Проводник
Шрифт:
— Рэ-эй, — произнесла она нарочито медленно. — Что ты тут делаешь сегодня? Кажется только вчера я имела удовольствие тебя здесь видеть.
Женщина оттолкнулась от стены и медленно прошлась мимо проводника, окутывая его своим полудиким запахом. А затем обернулась и кокетливо улыбнувшись ему сказала:
— Неужели это из-за меня?!
— У меня подарок для его высочества. Так как сегодня в полночь намечается торжество для нашего властелина, я подумал, что это будет уместным сделать пораньше.
— Подарок?! Вот как! И какой же? — женщина прищурила свои зелёные как изумруд глаза. А затем вдруг втянув расширившимися ноздрями поглубже воздуха она заулыбалась.
— Ах, какой вкусный подарок Рэйй! — она медленно провела языком по своим губам, глядя мужчине прямо в глаза. — Где она? Ее надо подготовить так, как любит это мой хозяин!
— Скоро будет здесь, я сам об этом позабочусь Цильда, — произнес Рэй сложив руки и глядя насмешливо на женщину. Ему хотелось как-то задеть ее, так как обычно это делал называя ее «Цыпой» и получая заряд удовольствия ее вспышками гнева от этого. Но сейчас ему не хотелось ее дразнить, в гневе она была непредсказуема. И он поймал себя на мысли, что он не хотел бы доверить девчонку гарпии. И это ему очень не понравилось.
Нахмурившись и сжав скулы, мужчина отвернулся.
— Пфф, ну как знаешь, не больно то и нужно было! — фыркнула женщина развернувшись и грациозно поднимаясь по винтовой, каменной лестнице. — В конце концов я и не обязана этого делать! Ты прав!
Рэй посмотрел вслед скрывшейся из виду гарпии, а затем решительно направился к выходу.
До его слуха стали доносится пробуждающиеся звуки темного замка. Кишащий ползучими и летающими тварями, он уже начинал свою ночную жизнь. Но его это нисколько не пугало. Даже наоборот, решительно сжав губы и вдыхая расширившимися ноздрями воздух он вышел в ночь. Никогда и ничего он не боялся в своей жизни. Никогда! Опять вспоминая зловещие слова Веды.
Дарьяна очнулась, почувствовав как ушат холодной воды вылили на ее гудящую голову.
Кашляя и переворачиваясь на четвереньки она попыталась встать на ноги. Почувствовала как ее подхватили за локоть, помогая подняться.
Обернувшись, она упёрлась взглядом в проводника. Глаза в маске смотрели безэмоционально, как два холодных айсберга в океане. Девушка сглотнув отвернулась, оглядывая помещение в котором находилась.
Комната освещалась лишь коптящимися факелами по двум ее сторонам стены. Это была пустая без малейшего намека на мебель — комната. Даже окон не было. Каменная могила! Пришло вдруг ей на ум, которое тут же принесло с собой ужас от осознания того, что это ее могила!
Дышать стало трудно и она тщетно пыталась поглубже втянуть воздух. В панике обернулась на Рэя. Проводник стоял там же и с тем же невозмутимым видом, смотрел на нее.
— Мы здесь не задержимся, — будто прочитав ее мысли произнес он. И девушка почувствовала облегчение. А затем они оба обернулись на шум открывающейся дубовой двери позади них.
Двое сильно худых и полуголых по пояс мужчин внесли на балках огромный чан с водой, от которой исходил едва заметный пар.
Дарьяна оторопело смотрела на склоненных от тяжести и покорности людей. Рабы — догадалась она, чувствуя как от жалости сжалось в сердце.
Они не смотрели на них, молча как заведённые выполняли свою, казалось давно выученную работу.
Поставив чан на середину комнаты они встали по двум его сторонам и повернулись в сторону Дарьяны и Рэя, не забыв при этом опустить взгляд в пол.
— Дальше я оставлю вас, — неожиданно прозвучал холодный голос проводника позади девушки, отчего та вздрогнула. — И чтобы все было выполнено без ошибок!
Дарьяна ещё соображала чтобы означали эти его слова, чувствуя как знакомый липкий страх, предчувствие чего- то неминуемого снова пробирает всё внутри.
Двое как по команде двинулись в ее сторону и тут она словно бы очнулась и метнулась к двери, замечая что Рэя позади уже нет.
Как он мог так бесшумно выйти? Дарьяна взялась за ржавую ручку и потянула ее на себя. Дверь не поддавалась. Девушку пробил ледяной пот. Упираясь ногой о косяк она снова потянула ее из-за всех сил. Ее заперли с той стороны.
Неожиданно почувствовав на своих предплечьях чужие руки— Дарьяна завизжала. Она извивалась, брыкалась и пыталась пнуть или оцарапать тащивших ее к чану рабов. Но те, несмотря на свое хилое телосложение, оказались очень сильны. Они с поразительным проворством принялись срывать с нее одежду, а вернее то что осталось у нее от нее.
— Будь ты проклят сволочь! Будь ты проклят! — хрипло выкрикивала она ругательства, оборачиваясь на дверь; надеясь что он услышит ее, что он там.
Внезапно однако девушка почувствовала что силы вдруг иссякли. Она обмякла в руках подхвативших ее нагое тело рабов, которые тем временем, медленно опускали свою жертву в чан…
Глава 8
Как в бреду, Дарьяна плелась по длинному, кажущимся бесконечным коридору. По обеим сторонам девушку под руки ее придерживали рабы.
Все вокруг казалось мутным сном. Вот сейчас она больно ущипнет себя и непременно проснется. Очутится в своей крохотной, но такой уютной квартирке под Москвой, которую ей помогла найти Лерка. Быстро начнет собираться на учебу по ходу дела печалясь о том, что ночь так скоротечна. А вечером, после скорого перекуса галопом на подработку в ресторан, который находился в двух шагах от ее дома.
Из воспоминаний девушку вывели скользкие и холодные ступени. Оступившись на них, она часто заморгала, пытаясь прийти в себя. Сознание снова уплывало и девушка отчаянно пыталась уцепиться за него, концентрируясь на происходящем.
Без сомнения думала она— вода в чане была смешана с какими-то дурманящими голову веществами. А может ей что-то подмешали в предложенный кувшин с водой. В любом случае это значило лишь одно: мыли ее отнюдь не по доброте душевной и что "опосля" — ей не предоставят теплых апартаментов, с мягкими перинами. И теперь, не смотря на то, что вода всегда действовала на нее расслабляюще, она однако не могла избавиться от уже ставшим "родным" чувством страха и оцепенения.
Ей даже было все равно, что моют ее мужчины. Теперь то она знала, что в этом мире есть вещи куда пострашнее взглядов рабов на нагое тело.
После купания почувствовала сильный голод, припоминая что ела только утром. А скоро поидее уже наступит следующее. И чтоб хоть как-то унять пробудившийся аппетит, девушка тогда спросила воды. И странно, она не заподозрила, что обычно бесцеремонные с ней все это время рабы, с лёгкостью протянули ей старый, глиняной кувшин с водой и пусть небольшой слегка уже зачерствевший кусок хлеба.
Вкус ничем не выдавал себя и Дарьяна с жадностью набросилась на жидкость, с трудом огрызая хлеб, снова запивала. А она уже было начала плохо думать о них. «В общем-то неплохие они ребята!» — думала девушка, жуя дарованный ей кусочек.