Чтение онлайн

Электра в древнегреческой мифологии – дочь царя Агамемнона и царицы Клитемнестры, убедившая своего брата Ореста отомстить их матери за убийство отца. Комплекс Электры – женский аналог эдипова комплекса, неосознанное половое влечение дочери к отцу, сопровождающееся ревностью к матери и соперничеством с нею. Девочка, сравнив себя с мальчиками, испытывает пенисную зависть. Она хочет получить пенис в символической форме – родить ребенка от отца, но для этого надо оттеснить от него мать. Страх кастрации не защищает – ведь кастрировать нечего. Тормозит инцестуозное влечение угроза утраты материнской любви, но если отец доминирует в семье или предпочитает дочь матери, дочь может надолго застрять в эдиповой фазе и потом перебирать папиков. А если доминировала мать или бабка, клиентка обычно находит маминых сынков.

Отец, как всегда, встретил клиентку поцелуем и хватанием за грудь. Она пытается показать на мне это хватание. Он сказал, что давно уже ей не отец – когда-то курица снесла яйцо, а теперь этой яйцо само стало курочкой. Клиентка кокетливо заявляет, что не верит в свою женскую привлекательность. Ее отец соблазнял ее скромно, до сих пор он не верит в искренность ее чувств – «маловато будет». Мать клиентки спилась. Клиентка демонстративна и экзальтированна.

Путин в доме отдыха скромно ухаживает за мной, я завожусь за обоих. Где-то рядом его жена Людмила (первая леди, мать). Надо бы с ней подружиться, чтобы не дать Путину (симбиоз с матерью как спасение от инцеста с отцом и одновременно идентификация с ней как любимой отца и зрелой женщиной). Путин в окружении свиты (материнский символ), разомлевший, вальяжно сидит в кресле, расслабляется. Ему приносят маленькую белую фарфоровую чашечку с молоком, в которое добавлен алкоголь. Когда-то в Испании меня впечатлила такая чашечка.

Когда клиентка кормила сына, у нее была тугая грудь, хоть и большая. Не хватало молока, был нежный сосок. Сын срыгнул кровью, она испугалась (кровь с молоком, мать-отравительница, высасывание соков). Скромное ухаживание в ее вкусе, дружить с женой любовника тоже.

Клиентка провела детство в кабинете отца-опера. Ее окружали сослуживцы отца. Она всегда была впереди всех, ей нужна свобода. Отец всегда поддерживал ее и остался несравненным идеалом. Любимая сказка клиентки – про Аладдина. Ее мама властная, категоричная, с ней очень трудно договариваться. В 18 лет клиентка потеряла отца и два года общалась с его ярким образом в голове. Она стала следователем МВД. Ее начальником был друг отца, теперь пришел новый, с которым у нее возник конфликт.

Ее муж работает опером в одном здании с ней, но редко бывает там. Он два месяца ходил к однокурснице, клиентка выгнала его к его маме, но через четыре месяца приняла назад. К ним в отдел перевелся следователь, который ее выслушивает и понимает. Муж уехал в командировку. Клиентка три недели до утра была в скайпе с новым коллегой, затем не выдержала и приехала к нему, они проговорили всю ночь. Следующую ночь они провели в постели. Утром пришел муж и увел ее домой. Она не могла там вдохнуть воздух, болело сердце. Любовник стал ей сниться.

Мой любовник сидит у окна против света, я бегу к нему замедленно, он перевешивается через окно. Я хватаю его за штаны, но они остаются в моих руках, а он выскальзывает и солдатиком падает вниз. И вдруг оказывается за моей спиной, хлопает по плечу: всё в порядке. Мне не нужен от него секс, нужна отеческая поддержка. Я постоянно общаюсь с его образом, как раньше с отцом.

Напомню содержание сказки про Аладдина. Злой колдун хочет завладеть волшебной лампой, в которой живет всемогущий джинн, но та попадает в руки бедного бездельника и проказника Аладдина. Джинн исполняет желание Аладдина – жениться на прекрасной принцессе.

Злой колдун для клиентки – мать, новый начальник и муж, джинн – покойный отец и ее прежний начальник. Отец клиентки упал вниз солдатиком – он же носил форму. За ним последовал ее второй отец, и Принцесса стала Аладдином. Ей нужна, однако, не любовь, а джинн. Тот появлялся, когда Аладдин тер лампу, здесь это штаны коллеги. Он умирает и возрождается, в отличие от отца.

То, что ее ненаглядный сидит к ней спиной и появляется у нее за спиной, говорит о том, что она не то чтобы не успела его толком рассмотреть, а ей это и не надо. Она его держит за штаны, а он поддерживает ее за плечи. Детские контакты преимущественно тактильные. И муж увел ее, как маленькую. В сказке колдун обманывает принцессу и уносит к себе, но Аладдин ее спасает. Коллега клиентку от мужа не спас. Реагирует она на это психосоматически и идет к врачу. Пусть пошаманит, он теперь ее новый джинн.

Клиентка – папина дочь, такая же амбициозная. Таким был и ее муж, таков и ее бойфренд.

Мы с приятелем не спеша едем на лошадях в дальнюю поездку по замерзшей разбитой дороге. Он жалуется мне, что мы попали в группу, которая едет на лошадях, а другая часть едет с комфортом в карете. Он раздражает меня тем, что жалуется на несправедливость распределения, так как якобы имеет право на карету, а случайно попал к простым смертным. То, что он сам из простых, это выбор Бога, против его воли не попрешь. Чтобы не портить отношения, я подавляю свое раздражение – нам предстоит долгий путь.

Клиентка решила поговорить с бойфрендом о своей терапии, объяснила, зачем она ей нужна. Он в психотерапию не верит, это словоблудие. Их отношения не склеиваются.

Я заселяюсь в дешевую провинциальную гостиницу. Это пятиэтажка из белого силикатного кирпича. Проверяю санузел, там дешевая белая плитка. В номере стоят рядом две узкие кровати. На одной лежит девушка с красивым лицом, она в своих мыслях, мы даже не здороваемся. На тумбочке конь терракотового цвета. Это прибор для увлажнения воздуха. Я думаю, что конь керамический, старинный, иностранного производства. Вдруг из него слышится хлопок, из боков вырывается пар. Конь телепатически разговаривает со мной. Я слышу в голове голос друга, которого я искала всю жизнь. Он говорит что-то очень душевное, утешительное, мне становится очень хорошо. Раздается второй хлопок, у коня разрывается морда, из щек вырывается пар. Видны свернутые в трубочку предсказания. Я горько плачу: он сделан из дешевого пластика. Третий взрыв он не выдержит. Заклеить скотчем не поможет. Ищу замазку. Девушка села загорать на подоконник, свесила ноги наружу. Консьержка орет снизу, чтобы та слезла. Консьержка из моего дома, очень деловая и общительная. Я таких людей не очень воспринимаю. Я думаю, что она же не собирается падать. А консьержка боится, что ее будут ругать за несчастный случай в гостинице. Я иду открывать дверь, она изнутри закрывается на маленький хлипкий черный шпингалетик, а снаружи – на ключ. Я переживаю, что могу потерять эту лошадь, единственного друга.

У бойфренда постоянная «движуха» с другими людьми, он общается с ними в кабинете, ее туда – в общественное деятельное пространство – не приглашают, только в отдыхательное, бабы у него между делом. У него очень жестко разделено деловое и интимное пространство. Его душа закрыта на ключ, а ее – на хлипкий шпингалетик.

Я в многоэтажном жилом доме, пытаюсь попасть на лифте на свой этаж, езжу вверх-вниз наугад, так как не помню, где моя квартира. Понимаю, что на лифте я не попаду. Устав, выхожу на этаже, через который надеюсь попасть на свой. Ищу лестницу, чтобы спуститься вниз. Навстречу попадется человек в синей спецовке – сантехник или кто-то из обслуживающего персонала. Я спрашиваю, где лестница, он машет рукой вбок. Он куда-то торопился, а я к нему пристала, наверное, он почувствовал раздражение. Я испытываю облегчение оттого, что я теперь знаю, куда идти. Я иду туда, открываю дверь и вижу вертикальную лестницу с кривыми щербатыми бетонными ступенями. Она загрязнена землей и ошметками цемента, битым бутылочным стеклом. Других вариантов нет, надо спускаться ползком или кувырком, иначе я домой не попаду. Наконец я оказываюсь в своей темной прихожей, испытываю облегчение, чувство безопасности и комфорта. Это квартира, где я жила с родителями до 19 лет. Здесь даже в темноте я могу дойти туда, куда мне нужно.

Бывший муж постоянно жаловался, что ему достается меньше, чем его бестолковому двоюродному брату. Она считает бессмысленным кому-то завидовать, везение определяет Бог. В первом сне мужчина необоснованно считает себя выше ее, во втором мужчина – обслуживает, но у него есть знание, которого нет у нее, он (бойфренд? я?) наверху, а ее место внизу. В квартире отсутствуют родители, нет даже мысли о них, чувство комфорта и безопасности связано с одиночеством. Дороги к родителям нет, своя семья не получается. Ее мужчины похожи на ее отца тем, что теряют голову в своих раздутых желаниях. Таков ее вкус Золушки.

Дину ласкал и говорил, что любит, только дед. Но он делал это втайне от других. А остальные только хвалили ее, ставили в пример своим детям и спорили, чья заслуга больше в ее воспитании. Ее первый мужчина годился ей в отцы, его дочь на два-три года младше Дины. Это очень известный и богатый человек, он ни в чем ей не отказывал. Дина сказала, что хотела бы покататься на яхте, и он стал присматривать яхту, чтобы купить ей. Она не чувствовала влечения к нему, но переспала с ним, чтобы не остаться девственницей. После этого Дина увидела сон, в котором занималась сексом с отцом, и испугалась сойти с ума.