Противостояние-2: на краю смерти
Шрифт:
– Все в порядке. Потанцуем? – он протягивает руку и ведет меня на танцпол, обнимает за талию, и мы медленно танцуем под красивую музыку.
От такой близости к нему я теряюсь. Чувствует ли он, насколько я возбуждена?
– Карен, прости, я не должен был втягивать тебя....
Я прикладываю руку к его губам.
– Мы все выяснили. Давай просто об этом забудем. Он берет мою руку в свою и проводит по ладони.
– Нервничаешь? – от волнения мои ладони вспотели.
– Нет, здесь жарко, – вру я. Он улыбается и смотрит так, будто знает все мои мысли. Между нами такое напряжение, что кажется, сейчас посыплются искры.
– Поехали, – твердо говорит он. Мы выходим из клуба и садимся в такси. Нам не нужны слова, его взгляда достаточно, чтобы я поняла, чем закончится эта ночь. Я опускаю глаза и моя уверенность тает с каждой секундой. Сколько раз я провоцировала его, закрываясь с парнями на вечеринках. Я не собиралась спать с ними, мне хотелось задеть его, привлечь внимание, заставить беситься, ревновать. Как он отреагирует на сюрприз, который его ждет?
Я поднимаю глаза, он смотрит на мои слегка разведенные колени и улыбается. Язык тела, язык который никогда не обманывает.
– Нальешь выпить? – я нарушаю молчание уже в его квартире.
Рон проходит на кухню, и я следую за ним, достает бутылку вина и разливает по бокалам. Я прислоняюсь к столу и пью почти залпом.
– Полегче, – он подходит ко мне, забирает бокал и сажает меня на кухонный стол. Я обнимаю его за плечи, обхватываю ногами его бедра и чувствую его возбуждение. Одну руку он запускает мне в волосы, а другой медленно поднимает подол платья, сжимает мою ягодицу и плотнее притягивает к себе. Он не торопится, и от этого мое тело изнывает еще сильнее, я хочу его только его. Наконец он прикасается к моим губам, словно пробует их на вкус, неторопливо исследует языком мой рот.
– Ты такая вкусная.
Он расстегивает молнию на платье, снимает его с плеч и рассматривает мою грудь, заставляя меня краснеть. Затем берет ее в свои ладони и поглаживает соски. Я чувствую, как внизу все начинает пульсировать, запускаю пальцы ему в волосы, наклоняю его к себе и дерзко целую. В этом поцелуе вся страсть, все желание, все чувства, сдерживаемые столько времени. Он запускает руку мне в трусики и начинает ласкать. Из моей груди вырывается глубокий стон. Я должна ему сказать.
– Рон, послушай. Я никогда раньше этого не делала.
– Не бойся, доверься мне, – кажется, он не удивлен.
Рон берет меня на руки, относит в спальню и опускает на кровать. Я лежу полуобнаженная и смотрю, как он раздевается.
– О, – со стоном произношу я, когда он полностью обнажается. Рон медленно снимает с меня одежду. Под его взглядом я горю, его поцелуи – пьянящие, возбуждающие, опаляющие, ласки настолько смелые, что меня охватывает чувство стыда.
– Расслабься, – говорит он и покрывает поцелуям самые интимные участки моего тела. Громкий стон вырывается из груди, когда меня накрывает волна оргазма. Рон опускается сверху, запускает руку мне в волосы и погружается в меня. От резкой пронизывающей боли я вскрикиваю, хватаюсь рукой за простынь, а другой упираюсь ему в живот. Он останавливается, нежно целует меня в шею, затем в губы и ласково гладит по голове.
– Девочка моя, потерпи, – шепчет он и убирает мою руку. – Карен, я люблю тебя.
Я не могу поверить в то, что слышу. Я думала, он решил провести со мной ночь только потому, что последнее время я сама бегала за ним и чуть ли не умоляла об этом.
– Рон, – я обнимаю его, запускаю пальцы в волосы, страстно целую и обхватываю его ногами. Он стонет и, не в силах сдержаться, полностью погружается в меня. Слишком резко, слишком глубоко, слишком быстро. Я кричу от острой боли, пронизывающей низ живота, и впиваюсь ногтями в его спину. Страсть – сжигающая, всепоглощающая страсть, мое тело горит. Рон движется все быстрее, заглушая поцелуями мои стоны. Я хочу, чтобы все закончилось, и хочу, чтобы это продолжалось бесконечно. Боль постепенно сменяется на тупую и ноющую, но даже она доставляет наслаждение. Он любит меня, и от осознания этого кровь наполняется эндорфинами. Эйфория, волна новых, неведомых мне ощущений захлестывает целиком, тело, словно под разрядом электрического тока, я выгибаюсь под ним, еще сильнее впиваясь ногтями в спину и выкрикивая его имя.
– О, Карен, – стонет он и опускается на меня. Мы лежим, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Через несколько минут Рон поднимает голову и смотрит на меня.
– Как ты? – спрашивает он с беспокойством в голосе.
– В порядке.
– Прости. Было очень больно? – взгляд слегка виноватый.
– Первый раз всегда больно, – я улыбаюсь.
Он недоверчиво смотрит на меня.
– Рон, все хорошо.
– Хорошо, – растеряно произносит он.
– Эй. Ты чего? Со мной все хорошо. Это не оценка.
– Я должен бы сдерживаться.
– Я не хочу, чтобы ты сдерживался со мной. Все было потрясающе намного лучше, чем я могла себе представить.
– Детка, – он нежно поцеловал меня, перевернулся на спину и привлек меня к себе. Я положила голову ему на грудь и сразу уснула.
– Доброе утро, – я проснулась оттого, что он поглаживал меня по спине и бедрам.
– Доброе утро. Примем душ?
– Угу, – я встала с кровати, прикрываясь одеялом.
Рон поднялся, абсолютно не стесняясь своей наготы, перевел взгляд с окровавленной простыни на меня, и на его лице засияла самодовольная улыбка. Сгорая от стыда, я поспешила скрыться в ванной.
Он вошел, когда я умывалась ледяной водой чтобы согнать с себя краску, подошел сзади, потянул за одеяло, и оно упало к моим ногам. Одну руку он положил мне на грудь, а другую на талию и прижал к себе. Наши взгляды встретились в зеркале.
– Чего ты так стыдишься? Меня или того, что стала женщиной? В следующий раз нужно трахнуть тебя у зеркала.
От таких слов у меня перехватило дыхание, а он стал покусывать меня за ухо, внимательно наблюдая за моей реакцией. По телу разлилось возбуждение, и я застонала от удовольствия.
– Болит? – Рон опустил руку в низ живота.
– Нет, – быстро ответила я. Не хотелось говорить про слегка ноющую боль.