Чтение онлайн

Расстояние между светлыми и людьми быстро сокращалось, и теперь, вместо четырехсот футов, их разделяло всего двести, а стрелы эльфов за это время нанесли имперцам незначительные потери. Позади лежали тела нескольких сотен человек. Тысячи продолжали движение вперед. Несмотря на это, улыбка Тамалия Зеленого становилась все шире. Легковооруженные пехотинцы все еще не могли достать жителей священного леса дротиками, а арбалетчики, выйди они на ударные позиции, тут же попадали под обстрел. Единственное, что оставалось делать этим грязным свинопасам – идти дальше, туда, где стояли лучники, готовые начать прямую атаку. Тамалий приготовил свой лук. Вот оно искусство ведения боя, недоступное расе хумансов.

Обстрел хумансов продолжался, но когда до точки, где жители Местальэ могли начать стрелять напрямую оставались считанные футы, имперцы вдруг рванулись вперед. Боковым зрением Тамалий заметил, как начал нервничать Гридулий, вдруг опустивший лук и начавший озираться по сторонам. На какой-то миг королю вечнозеленого Местальэ показалось, что он расслышал слова главнокомандующего:

 - Это ловушка…

Тамалий не успел понять смысла этих слов, как из леса за спинами его войнов, с двух сторон, на поляну вырвалось два отряда конницы. Всадники, бросив лошадей в галоп, атаковали отряды лучников. Баталии имперцев, набрав ход, наступали с другой стороны, но тяжеловооруженные пехотинцы в первом ряду, будто подкошенные рухнули на земь, сраженные стрелами. Однако следом наступали имперцы из следующих рядов, сокративших расстояние еще на двадцать футов, прежде чем лучники успели дотянуться до колчанов. Арбалетчики, отстав от остальных, дали свой залп. Только благодаря тому, что стрелять пришлось на ходу, да еще и из-за спин пехотинцев, большинство болтов не нашло цели. Конница ворвалась в ряды лучников. Схватка завязывалась. Тамалий, с застывшим ужасом в глазах, наблюдал, как неумело начали перегруппировываться эльфы-копьеметатели. Несколько отрядов встретило в лоб надвигающуюся пехоту. Копья разили хумансов рядами. В ответ полетели первые дротики и копья, протыкающие тонкие торсы жителей леса. Пехота следом клином врезалась в войско жителей леса. Щиты имперцев сбивали светлых с ног, а гладиусы пронзали грудь. Конница прошла сквозь отряды лучников, оставив заметные бреши в строю. Всадники, доскокав до границы с лесом, развернулись и приготовились нанести повторный удар. Стрелы и копья жителей священного Местальэ уносили десятки жизней, однако кольцо, в которое оказались зажаты светлые эльфы, сжималось все туже… это был разгром. Тамалий не понимал, что происходит. Где-то вдалеке послышался голос главнокомандующего.

 - Отступление!

Светлые попытались пробить оборону имперцев, разом ударив по одной из линий хумансов, сжимающих кольцо. Тщетно. Место рухнувших замертво войнов заняли новые бойцы. Руки Тамалия задрожали. Его военачальники проигрывали этот бой в чистую. В рядах войска жителей леса началась паника. Эльфы, ненавидившие ближний бой, не могли отступить, чтобы выпустить по баталиям новый залп. Люди заставляли жителей леса драться в тех условиях, к которым они менее всего были подготовлены. Точно так же, как имперцы не могли ничего противопоставить эльфам в бою на дальней дистанции, так и эльфы не могли сравниться с имперцами в искусстве ведения ближнего боя. Что мог сделать лук против меча, когда тебя и твоего врага разделяли считанные футы? В таком случае грозное оружие дальнего боя превращалось в ненужную безделушку, еще более бесполезную, чем палка в руках.

На поляне, проткнутые дротиком или мечом легковооруженного пехотинца, попавшие под удар копья тяжеловооруженной пехоты или болт арбалетчика, лежало несколько тысяч трупов светлых. От двадцатитысячного войска теперь остались не больше пятнадцати тысяч воинов вечнозеленого Местальэ. Хумансы, перед тем, как им удалось сблизиться с жителями леса, все же потеряли на порядок больше бойцов, и от пяти отборных баталий, осталось теперь не больше двух. Заметно поредели ряды конницы. Но теперь это была неравная схватка, и размен уже шел в обратной, отрицательной для светлых пропорции.

Тамалий затуманеными от отчаяния глазами видел, как кромсали гладиусами налево и направо тела жителей священного леса легковооруженные пехотинцы, как тяжеловооруженная пехота буквально нанизывала светлых на острия своих копий, а арбалетчики выборочно обстреливали тех, кто пытался прорвать, продолжавшее сжиматься, кольцо. Конница, затаптывая эльфов, заставляла противника отступать. И чем сильнее сжималось кольцо, тем толще становился барьер, отделявший защитников Местальэ от отступления.

Картинка перед глазами старого короля поплыла. То, что он увидел в следующий миг, показалось Тамалию лишь бредом разыгравшегося воображения. Плотное кольцо имперцев лопнуло. В стороны, кувыркаясь, полетели десятки хумансовых воинов. На земле, в том месте, где только секунду назад стояли люди, лежал огромный булыжник. До слуха донеслись звуки походного барабана и труб. Ноги Тамалия подкосились, и он уже готов был рухнуть без сознания на земь, как чья-то рука поддержала его за локоть, не дав старому королю Местальэ упасть. Он обернулся и вздрогнул от неожиданности. Рядом с Тамалием стоял Бордерик, его сын и наследник престола. Его волосы, слипшиеся от крови, были взъерошены. В глазах застыло слепое безумие, а на лице улыбка.

 - Тиаро Менториум привела меня, отец. Я слышу зов Короны Мрака, – сказал он.

Тамалий с трудом расслышал эти слова сквозь разнесшиеся по поляне рев и звуки боевого клича. Из леса, размахивая каменными топорами, дубинами, вращая в руках пращи, выбежали орды гоблинов и орков. Король Местальэ увидел, как упало замертво несколько десятков тяжеловооруженных пехотинцев. Из их доспех торчали рукоятки маленьких топоров, пробивших толстую сталь и пронзивших тело. Еще один огромный булыжник снес лошадь вместе с наездником, буквально раскатав их по земле. В лесу появились морды, дыщащих яростью троллей-гигантов. Несколько минут хумансы, потерявшие строй, отбивались от орды зеленокожих существ поодиночке, позволив им прорвать кольцо оцепления и заходить с тыла. Однако сержанты, вышкаленные многочасовыми тренировками, быстро начали наводить порядок в строю. Ряды имперцев медленно смыкались, оттесняя неистово атаковавших зеленокожих жителей пустоши.

Тамалий, еще не до конца пришедший в себя, услышал, как Гридулий скомандовал отступление. Это был единственный шанс перегруппироваться, воспользовавшись неожиданной подмогой и проскочив через прорванное кольцо имперцев, охваченных смутой в своих рядах, а затем контратаковать. Войско светлых начало отступление. Хумансы, тем временем вернув строй, уже теснили зеленокожих, пытаясь заходить по флангам в тыл врага, чтобы в полной мере реализовать свое численное преимущество. Гридулий, отведя войско жителей Местальэ на сотню футов, скомандовал военачальникам делать разворот. Пора было положить конец этой нелепой битве залпом по оголенному тылу врага…

Деревья в роще рядом с отрядом копьеметателей светлых вдруг полыхнули ярким пламенем, уже через какой-то миг превратившись в черные, застывшие среди остального леса, угольки. Это была шаровая молния. Следующий удар пришелся в отряд. Тамалий увидел в лесу несколько плащей серого цвета. Гильдия Воздуха.

«Стихийные маги» - мелькнуло в голове.

Военачальники прокричали команду, и эльфийские лучники дали залп по силуэтам магов в лесу. Однако стрелы прошли сквозь чародеев и воткнулись в деревья. Вместо тел магов стрелы пронзили только лишь миражи, растаявшие в пространстве. Войско взорвало несколько фаерболов. По всей видимости, Арканум прислал сюда свои башни в полном составе! Гильдия Огня тоже была здесь!

 - Назад, назад! Отступаем! – в голосе Гридулия слышались панические нотки.

Бордерик схватил Тамалия за локоть и посмотрел в ничего не видящие глаза старого короля.

 - Где Тиаро Менториум, отец?

Тамалий находился в полуобморочном состоянии. Он непонимающе качал головой.

 - Отец, где Корона Мрака? Отдай мне ее, и мы сможем дать бой! – закричал Бордерик.

Но было слишком поздно. Эльфы, сбившиеся в толпу, бежали на восток, бросив войско гоблинов, орков и троллей один на один с имперцами и магами Арканума.

Отступление гоблинов, орков и троллей захлебывалось. Имперцы умело заходили в тылы и, давя количеством, загоняли зеленокожих жителей пустоши в лес. Арбалетчики, рассеившиеся по всей поляне, выцеливали прятавшихся среди деревьев троллей и гоблинов с пращами. Летели дротики, свистели гладиусы, мелькали копья. Единственный возможный путь отступления лежал в лес. Но теперь ряды зеленых, оказавшись разобранными, превратились в неумелую кучку защищающихся каждый сам за себя существ. Обвальные атаки людской пехоты не оставляли зеленокожим ни одного шанса перейти в наступление. Практически ничего не осталось от войска малышей гоблинов, по которым пришелся первый удар. Легковооруженная пехота просто смела копьеносцев, а арбалетчики прицельным огнем убили тех, кто пытался скрыться в лесу. Ряды тяжеловооруженных пехотинцев рассеяли тогда еще стройный ряд орков. Медлительные зеленокожые великаны не успевали атаковать одного врага, как на них тут же набрасывались с десяток хумансов, пронзая тело орков копьями и валя их щитами с ног. У троллей топорометателей не осталось своего излюбленного оружия – каменных топориков, и они вынуждены были, схватив палки и камни с земли, броситься на помощь своим «старшим» товарищам, которых уже окружила со всех сторон конница. Всадники, не останавливаясь ни на миг, обстреливали гигантов из самострелов, однако стрелы лишь щекотали толстые шкуры троллей. Но будучи не такими сообразительными, как тролли топорометатели, существа растерялись под градом атак и просто не знали, что им делать. Каждый раз атакуя вооруженного самострелом всадника, удар приходился мимо… И возможно зеленокожим великанам удалось бы что-то предпринять, если бы не маги, уже плетущие свои чары и готовые поразить существ.