Яга? — Велеслав взирал на неё сверху вниз, так и не спешившись. — С каких пор ты стала интересоваться моей жизнью? Что случилось?

От такого холодного тона Велеслава по спине Яглы прошёл мороз. Она удивлённо раскрыла рот, не решаясь больше и слова вымолвить. А он продолжил, так и не дождавшись ответа:

— Почему-то мне кажется, что ты просто любишь совать свой любопытный нос в чужие дела. — эти слова давались Велеславу тяжело, но он не показал виду, лишь мысленно обругал себя самыми последними словами. — Может, стоит поумерить свой пыл и направить его в более полезное для себя русло?

Велеслав с вызовом посмотрел в сторону Беломира, затем снова вернулся к Ягле, опустив на неё уверенный взгляд.

Изначально, он хотел ответить помягче, но это означало бы, что Велеслав вновь проявляет слабость, по отношению к Ягле. Он не хотел, чтобы Беломир увидел что-то похожее — догадывал бы потом, додумывал такое поведение брата. Ведь он её любил. Искренне, по-особенному, на расстоянии. А что чувствовал он сам по отношению к Ягле — не понял по-настоящему до сих пор.

— А вообще... — хмыкнул Велеслав, наконец, оказавшись на земле прямо перед девушкой, протянул ей руку, проговорив чуть тише, чтобы слышала только она. — По-моему, этот разговор был бы тяжёлым, если бы я ответил тебе, не таясь, и не заводить бы его совсем.

Ягла медленно подняла глаза, полные слёз, на стоящего напротив, но руку подавать не спешила. Кажется, Беломир иногда все ж бывает прав, подумалось ей на миг, когда в мыслях всплыл их недавний разговор. Либо человека на всю жизнь, либо...

— Яга, поднимайся. — Велеслав кивнул на свою, всё ещё протянутую, раскрытую ладонь и склонил голову вбок, наблюдая за реакцией девушки.

Ему было очень интересно, как поведёт себя Ягла в такой ситуации. Велеслав намеренно старался нагрубить Ягле, пытаясь оттолкнуть её тем самым от себя как можно дальше, дабы оградить от неприятностей, которые непременно приключатся с девушкой, если она и дальше будет пытаться с ним сблизиться. От чего-то, Велеслав думал именно так. Если Ягла просит откровений ненужных ему, то это равносильно вторжению на его личную территорию. А своё тихое уютное, так полюбившееся ему одиночество он не хотел делить ни с кем. А может просто свыкся с ним? Тем не менее, сладить со своим сердцем, так же как с головой, Велеслав был не в силах. Горькие думы терзали его весь путь, да так, что защемило до боли в его груди, и, пытаясь прикоснуться хоть на миг к Ягле, Велеслав хотел излечиться от всего этого. Ведь её прикосновения действительно его лечат. Не физически, а душевно.

— Зачем ты так, Велес? — Ягла было протянула к нему руку, но вдруг замерла, так и не коснувшись. — Зачем ты так с братом? Со мной? Разве мы тебе худа желаем?

Велеслав не сдержался и резко, но аккуратно, схватился за запястье Яглы, приподнимая девушку с земли. Ладонь зажгло от такого долгожданного прикосновения, сердце затрепетало, лёгкая улыбка коснулась уголка его губ. Ягла уже крепко стояла на ногах, пустыми глазами взирая на Велеслава, но тот не спешил выпускать её руку из своего крепкого захвата, наслаждаясь моментом недолгой близости. Их взгляды встретились совсем на миг: жгучие, разгорячённые, отчаявшиеся. Одинокая скупая слеза скатилась по щеке Яглы, которую нежно смахнул Велеслав и отступил на шаг, нехотя разжимая свою вспотевшую ладонь.