Чтение онлайн

На первый взгляд — это живая Снежная королева из сказки Андерсена. Но если узнать ее поближе, поближе подойти к ней…

Горячая волна окатила его с ног до головы. Марк задрожал от возбуждения, вспомнив, как она целовала его. Чувственно и страстно.

Лина.

Это не женщина — это жуткий, кошмарный сон!

Она использовала его в собственных корыстных целях. Другие женщины, скажем, брюнетка из бара, с радостью разделили бы с ним постель. А эта — оттолкнула его после первого же поцелуя.

И как он только поддался? Телезрители ведь видели, что он мог не целоваться. Но в какой-то момент он принял ее поцелуй за чистую монету.

Марк действительно что-то почувствовал. Это открытие беспокоило его. Почему он так волновался, когда его поцеловала абсолютно чужая женщина? Обычно он относился к женским ласкам достаточно равнодушно. Тот, кто ни во что не ставит отношения, не имеет права давать чувствам волю.

Марк открыл мини-бар, достал бутылочку и залпом опустошил ее. Обычно от бренди его клонило в сон. Сегодня же — никакого результата.

Имя «Лина» донимало его по-прежнему. И чем больше Марк думал о ней, тем больше его злило, как хладнокровно она отшила его.

Марк схватил трубку и набрал номер ресепшн.

— Лина Рудольфс живет в этом отеле?

— Минуточку, пожалуйста. Я проверю. — Пауза на том конце провода. — Все верно. Соединить вас с госпожой Рудольфс?

— Да, будьте любезны.

Снова пауза.

— Госпожа Рудольфс не отвечает.

— Не могли бы вы мне сказать ее телефон?

— 3-2-5.

— Большое спасибо.

Марк сравнил цифры с номером своего телефона. У него 4-5-7. Четвертый этаж, комната 57. То есть Лина Рудольфс, его кошмарный сон, остановилась на третьем этаже в двадцать пятом номере.

После ванны стало легче. Исчезла боль в затылке и в спине, но молоточки в висках стучали по-прежнему. Лина закрутила влажные волосы узлом и влезла в пижаму из тяжелого китайского шелка. Шикарное белье всегда было ее слабостью.

Этот бесстыжий лондонский повар совершенно верно все понял. Целесообразность — девиз Лины не только в бизнесе. Ее личная жизнь тоже подчинена этой норме. Если дело касается ее самочувствия, то для кожи — только лучшее. Шелк и кружево.

Жаль, конечно, что она уже давно не может разделить это удовольствие с мужчиной. Правда, Дирк годами добивается ее любви. Но он не тот, кто ей нужен. Воспоминания о единственной ночи с ним вызывали в Лине только отвращение. И так было каждый раз, когда он осмеливался подойти к ней близко или коснуться ее.

Дирк не скрывал своих чувств, проявлял настоящую мужскую настойчивость. Поэтому Лина с не меньшим упорством старалась не встречаться с ним по вечерам. Дирк был не в состоянии понять разницу между просто ужином в ресторане и поводом для предложения руки и сердца. Эх, если бы она могла поскорее вернуть ему долг и тем самым подвести жирную черту под их отношениями…

Но пока средств не хватало, и Лина вынуждена была терпеть присутствие навязчивого ухажера. С одной стороны, она не могла давать Дирку повод надеяться, с другой — не могла откровенно отшить его, потому что тогда он забрал бы из фирмы свои деньги. И Лина выбрала третий вариант. Одиночество. Она не встречалась и даже не флиртовала с другими мужчинами. И Дирку это было хорошо известно.

Сколько раз за последнее время ее расспрашивали о личной жизни? Лина отмалчивалась. Честный ответ звучал бы так: пока она не выплатит Дирку кредит, она не имеет права влюбиться.

Интересно, смотрел ли Дирк шоу сегодня вечером? От этой мысли голова заболела сильнее.

Лина подошла к телефону и сняла трубку, чтобы заказать пару таблеток от головной боли. И тут в дверь постучали.

Лина изумленно взглянула на часы. Стрелки двигались к полуночи.

— Кто там?

— Обслуживание. Средство от мигрени.

Лина остолбенела. Разве такое возможно? Она же еще не звонила по поводу таблеток! И тут же вздохнула с облегчением. Дженни! Вот кто позаботился о ней! Лина ведь жаловалась подруге на головную боль.

Она решила, что утром первым делом поблагодарит ее. Дженни идеальна во всем.

— Какое счастье, что вы пришли! — Лина торопливо открыла дверь и застыла от изумления.

— Надеюсь.

— Вы?!

Марк криво усмехнулся. На секунду в его глазах мелькнула неуверенность, которая удивила Лину еще больше. Но он мгновенно собрался и произнес нарочито небрежно:

— Я думал, вам это пригодится.

Он кивнул на поднос, который держал в руках. Упаковка с обезболивающим средством. Вазочка с мороженым и чашечка с чем-то густым и горячим, из которой шел пар.

— Либо у вас шестое чувство, либо у всех женщин после ваших поцелуев раскалывается голова!

Марк на мгновение потупился, но затем решительно вскинул подбородок.

— Ни то, ни другое. Но у меня есть такая особенность организма: спина болит, если я не довел до конца хорошее дело.

— Хорошее дело?

— Нас ведь, к сожалению, прервали.

— Это я сделала.

— Вы бы так никогда не поступили, если бы мы не были в телестудии. Спорим?

Он подмигнул ей. И Лина поняла, что ее бастионы тают, как мороженое в вазочке, что стоит на подносе…

— Ванильное?

— Нет, фисташковое. С горячим айвовым соусом. Лед и пламень — как вы.

Его глаза интригующе блестели. В них светилось нескрываемое восхищение. Лина почувствовала, что ее сердце застучало быстрее. Слова Марка были так приятны. А его забота — так трогательна…

Она отступила назад.

— Заходите. У меня дико болит голова, но я очень люблю фисташковое мороженое. Вы не смогли подыскать более подходящего момента для визита ко мне?

Она улыбнулась, забирая вазочку с подноса. И немного смущаясь, зачерпнула ложкой восхитительное лакомство.

— М-м-м, вкусно…

— Так же вкусно, как мой черничный тортик?

Вполне невинный вопрос, если бы не тон его голоса.

— Почему вы здесь? Любой более или менее нормальный человек в это время спит.

— А вы? — ухмыльнулся Марк.

— Может, я не настолько нормальная, как кажется.

— Я бы с удовольствием продолжил с того места, где мы прервались в студии. — Его голос звучал как музыка.