Чтение онлайн

на мои чувства, растекаясь снова и снова блаженным теплом, все это время Джекс

разговаривает, не переставая по телефону. И вот, тогда я решаю, что должна анонимно

предупредить его, что в его рядах есть стукач. Когда машина полностью останавливается,

я с нетерпением жду его следующего шага. Дверь с моей стороны открывается и вечерний

воздух, мягкий после поездки в прохладе автомобиля, обдувает мое лицо и приподнимает

края плаща, лаская мою кожу.

– Сегодня вечером, я не буду раздевать тебя. Поэтому, пожалуйста, расслабься, – говорит

Джекс, когда берет мою руку.

– Я стараюсь. – Он больше не мой Смотритель и я не знаю, как к нему обращаться. – Как

мне вас называть?

– Кэш, – отвечает он, а потом смеется. – Но это просто прозвище.

Слегка держа мою руку, он ведет меня в Дом.

– Подождите. Нужно поправить маску.

Он проводит пальцами вдоль скулы, а затем двигается вверх, потянув за атласную ленту,

прилегающую к глазам. Он убирает ее и я моргаю, пока мои глаза не привыкли к тусклому

золотистому освещению роскошной прихожей. Он проводит меня мимо большой комнаты,

в которой находится длинный бар и где собрались члены клуба.

– Это основной зал, – объясняет он. – Здесь не допускаются никакие интимные

отношения, исключение составляет аукцион рабов или саб.

Несколько голов поворачиваются в нашу сторону. Мы продолжаем идти вдоль

внутреннего коридора, где расположены четыре различные двери, окрашенные в разные

цвета. Все блестящие тона. Красный. Белый. Синий. И черный.

Я предполагаю, что мы направляемся к двери черного цвета, но он проходит и я следую за

ним, изучая замысловатые приспособления и мигающую панель с ключом безопасности.

Мы проходим мимо рубиново–красного номера. Мимо комнаты цвета синего сапфира. И

остается только одна. Джекс останавливается и кивает в сторону белой двери.

– Ваша комната.

– Спасибо. Еще раз за то, что сопровождаете меня. – Я стою перед перламутровой дверью.

Из–за слабого освещения мое платье становится кроваво–красного цвета и создает яркий

контраст по отношению к двери, у которой я останавливаюсь. Я поворачиваю стеклянную

ручку, она ощущается прохладной из–за того, что мои ладони вспотели. Плавно ручка

поворачивается в моих руках и я вхожу. За счет белой мебели, кремовых ковров, стен и

потолка комната навевает мысль о чем–то легком и прозрачном. Где же деревянные

колоды, которые я ожидала? Здесь нет современной черной кожаной мебели или холодного

цемента.

– Прошу. – Джекс слегка кланяется, прежде чем выйти за дверь и я закрываю дверь.

Привыкнув к тому, что я одна, я останавливаюсь, мое сердце стучит... грохочет внутри

грудной клетки. Мне требуется секунда, чтобы привыкнуть к необычной комнате и,

увидев роскошное белое бархатное кресло, я вспоминаю свои обязанности сабы. Как я

должна раздеться и аккуратно повесить свою одежду. Беннетт дал мне четкие указания,

чтобы я приняла ванну. Довольно интимные указания того, как я должна подготовиться к

сегодняшней ночи. Во мне находится анальная пробка и я полностью проэпиллирована.

Я медленно раздеваюсь, следуя его указаниям. Вешаю свое платье. Снимаю украшения.

Оставляя черные кружевные стринги и туфли. По моей коже бегут мурашки, в то время

как соски превращаются в твердые бусинки, возбужденно торчащие и до боли желающие

ощутить его рот.

Следуя его инструкциям, я должна сидеть на кушетке на краю. И ждать. Часы на камине

тикают. Каждый щелчок громко раздается в тишине, отдаваясь у меня в голове. Несколько

минут я остаюсь в одном и том же положении, сидя на краю. Большое зеркало в

позолоченной раме, возможно, это окно для подглядывания, направлено прямо в комнату.

Смотрит ли Беннетт на меня из соседней комнаты?

Какое–то время я сижу, выпрямив спину, так как он мне сказал, не сутулясь. Колени и

лодыжки вместе, руки на коленях, пальцы сложены. Так я жду и жду его, мышцы на моих

плечах начинает тянуть. Тяжело оставаться на одном месте и не двигаться. Переводя

взгляд по комнате, я наблюдаю за происходящим вокруг из–под ресниц.

Роскошная кровать покрыта белым пушистым покрывалом и несколькими подушками и

подушечками. Кованые стойки, окрашенные в глянцевый белый, составляют основу

кровати. Балдахин свободно спадает тонкой просвечивающей тканью. Это не тот тип

комнаты, которую можно сделать себе в подземелье и где проводятся игры под названием

«жесткое господство». Эта комната больше подходит для сцены соблазнения с зажженным

свечами в витиеватых канделябрах, стоящих на нескольких столах вокруг. Помимо свечей,

здесь есть вазы со свежими цветами, а лепестки роз разбросаны везде по полу. Я

продолжаю блуждать взглядом. Эта необычная комната выглядит очень нежно. Чем

больше я смотрю, тем больше вижу.

На этой же стороне комнаты расположена ванна на медных ножках, напоминающих

когтистые лапы, спрятанная за полупрозрачным стеклом. Мягкие банные полотенца

развешены на, как я понимаю, подобии батарей, а полочки забиты всевозможными

принадлежностями для принятия ванны. Бутылка шампанского «Кристалл» охлаждается в

ведерке со льдом с рядом стоящими бокалами. Недалеко стоит чаша с клубникой. Ничего

не было упущено из виду в дизайне и оформлении мельчайших деталей во всей этой

комнате.

Пока я восхищаюсь предметами интерьера на другой стороне спальни, дверь напротив

меня открывается. В коридоре темно и я задерживаю дыхание в тот момент, когда Беннетт

входит через дверной проем. Его кожа блестит в мерцающем свете, скульптурные мышцы

его торса играют, когда он движется. Когда он подходит ко мне, напряженные мышцы его

плеч начинают играть и сокращаться.