Чтение онлайн

И мы этим новым элементом мир перевернем, как рычагом. Да, а что? Главное, ребята, сердцем не стареть! Вернулась утренняя эрекция, и только за этот уверенный взгляд вверх, безо всяких раздумий, стоит перебираться сюда на постоянное место жительства.

Раскрыв двери шкафа, я нашел повседневную одежду, подобрал пару носков в куче стираных. Надевать не стал, кинул на тахту. Взгляд зацепился за галстук - единственный, он же парадный. Я хмыкнул, плотно затягивая его на голой шее. Нацепил на запястье часы "Командирские", подарок отца. Выудил из ящика стола самодельное стальное колечко и "гайку", босяцкий перстень, выточенный из настоящей бронзовой гайки.

– Так-так, - заинтересованно крякнул Антон.
– А ты знаешь, у мамы еще бусы есть.

– Хорошая мысль, - согласился я, и пошлепал по комнатам в одних трусах, чтобы хорошенько пограбить мамины богатства.

Оторвался по полной программе: надел кружевной пояс для чулок с подвязками и красный гипюровый бюстгальтер из этого комплекта. Поверх галстука накинул золотую цепочку с крупной брошью в разноцветных стекляшках. Накрутил на шею связку бус, а кисти и бицепсы облепил браслетами, которых оказалось десятка два. Потом, махнув рукой, накрасил губы, брови и ресницы. Густо так намазал, не жалея маминой косметики.

– Зачем тебе румяна?!
– спохватился Антон.
– Не надо!

– Надо, Федя, - ответил я, цепляя на уши клипсы.
– Следственный эксперимент проводится в полном объеме.

И добавил по паре клипс на верхушки каждого уха - место было, ушами бог не обидел.

– Ты еще кольца женские надень!
– простонал Антон в надежде, что ирония меня остановит.

– А почему нет?
– обрезал я его, украшая пальцы ювелирными изделиями плотно, сколько влезет.

Потом я провел ревизию в тайном схроне отца. Он, наивный, думал, что надежно спрятал тощую пачку денег с парой бутылок коньяка. Ага!

Коньяк нам с мамой без надобности, а вот деньги мы перехватывали до получки регулярно, втихаря и втайне друг от друга. Сейчас я забрал одну бутылку и две купюры.

– Надо проверить, как переносятся вещи в желудке, - я оглянулся в поисках предмета, подходящего для проглатывания.

– Шпаги здесь нет!
– закричал Антон плачущим шепотом.
– И вообще, я возражаю!

– Ладно, тогда попугая возьму, - я полез в клетку.
– Интересно, проходят ли ко мне в квартиру живые существа?

– Это же Кеша!
– вскричал Антон.
– Ты что, фашист? Он мне как член семьи!

– Мне тоже, - кивнул я. А волнистый попугай Кеша спокойно вертел головой, торчащей из кулака, такие фокусы ему были привычны.
– Не пройдет со мной, на веранде полетает, главное дверь не забыть закрыть. А пройдет - обратно принесу, и девочку для пары ему еще придумаю. Там с этим просто.

– Честно?!
– сопротивление Антона заколебалось.

Маме было жалко денег на попугаиху для Кеши, а когда она чего-то не хотела, добиться было невозможно.

– Светленькую. Или темненькую?

– Бери обеих, потом сам выберет!

– Согласен, пусть найдет себе лучшую. И мы так будем поступать. Эй, парень, жизнь только начинается, - вертясь перед зеркалом, подбодрил я Антона.
– Какие планы?

– Калитку поправить и дров нарубить, - отчитался он.

– А что, и нарубим, - согласился я.
– Держись, нас ждут великие дела!

Утро продолжалось. Хорошее и без этого настроение стремительно улучшалось.

Говорят, прежде чем начинать великие дела, следует неплохо передохнуть.

Я улегся на тахту, зажал в кулаке пузырек валокордина, под ним горлышко коньячной бутылки, обернутое парой купюр достоинством три рубля. В другом кулаке у меня вертелся попугай.

Но перед этим надел очки и прицепил на нос бельевую прищепку.

– Мамочки мои, не дай бог, кто увидит...- простонал Антон.

– Штирлиц знал, что проснется через десять минут, - сообщил я Антону.
– Заводить будильник его научили еще в разведшколе.

Антон заржал, а я улыбнулся, засыпая.

Черный занавес стремительно мелькнул перед глазами.