Чтение онлайн

От мысли, провести годик, потерявшись в Ионическом море — на душе стало так приятно и тепло. Но вот сальные взгляды Левы немного портили картинку.

Лот номер два. Газовый магнат. Грузин по национальности, трижды был женат, очень щедр со своими женщинами. Но невероятно ветреный. Даже сейчас, ужиная с одной девушкой, глазел беззастенчиво на других. Если грек казался достаточно богатым, то грузин всячески подчёркивал свое богатство. У него был настоящий замок в Грузии, сеть конюшен, отель в Сочи и бог знает, что еще. Разумеется, налоги за все это он не платит.

Ну, и лот номер три. Скромный и лысеющий Министр эконом развития и торговли. Должность громкая, но тут будет сложно. Он очень богат, но не в России. И все его денежки надежно спрятаны заграницей. Плюс у него очень строгая мама, лишний вес и лысина.

— Привет, милая.

Анжелика подходит ко мне, и усаживается рядом на барный стул, вешая сумочку на спинку. Летний бриз раздувает золотистые локоны девушки. На ней брючный костюм мятного цвета, который невероятно ей идет.

Лучи закатного солнца играют в легких светлых шторах, которые украшают заведение, создавая иллюзию окон на открытой террасе. Их раздувает ветерок, и чем сильнее вечереет, тем приятнее находиться в ресторане.

— Привет, Ли.

— Слушай, ну я в шоке с твоего Воронина, — сразу начинает диалог подруга, и заказывает себе бокал белого вина.

Я лишь разочарованно киваю.

Анжелика Милославская была моложе нас с Татьяной и только ступила на опасную тропу нашего бизнеса. Иногда она тоже выступала стервой разлучницей, делая это изящно и возвышенно. Невинное создание с ангельским лицом, впрочем, имела математический склад ума, и отлично играла в шахматы, показывая не дюжее логическое мышление.

— А мужик то, оказался с гнильцой, — комментирую, и вновь ловлю на себе взгляд грека Левы.

Нет, не нравится он мне. Этот как в койку утащит, так и год будет елозиться, пока не отобьет все желание вообще иметь дело с мужиками.

Не мой вариант. Нужен несколько иной типаж. Эдакий уставший от жизни, пресыщенный котяра, в чью жизнь я бы добавила перца.

Анжелика медленно кивает и, принимая бокал от бармена, делает крошечный глоток.

— У меня есть тут кое-кто на примете, — говорит она, — Если ты пока свободна, поможешь?

Мы с девчонками часто меняемся ролями. Но до постели дело доходит редко. Обычно хватает обжиманий, и поцелуев. Танька же любит трахаться с нашими мужьями. Но для меня так, конечно, даже лучше. От подобной измены уж точно не отвертеться.

— Того парня из клуба?

При упоминании о вечере в ночном заведении, невольно улыбаюсь. Гигант, дважды отбивший меня от Воронина, который классно целовался, и оказался джентльменом, периодически навещал мои мысли. Но я не позволяла себе увлекаться. Хоть и нервничала, когда замечала черный ауди.

Лика отмахнулась изящно.

— Нет, что ты! Тот простой мент, и я сразу отшила его, когда он сообщил об этом.

А вот это новости не очень. Если сложить все то, что слышал Марк от Воронина, и приплюсовать сюда друга полицейского.

— Он кстати, звонил вчера. Просил твой номер для какого-то Марка.

Чувствую, как жар скользит по лицу, но заставляю себя остыть. Конечно, он просил номер. Я же не довела дело до конца. Он теперь жаждет сделать ход и выйти в партии победителем. Но не позволю.

— Я, конечно же, не дала, — продолжает Лика.

— Вот и умница, — ощущаю шквал облегчения, гораздо сильнее, чем хотелось бы и вдумываюсь в происходящее.

Отпиваю из своего бокала напиток.

Почему меня так волнует этот одноногий шофер? Господи, я же не на помойке себя нашла!

— Так ты поможешь? — Анжелика возвращает меня в реальность.

— Прости, но нет. Мне надо срочно искать нового мужа. Иначе Воронин не отстанет. Вчера опять звонил с угрозами. Хорошо, дом охраняется. Уже всерьез подумываю о телохранителе.

Блондинка хмурит свои ухоженные бровки и, оглянувшись, чуть склоняется ко мне. Шепчет.

— Есть один олигарх, но про него ходят странные слухи.

Качаю головой отрицательно. Сразу нет. Хватит с меня Воронина. Опасность не для меня.

— Спасибо, Ли. Но я сама.

— Лева что ли? — она брезгливо морщит носик и оглядывается на грека.

Я тяжело вздыхаю. Надо подумать.

Марк

Нагольский предпочел провести ночь в загородном доме, вместо своей городской квартиры. Я паркуюсь во внутреннем дворе.

Тяжело выхожу из салона машины, потягиваюсь, разминая косточки. Солнце ласково припекает мое тело, и я, словно котяра, потираю живот, задумчиво блаженствуя.

Охранник знаком показывает, что позвонил шефу. Я киваю, принимая сообщение, и достаю сигареты. Прикуриваю.

Вкус табака, привычно оседает на языке. Приятно нарушать правила, разрушая немного свою жизнь и здоровье. И не задумываться об этом. Уж то, что мне отведено — проживу.

На третьем этаже дома Дмитрия Васильевича, распахивается балконная дверь. Я, не шибко то интересуюсь, что там происходит.

Щурясь на солнце, вскидываю глаза на мгновение. Но ничего не вижу, солнечный свет слепит. Слезы тут же затуманивают взгляд, отворачиваюсь спешно, и в тот миг, когда опускаю веки, слышу сдавленный вскрик и жуткий хруст, буквально возле меня.

Отшатываюсь недоуменно, пытаясь проморгаться, но понимаю, что произошло. У моих ног, головой на ступенях, лежит Анжела Стругацкая, гражданская жена Нагольского. Я в первый миг, шагнул было к ней, желая помочь.

Ходили слухи, что она капитально съехала с катушек, после того как ее любовника посадили. Дмитрий Васильевич, мой шеф, пролечил ее в какой-то лечебнице пару месяцев. Но я не знал, что она вернулась.

Склоняюсь, пытаюсь понять, что делать. Из оцепенения меня выводит чудовищный хрип, что издает женщина, распластанная на мраморной плитке двора.

Я понимаю — она не жилец. Упала неудачно. Череп пробит ребром ступени, руки и ноги вывернуты под неестественным углом… где ее рука? Там, где еще месяц назад было тонкое запястье, теперь красовалась лишь пустота.

Анжеле отняли руку примерно по локоть. Но кто? И зачем?

Я взволнованно оглядываюсь и тянусь, было к телефону, вызвать врача. Но тут на ступенях показывается шеф.