Чтение онлайн

Как только продавец свободы (готовый продать свои услуги в обмен на материальное вознаграждение) находит покупателя власти над ним за удовлетворяющую его цену, он стремится к установлению устойчивых отношений с этим покупателем власти, демонстрируя ему свою послушность. Причем продавец своей свободы будет тем послушнее, чем больше ему заплатят.

Отношения между покупателем власти и продавцом свободы более демократичны, чем в силовой системе властных отношений. Подвластный имеет больше свободы в выборе себе хозяина (хотя и не всегда: должник выполняет волю кредитора поневоле, если не может вовремя вернуть долг). Но и в этом случае их интересы имеют противоположную направленность: продавец своих услуг хочет получить как можно больше, а покупатель власти над ним стремится заплатить поменьше. Договариваются тогда, когда продающая сторона не может вытребовать себе больше, а покупающая отказывается платить больше.

Сегодня, в условиях тотальной рыночной экономики, это довольно распространенная форма власти, содержание которой в значительной мере зависит от направленности личности всех участников данных властных отношений.

Руководители с эгоцентрической направленностью, являясь преимущественно автократами, активно дополняют свою авторитарную власть материальными средствами в целях существенного ее расширения. За деньги нанимают и подкупают нужных людей для применения силы, вооружают их необходимыми средствами принуждения (например, оружием и т. п.). Преобладающие среди их подчиненных эгоцентристы за материальное вознаграждение готовы выходить за рамки своих официальных обязанностей и совершать противоправные действия (лжесвидетельствовать, организовывать провокации, осуществлять подлог и пр.). Именно такие продажные подчиненные больше всего устраивают руководителей-эгоцентристов, так как они в наибольшей степени способны удовлетворять эгоцентрические потребности своих начальников, не ограничиваясь в своих действиях какими-либо правовыми и нравственными рамками.

Используя материальное стимулирование в оценке деятельности подчиненных, эгоцентрические руководители устанавливают им эгоцентрические ориентиры в развитии их личности, тем самым насаждают эгоцентризм в своем ближайшем окружении. Материальные стимулы у данных руководителей направлены не на повышение производительности труда, а на формирование лично ему преданных и послушных работников.

Выстраивание властных отношений преимущественно на основе материальной зависимости приводит к определенным негативным последствиям в дальнейшем развитии личностей продающих себя хозяину и покупающих слуг, а именно:

– происходит деградация продающего себя покупателю власти, а также будущего хозяина продавца, превращающая обоих в средство добывания материальных ценностей, а не в их пользователя в интересах собственного гармоничного развития;

– устанавливается между хозяином и слугой система вынужденного согласия при внутренней противоречивой направленности их интересов, способная перерасти в конфликтную.

Материальная зависимость является питательной основой коррупции, в результате которой может создаваться перевернутая вертикаль власти. Так, подкупленный министр перестает служить государству и начинает выполнять указания хозяина, который дал ему взятку. Из субъекта власти он превращается в подвластного исполнителя воли того, от кого получил мзду. Судья-коррупционер осуществляет не правосудие, а за взятку освобождает от законного наказания преступников или учиняет расправу над теми, на кого указал взяткодатель, хотя они и не совершали преступления.

Политические лидеры с эгоцентрической направленностью для завоевания и укрепления власти широко используют подкуп избирателей и конкурентов, покупают лжесвидетелей, которые помогают, выливаемые потоки грязи на противников, выдавать за «факты». Оплачивают деятельность СМИ, подключаемых к участию в их избирательных кампаниях и в этих целях осуществляющих распространение рекламных агитационных программ, а также материалов (порой и лживых), компрометирующих конкурентов.

Руководители-хомоцентристы (с тенденцией к социоцентристам) в своей управленческой деятельности также используют материальные стимулы, главным образом, в целях повышения производительности труда, создавая в подчиненных коллективах атмосферу справедливого вознаграждения за социально-ориентированный труд. Это способствует формированию у работников удовлетворения не только вознаграждением, но и своей деятельностью, ее результатами. Хомоцентрические руководители стремятся к тому, чтобы материальные ценности и деньги стали средством гармоничного развития личностей подчиненных, а не превращали бы работников в средство накопления ценностей в ущерб духовному развитию.

Политические лидеры-хомоцентристы (тяготеющие к социоцентристам) в сегодняшней России находятся в невыгодном с материальной точки зрения положении по сравнению с политическими лидерами-эгоцентристами. У них, практически отсутствуют «крутые» спонсоры для оплаты предвыборной кампании, на которую требуются большие деньги. Богачи-олигархи их спонсировать не хотят, а у самих лидеров-хомоцентристов часто денег недостаточно. Но все же их материальную основу могут составить бизнесмены типа П.Н.Грудинина, которые тоже способны стать такими лидерами. Думается, что среди бизнесменов, развивающих свое дело на долговременной и устойчивой основе, спонсоры хомоцентрических лидеров найдутся, так как только под их руководством их бизнес может развиваться стабильно, с перспективой и долговременно.

Вывод. Власть на основе материальной зависимости – обоюдоострое средство власти. Она может быть разрушительной и созидательной. Разрушительной она становится в руках эгоцентристов, а созидательной – если окажется в руках хомоцентристов (с тенденцией к социоцентристам).

В. Функция власти на основе информационной зависимости.

В последнее время, упоминая об информационной власти, довольно много говорят лишь о власти средств массовой информации. Но информационная власть в повседневной жизни встречается еще чаще, чем силовая или материальная. Человек оказался в незнакомом городе или незнакомом районе. Интересуется, как пройти к нужному ему месту, и безропотно подчиняется тому, кто уверенно указывает ему путь. Сколько раз мы спрашиваем друг друга, как сделать то, а как сделать это, где достать нужную нам вещь, как исправить тот или иной прибор, что лучше одеть по определенному случаю, как поступить с женой или мужем, что ответить на то или иное предложение и т.д. и т.п. В ответ получаем советы, которым часто следуем, и не думаем о том, что в этот момент подчиняемся чужой воле. А сколько раз советуем сами и как часто следуют нашим советам, то есть подчиняются нашей воле?

Итак, чтобы властвовать на основе информационной зависимости, необходимо иметь информационное, интеллектуальное или профессиональное превосходство над теми, над кем возникает необходимость информационно властвовать или, по крайней мере, уметь создавать видимость такого превосходства. При этом распространитель новой и полезной информации часто вообще не преследует цели подчинить кого-либо своей воле, а руководствуется идеей – быть просто полезным другим.

В отношениях между людьми, возникающих в процессе обмена информацией, подчинение практически всегда добровольное. Но зависимость и опасение или даже страх потерять необходимый источник информации или профессиональные услуги могут быть у нуждающихся в них достаточно сильными. Чем более уникальна информация, которой обладает ее источник, тем сильнее его власть над нуждающимся в ней потребителем. Информатору процесс информирования партнера по общению позволяет продемонстрировать свой образовательный и профессиональный уровень, почувствовать себя полезным другим, а потребителю информации это даст возможность, вооружившись новыми знаниями, более эффективно достичь стоящих перед ним целей. В таком конструктивном информационном взаимодействии заинтересованы и источник информации, и ее пользователь.

Однако информационная зависимость может сложиться и помимо воли одной из сторон. Данная зависимость возникает тогда, когда один из партнеров по общению шантажирует другого знанием про него чего-то такого, что этот другой не хотел, чтобы знали другие. И во имя сохранения в тайне нежелательной к разглашению информации, шантажист обретает власть над своей жертвой. Соответственно, жертва шантажа предпринимает все усилия, чтобы избавиться от данной зависимости путем уничтожения источника нежелательной информации. Власть шантажиста кончается, если шантаж перестанет создавать угрозу шантажируемому.

В ходе функционирования силовой и материальной власти стороны властных отношений достаточно очевидно разделяются на властвующую и подвластную. В процессе реализации информационной власти это относительно очевидно в отношениях учитель-ученик, профессор-студент, врач-больной и т.д. Но в ходе партнерского общения, диалога информационная власть имеет, как правило, ситуативный, переходящий характер. Говорит один и сообщает собеседнику новую, необходимую тому информацию, властвует говорящий. Начинает говорить собеседник и дополняет говорящего своими и тоже новыми, интересными для визави сообщениями, – информационная власть переходит к нему. Именно такое информационное взаимовлияние наиболее продуктивно в выполнении совместной деятельности и общении. Способность обеих сторон обмениваться новой информацией друг для друга способствует установлению прочных отношений между общающимися, в том числе между мужчиной и женщиной.

Информационные аспекты властных отношений всегда присутствуют в ходе реализации силовой и материальной власти. Информационное обеспечение участников о развитии применения силовой власти позволяет им своевременно выявлять следующие угрозы: властвующим – возможности утраты власти, подвластным – применения к ним санкций. От состояния информированности одной стороны о намерениях другой во многом зависит, кто победит в их противостоянии. Здесь информационная власть позволяет определить место, время и силу опережающего «нанесения удара» по противнику, а также установить возможность избежать поражающих действий другой стороны.