Чтение онлайн

В 1923 году Фрейд обобщил свои рекомендации по толкованию сновидений в «Замечаниях по теории и практике толкования сновидений»:

1. Двигаться хронологически и стимулировать сновидца приводить свои ассоциации к элементам сновидения в том порядке, в котором эти элементы встречаются в его сообщении о сновидении.

2. Начать работу по интерпретации с какого-либо одного отдельного элемента сновидения, который выбирается из его середины. Например, можно выбрать наиболее впечатляющий отрывок или фрагмент, отличающийся наибольшей ясностью или сенсорной интенсивностью; или опять же можно начать с некоторых произнесенных в сновидении слов, ожидая, что они приведут к воспоминанию каких-нибудь слов, произнесенных в состоянии бодрствования.

3. Сначала совершенно игнорировать явное содержание и вместо этого спросить сновидца, какие события предыдущего дня ассоциируются у него со сновидением, которое он только что описал.

4. Если сновидец уже знаком с техникой интерпретации, не давать ему никаких инструкций и позволить самому решить, с каких ассоциаций к сновидению он начнет.

 Ассоциации сновидца по поводу сна важнее его содержания, поэтому не стоит записывать сны.

 Актуальные ассоциации важнее анализа сновидения.

 Новое сновидение важнее старого.

 Полезно предложить сновидцу повторить рассказ о сновидении и сравнить оба варианта.

 Дневные остатки являются связующим звеном между желаниями прошлого и потребностями настоящего.

 Следует искать Я сновидца в том персонаже, который в сновидении подвергся воздействию.

 Собственное понимание сновидца важнее толкования аналитика.

 К инфантильным вытесненным желаниям необходимо обращаться, когда недавний конфликт начинает резонировать с неразрешенным инфантильным конфликтом.

 Продолжать работу толкования сновидения на следующей сессии стоит только в случае, если у пациента на первый план не выдвигается ничего другого.

 Биографические сны понятнее в конце анализа.

 Анализ сновидения выявляет подсознательный конфликт и помогает пациенту найти способ его разрешения.

Приведу «фрейдовское» сновидение моей клиентки, которое показывает, как тревога блокирует у нее контакт сознания с ее естественными потребностями и терапевтический контакт.

Я живу в высотке в вашем районе, там в реальности живут и мои родители. Началось землетрясение, у соседней башни обрушился верх, у моей тоже. И вот я на втором этаже двухэтажного дома, как снимаю сейчас. Начался пожар, все убегают, соседи тоже. Проваливается пол, остается каркас, я иду по нему, он может в любой момент рухнуть. Я упаду в бассейн на первом этаже, а там уже кипит вода. Стало так страшно, что я даже встала, чтобы прекратить сон.

Перед этой ночью они с братом долго обсуждали его отношения с женой. Он такой потерянный… Она разволновалась за него. Он заразил ее своим напряжением, своей тревогой. Он не чувствует сейчас почвы под ногами. А перед этим ей позвонила его жена. Она отвратительно высказала свою претензию: мол, забери, что оставила в холодильнике, воняет, достало уже! Клиентка оставила у них дагестанскую сухую домашнюю колбасу, которая ей очень нравится своим ярким вкусом. Женщина когда-то была замужем за дагестанцем. Клиентка оставила колбасу у брата в холодильнике, чтобы потом сварить. Ведь жена брата ни черта по дому не делает!

Я говорю о соперничестве за брата с его женой, с которой клиентка самоутверждается в роли кормилицы. Для клиентки это открытие. Она замечала только, что брат – кормилец для жены, а та – как его неумелая дочка. Соглашается, что ревнует брата к его жене и настраивает его против нее. Крепкий кавказский дух должен отравить противницу, а брату придать сил. Клиентка догадывается, что колбаса – фаллический символ, и признает, что символически кастрировала бывшего мужа. Клиентка понимает и про проекцию своей тревоги на брата: теряет почву под ногами она сама, поэтому и обратилась за помощью. Ее родители и брат имеют семью, а она нет.

Какие у нее мысли по поводу сна? Жить можно только на безопасной высоте. Землетрясение ассоциируется у нее со страхом потерять самоконтроль. Ей не надо никаких потрясений в терапии, никаких инсайтов. Своими чувствами она никогда не делилась даже с родителями, не собирается делать это и со мной – я же не отвечаю на ее вопросы о моей личной жизни!

Процесс самоанализа во сне идет поэтапно: сжигание моральных запретов – страх свариться в кипятке страстей – прекращение смертельно опасного эксперимента. Можно увидеть в этом сне и попытку зарождения новой личности, которая боится выпасть из сонной утробы в кипящую пучину реальности и предпочитает аборт. Анализ грозит клиентке гибелью устоев: горит родной дом, а там и соседний, что делает масштаб катастрофы тотальным. Убегающие соседи тиражируют «Я» клиентки с его защитой избеганием. Аналитик становится объектом проективной идентификации: в него помещается конфликт между Эросом и Танатосом, становящийся неуправляемым.

Если колбаса символизирует фаллос, то желание сварить его и с наслаждением съесть выдает пенисную зависть и кастрационную тенденцию в форме орального садизма. Землетрясение с огнем бывает при извержении вулкана, а когда к этому добавляется горячая жидкость – по Фрейду думается о семяизвержении. Возможно, сон обнаруживает страх зачатия и инцеста. Кстати, клиентка бездетна. Всепроникающий огонь символизирует мужскую агрессию. Клиентка пылко влюбляется в мужчин, добивается взаимности, и вскоре ее интерес испаряется. Если вода символизирует женственность, а водоем (бассейн) – материнство, то у клиентки они выжжены. Она не любит сантиментов и «телячьих нежностей», не читает художественной литературы.

Сознание и подсознание выглядят в этом сне как верх и низ высотки, это представление дублируется в образе двухэтажного здания. Если у нее снесет башню, начнется кипение страстей. Крыша – защита, пол – опора в физическом смысле и сексуальность. Клиентка совершает два действия: во сне она идет по ненадежному каркасу дома, при пробуждении она встает с постели. Перед этим все (спроецированная она) убегают от пожара. Каркас воплощает связующий объект между подсознанием и сознанием, то есть полуосознанное предсознание. Клиентка не полагается на него и включает сознательный контроль.

Клиентка простоволоса, без макияжа и украшений. На ней футболка, джинсы и кроссовки. Ее движения резковаты, речь грубовата, она бывает бестактной, категоричной и упрямой. Клиентка считает себя папиной дочкой. Она не любит мать, с трудом терпит начальницу, доминирует в личных отношениях. Мужа привела в родительский дом, который исподволь разрушает. Выжила мать если не из спальни, то из кухни, где стала полноправной хозяйкой – отец предпочитает ее готовку.

Я специально не назвал имени клиентки и убрал подробности, по которым можно было бы ее узнать. В дальнейшем я буду поступать так же или придумывать имя клиенту – чтоб никто не догадался…

Self – это я сам. Сядьте поудобнее, расслабьтесь. Закройте глаза и сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Пусть с каждым выдохом выходит все постороннее. Сосредоточьтесь сейчас на своей позе, проверьте, удобно ли вам, и при необходимости измените положение. Мысленно произнесите:

У меня есть тело, но я – не только тело. Мое тело может быть усталым или отдохнувшим, здоровым или больным, но это относится к моему телу, а не к моему Я. Я ценю свое тело как инструмент познания и деятельности в материальном мире, но мое тело – это лишь инструмент моего Я. У меня есть тело, но я – не тело.