Чтение онлайн

— Я... мы с Наташей... просто отдыхали, — выдавила я, чувствуя себя глупо.

— Отдыхали, — повторил он, делая маленький глоток из своего бокала, не сводя с меня глаз. — В «СверхНовой». Интересный выбор для... отдыха.

Он сделал шаг вперёд, сокращая и без того маленькую дистанцию между нами. Его магия, обычно такая сдержанная в стенах Академии, здесь, казалось, витала вокруг него более вольготно. Она обволакивала меня, горячая и тяжёлая.

— И как вам... отдых? — спросил он, и в его голосе снова появились те самые, опасные нотки, что были в баре в день нашего первого знакомства.

— И, да прошу... — он слегка наклонил голову, и его губы тронула хищная ухмылка, что я видела в «Перекрёстке». — Вне стен Академии я — Андор.

Это было не просто предложение перейти на «ты». Это было напоминание. Сбивающее с толку и опасное. Он стирал дистанцию, которую сам же и устанавливал все эти недели. Здесь, в полумраке бара, под звуки музыки, он больше не был моим ректором. Он был Андором. Драконом. Мужчиной, чей взгляд прожигал меня насквозь. Я почувствовала, как по спине пробежал разряд. Талисман под платьем, до этого лишь тёплый, снова вспыхнул тревожным жаром, но на этот раз боль была приглушённой, знакомой. Как будто и он понимал, что правила игры изменились.

— Я... — мой голос снова подвёл меня. — Хорошо... Андор.

Моё собственное имя на его языке прозвучало странно интимно в этой обстановке.

Его улыбка стала чуть шире, но глаза не утратили своей пронзительности.

— Так вот, Диана... — он снова сделал небольшой глоток, и его взгляд скользнул по танцполу, где кружились пары, а затем вернулся ко мне. — Не желаете продолжить... отдых? Может, танец? Или вы предпочитаете наблюдать?

Он предлагал танец. В самом центре всего этого. Под взглядами десятков глаз. Это было бы публичным заявлением, разрывом всех тех условностей, что он сам же только что отменил.

Сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. Страх и какое-то запретное, пьянящее возбуждение боролись во мне. Музыка действительно резко сменилась. Напряжённые ритмы уступили место томным, плавным нотам саксофона. Свет в зале приглушили ещё сильнее, оставив лишь отсветы неона на танцующих парах, которые тут же притянулись друг к другу ближе.

И все эти пары, как и оставшиеся за столиками, смотрели на нас. Нас — ректора Академии «Предел» и студентку в вызывающе-ярком платье, застывших в центре зала под испепеляющим взглядом друг друга.

Согласиться? Отказаться? Оба варианта казались катастрофой. Но под прицелом этих сотен глаз отказ выглядел бы как трусость. Как признание, что его присутствие смущает меня куда сильнее, чем должно было бы.

Я сглотнула, чувствуя, как горит лицо, и кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Да... танец... — прошептала я, и голос мой прозвучал чуть слышно. — Хорошо.

Его улыбка не стала добрее, но в глазах вспыхнуло удовлетворение. Он отставил свой бокал на ближайший столик и протянул мне руку. Не повелительным жестом ректора, а изящным, приглашающим движением кавалера. Я медленно, будто сквозь густой сироп, положила свою ладонь на его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, твёрдые и тёплые. На мгновение талисман под платьем вспыхнул ярче, но тут же затих, словно смирившись с неизбежным.

Он повёл меня на танцпол, и его вторая рука легла мне на талию. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но я почувствовала его каждой клеточкой кожи через тонкую ткань платья. Воздух вокруг сгустился, наполнившись его магией, теперь уже не давящей, а... обволакивающей. Мы начали двигаться. Его шаги были уверенными, ведущими. Моё тело, скованное страхом и смущением, поначалу сопротивлялось, но он мягко, почти незаметно направлял меня, и вскоре я начала следовать за его ритмом.

Он не сводил с меня глаз. Его золотистый взгляд был тяжёлым, изучающим, но теперь в нём читалось не только любопытство, но и... одобрение.

— Вижу, контроль над телом у вас неплохой, — тихо произнёс он, и его дыхание коснулось моего уха. — Жаль, с магией всё ещё есть проблемы.

От его слов и близости у меня перехватило дыхание. Это была пытка. Самая изощрённая и самая опасная пытка из всех, что он для меня придумал. И самая... волнующая.

Он внезапно притянул меня ближе, сократив и без того минимальную дистанцию между нашими телами до нуля. Я почувствовала твёрдые мышцы его груди через тонкую ткань рубашки, тепло, исходящее от него, и головокружительный аромат — дым, виски и что-то неуловимо дикое.

Я инстинктивно напряглась, и он, должно быть, почувствовал это.

— Диана, не пугайся, — его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий и с лёгкой, успокаивающей усмешкой. — Я тебя не съем. Хоть и признаюсь... очень хочется попробовать.

От этих слов по моей спине пробежал разряд, смесь шока и возбуждения. Но прежде чем я успела что-то сказать или вырваться, он продолжил, и его тон снова стал серьёзным, почти извиняющимся:

— Ну что поделать... я всё-таки мужчина.

Он снова повёл меня в танце, его рука на моей талии по-прежнему была твёрдой, но теперь в его прикосновении читалась не только сила, но и сдержанность. Ошеломляющее, сбивающее с толку сочетание.

Я молчала, пытаясь перевести дух и осмыслить его слова. Он «хотел попробовать». Это было откровенно, опасно и... честно. Но он также говорил о самоограничении. О контроле. В этом была странная, извращённая порядочность.

— Вы... вы всегда так разговариваете со своими студентками? — наконец выдохнула я, глядя куда-то в район его ворота рубашки.

Он тихо рассмеялся, и звук его смеха заставил моё сердце ёкнуть.

— Только с теми, кто сбегает от меня в барах и заставляет тратить на себя всё своё свободное время, — парировал он. — Ты — особый случай, Диана. Очень особый.

Он снова заставил меня покружиться, и на мгновение мир расплылся в калейдоскопе огней и лиц. А когда я снова оказалась в его объятиях, его взгляд был полон такого интенсивного, неразгаданного интереса, что у меня перехватило дыхание. Этот танец был не просто танцем. Это была битва. И я понятия не имела, кто в ней побеждает.

— Ваш амулет ослаб, Диана.

Его слова заставили меня застыть. Я сама почувствовала это — едва уловимый, сладковатый аромат, исходящий от моей кожи, стал гуще, насыщеннее. Это был запах распускающихся ночных цветов, мёда и чего-то острого, пряного. Аромат кицуне, который обычно был приглушён и контролируем. Сейчас же, от шампанского, от его близости, от этого головокружительного танца, контроль ослаб.

А амулет... он и правда был лишь тёплым, почти невесомым грузом на груди.

В его глазах блеснула опасная искорка — не преподавательского интереса, а чисто мужского, животного любопытства. Он наклонился чуть ближе, вдыхая этот аромат.

— Очень странный аромат, признаюсь... — прошептал он, и его губы почти коснулись моей кожи. — Хотя, возможно, во мне говорит пара стаканов виски.

Но мы оба знали, что это не так. Это не был голос алкоголя. Это был голос его природы, откликающийся на мою. Дракон, учуявший диковинный, манящий запах.