Чтение онлайн

Игра команд «Аврора» от сварога и «Орбита» от дажьбога только что закончилась со счетом 0:1. Игрок «Орбиты» забросил только огненный мяч. Синий мяч взорвался на сорок шестой минуте, а невидимый никому не удалось отыскать.

Поле стадиона ярко освещалось софитами и факелами. Пока яриловцы подходили к трибунам, аспидов уже отыгравших команд уводили в их загоны. В Ведограде был большой заповедник, в котором жили не только аспиды, но и другие магические животные, которые когда-то были на гране исчезновения. Так аспидов, которых на территории дореволюционной Российской Империи оставалось всего несколько десятков, магическое сообщество взяло под свою охрану.

В школе ведовства был один из нескольких заповедников, находившихся на территории Магической народной империи. Аспидов здесь было достаточно, чтобы у каждой команды был свой, ими прирученный курелапый змей.

Еще в октябре команда яриловецв первого курса познакомилась со своим аспидом. Каждый змей был как очень похож на своего собрата, так и значительно отличался. Вскоре после нескольких тренировок ребята уже различали своего сокомандника среди остальных в огромном ангаре. Заходить туда можно было только с укротителем, так как чем старше змей, тем сильнее он не любит чужаков. Маленьких аспидов приручить также является сложнейшей задачей, но, как показывает вековая практика, реально.

Своему молоденькому аспиду ребята из команды Аркуда’ присвоили кличку Есаул, обозначив его таким образом вторым по важности после атамана-капитана в команде игроком. Тренировки с курелапым змеем проходили тяжело, он долго запоминал яриловцев, изучал запахи, боялся летающих ковров и так и норовил улететь обратно в ангар или выделенный под них заповедник. Но особенностью этих существ было то, что они не могли спуститься на землю. По одной старинной легенде, боясь быть убитыми землей, аспиды сидели только на вершине своей скалы в гнезде. Они умели и летать, что значительно усложняло их присутствие на поле.

Магическими цепями и амулетом, подвешенным у него на чешуевидной шее, аспид приковывался к скале без возможности взлететь. Как объяснил укротитель девочкам, которые охнули от жалости к такому зверскому отношению над бедным существом, эти магические цепи не давят и не натирают ему лапы, а просто подавляют любое желание взлететь в воздух.

— Уважаемые болельщики и болельщицы, гости и преподаватели, мы продолжаем наш турнир по «шабашу»! — раздался голос комментатора. Звали его Богдан с интересной фамилией Добрыйвечер, ученик четвертого курса общины ярилы.

— Мы обещаем, что ваши замерзшие носики и щечки будут согреты жаркой игрой команд наших юных первокурсников, — кричала Алеся Снегирева, являющаяся вторым комментатором. Училась она также на четвертом курсе, но на свароге.

— Встречайте, дебютанты турнира, ватага «Сокол» от хорса! — поприветствовал их Богдан и стал перечислять игроков: — Самый главный игрок, можно сказать вратарь и защитник гнезда, аспид по кличке Скиф!

В этот момент аспид команды соперников лениво потянул одну лапу.

— Атаман команды, варяг, играющий под номером шесть, Иван Третьяков!

С трибун раздались громкие овации, болельщики замерзли и хотели поистине захватывающего зрелища.

— Давай, Ваня, вернуться с того света не так сложно, как доказать, что ты хороший атаман! Вперед, парень! — поддержала его Алеся.

— Эм, да, как этично, — кашлянул второй комментатор. — Под номером один играет опричник Василиса Петрова!

— Номер два — опричник Александр Прохоров! Мы верим в вас, удачи!

— Номер три — дружинник Маргарита Семечкина, эх, сейчас бы горсточку жареных в соли и…

— Тебе лишь бы пожрать, — зашипела Алеся, и тут же Богдан ойкнул, видимо, получил локтем от девушки в бок.

— Ном-е-ер-р четыре — Егор Коробко! Ох, как много р-р!

— И номер пять, варяг Денис Луговой! Вперед, ребята, удачи — неудачникам, а вам — победы!

Команда хорса, или как прозвал их Никита, «Соколики», взмыла вверх и кружила по кромке поля перед трибунами.

— Их соперники, сборная ватага первого курса общины ярилы «Аркуда’»! — объявила их команду Алеся, и снова послышался какой-то шум в кабинке комментаторов.

Яриловец Богдан Добрыйвечер, не сумевший сдержать профессионального хладнокровия, вырвал зачарованную малахитовую статуэтку, выполнявшую роль микрофона.

— Громче аплодисменты! Встречаем ватагу самого яркого и веселого хребта!!!

Тут уже раздался звук, похожий на тот, когда со всей дури наступают на ногу, а затем по стадиону разнесся стон боли.

— Богдан, ваш покорнейший слуга, похоже, перегрелся в своей фуфайке и бредит, — смеялась Снегирева, но быстро взяла себя в руки. — Их аспида зовут Есаул, ух, как воинственно, правда?

— Начнем с опричников, — ворвался в эфир Добрыйвечер. — Ловкие и быстрые Вениамин Орлов и Мария Казак под номерами один и два!

Ребята, сев на ковры, первыми взмыли в воздух под бушующие аплодисменты.

— Дружинники Ксения Вуколова и Данила Емельяненко, номера три и четыре! — более сдержанно представила ребят Алеся, наблюдая с высоты комментаторской трибуны, как еще двое игроков седлают свои ковры.

— Ребята, вы стремительные и меткие, помните это! Не дерись, Снегирева, я предупредил! Ай! Уважаемая судейская коллегия, назначьте второму комментатору штраф, ай…

— Весело у них там, — сказала дрожавшая от долгого стояния на снегу Мирослава, и Никита в ответ попытался улыбнуться замерзшими губами.

— Зато у нас вон, какая поддержка! Целый комментатор! — ответил он, стуча зубами.

— И наконец! — продолжил Богдан. — Варяги команды «Аркуда», просим любить и не жаловать, наш козырь в рукаве, неповторимая Мирослава Морозова, ее номер пять! Иии! — он повысил голос, чтобы его не перебили, — подающий большие надежды игрок, атаман молодой ватаги Никита Вершинин под номером шесть!

Ребята одновременно взмыли в воздух, чувствуя, как пронизывающий ветер забирается под меховые жилетки. Но адреналин, начав бурлить в крови, не дал на этом долго зациклиться.

Никита и Мирослава присоединились к строю своих сокомандников, медленно летящих вдоль трибун. Вершинин, облетев всех и возглавив строй, быстро набрал скорость, это же сделали и все остальные. Резко поднимаясь в воздух, они слушали, как взрываются криками и аплодисментами трибуны.

— Летите ко мне, наши медвежата, — кричал Богдан из комментаторской кабинки.