Чтение онлайн

— Они и не смогли проникнуть, — отмахнулся главный советник. — Что же они тут ищут?

— Меня куда больше волнует другое: моего сына не убьют? — зло спросила Лера.

— Нет. Уже понятно, что приходят они не для того, чтобы убить или навредить вам и вашему сыну, — ответил за советника синеглазый брюнет и представился: — Селиан, военный советник Золотого Дракона.

— Лера, семейный психолог того же дракона.

— Наслышан, наслышан. Дворцовая стража боится караул у ваших покоев нести — говорят, вы мужское бессилие напустить можете, если чем-то недовольны, — усмехнулся Селиан и лукаво прищурился: — Я на это ответил, что особо трусливых сам мужской силы лишу, если буду ими недоволен: острый меч — средство повернее колдовства.

Лера улыбнулась. Что ни говори, а приятно общаться с интересным мужчиной, который взирает на тебя как на богиню красоты. Сколько раз она говорила своим клиенткам, что нельзя оценивать свою женскую привлекательность только по реакции мужа! Что обязательно нужно общаться со всеми находящимися рядом представителями мужского пола: коллегами, друзьями, даже случайными попутчиками и видеть одобрение в их глазах, их положительную оценку вашего внешнего вида! Иначе любая хмурая гримаса супруга вызывает страх: неужели я подурнела? Стали заметны морщины или появился целлюлит? А мужчины этот страх интуитивно чуют и могут использовать в совсем не благовидных целях!

«И как приятно мне самой осознавать, что я теперь совершенно свободна и могу себе позволить одобрительно, призывно улыбнуться в ответ на такую же улыбку, — думала Лера, смотря на синеокого военного советника. — У меня опять есть право выбора, с кем построить дальнейшую жизнь, как только решу проблему драконьего счастья и здоровья Алеши. Развод — это не конец жизни, а новый рассвет. И каким будет этот рассвет — зависит только от нас, женщин».

Пока Лера занималось собственной психотерапией и улыбалась Селиану, главный советник и Золотой Дракон что-то магичили в темном углу, где раньше клубился туман. Итог их манипуляций озвучил Гленвиар:

— Ощущается только моя магия. Моя личная магия.

— Да, — угрюмо подтвердил Эриас.

— И что это значит? — спросил Селиан, подходя ближе. Лера тоже шагнула за ним.

— У них есть артефакт моего рода, на котором лично мною наложен оттиск моей ауры, — мрачно ответил Гленвиар.

— И кому вы отдавали такой артефакт? — требовательно спросила Лера. Ишь, разбазаривает ценные магические вещи всем кому не лень, а она потом визжи от страха в его дворце!

— Никому. Подобные артефакты слишком опасны в руках врага и находятся на строжайшем учете. Еще вчера после сообщения Эриаса я проверил свою сокровищницу и никаких пропаж не обнаружил. Я лично зачаровывал немного вещей, и все сохранившиеся лежат в сокровищнице.

— Зачем вообще их зачаровывать, если они опасны? — не поняла Лера причины создания проблем на ровном месте.

— Они нужны для ритуалов.

— Ах да, вы же ни жить, ни умереть не можете без ритуала, — согласно кивнула Лера, — у вас даже законы на мифы опираются.

— Не вам судить о степени необходимости ритуалов, — заискрились янтарно-золотые глаза, а узкий зрачок начал зловеще расширяться. — Эриас, ты прекратил колдовать над моим мечом?

— Извините, не успел все закончить. Завтра утром доделаю до конца и отдам вам меч, повелитель.

— Хорошо. Что касается лаборатории, то я сам изменю ее защиту так, что пройти сможешь только ты, Эриас, и вы, Лера, а другим не поможет сюда заглянуть даже тысячелетний родовой артефакт, а только ваше личное дозволение переступить порог.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Лера, опасавшаяся за сына. — У меня есть еще одна просьба, это для работы над вашим счастьем: мне обязательно нужно попасть в ваш гарем, и желательно не откладывать дело в долгий ящик. Вы не против?

На нее уставились три пары ошеломленных мужских глаз. В глазах Эриса были шок и недоумение, а в синих очах Селиана — разочарование и легкая обида.

— Вы хотите попасть в мой гарем?! А это обязательно? — выдал Гленвиар. Уж что его так поразило — не ведомо, но зрачок у него вытянулся тонюсенькой ниточкой, а треугольные необычные уши нервно дернулись под копной волос.

— Это у вас такие методы, Лера? — растерянно спросил главный советник, теребя бороду. — Видите ли, в гарем выбираются девушки специально обученные и подготовленные…

— Даже так? — Лера поспешно вытащила рабочий блокнот. — Тем более мне необходимо с ними поговорить. Гленвиар, если вы опасаетесь каких-то некорректных действий с моей стороны, то Эриас может присутствовать при всех моих встречах и беседах с вашими наложницами. Такой вариант вас устроит? Вы разрешаете мне визит в ваш гарем?

— Всего лишь визит? — Дракон шумно выдохнул. — Визит — разрешаю.

Советники дракона заметно расслабились и повеселели, а в голове Леры мелькнула смутная догадка. Это что же получается… Получается, они все подумали…

Лера почувствовала, что наливается яростью и багровеет. Хамы! Самонадеянные, самовлюбленные мужланы! Да как им в голову могла прийти подобная чушь! Ей вообще этот Золотой Дракон не нравится, а порой она его просто ненавидит лютой ненавистью. Их связывают исключительно деловые отношения, и так будет всегда: психолог-профессионал никогда не позволит себе роман с клиентом! (А про «трудоустройство» в его гарем и вовсе речи нет!)

Лера вздернула вверх курносый нос, на нос вздернула очки, распрямила плечи и гордо прошагала к входной двери. Сконфуженно улыбающийся Селиан поспешил распахнуть перед ней эту дверь и хотел что-то сказать, но Лера пресекла попытку примирения:

— Эриас, вы проводите меня в гарем или мне вызывать Лиму?

— Да-да, провожу, повелителю моя помощь здесь не требуется, — отозвался главный советник. — Селиан, пойдемте, не будем мешать повелителю менять структуру магической защиты моих помещений.

Мужчины шагали рядом с нравоучительно молчащей Лерой, порой бросая ничего не значащие фразы об убранстве дворца и авторах скульптур и картин, встречавшихся им на пути, но Лера на все старания завести милую беседу и замять неловкий разговор в лаборатории отвечала лишь высокомерными кивками и молчанием. Пусть проникнутся, чтобы не делали впредь поспешных выводов! В итоге Селиан не выдержал первым:

— Лера, простите вы нас, дураков! Вы не представляете, сколь часто мы слышим неразумные просьбы «поспособствовать и пристроить отличную девочку»! Ничего другого при ваших словах мы просто в силу привычки подумать не могли!

— В следующий раз старайтесь вообще не думать, а то у вас это плохо получается, — отрезала Лера. — И кто же проводит конкурс для желающих попасть в гарем?

— О, смотритель гарема никого не берет «со стороны», нет никаких конкурсов, девушки приходят только из проверенных домов терпимости, по рекомендации, а там уж — кто повелителю приглянется.

Лера споткнулась и чуть не упала. Что?! У правителя страны в гареме работают только профессионалки?! А как же «право первой ночи» и прочие особенности средневековья? Эриас не шутил, когда говорил, что девочки специально обученные? Лера сперва подумала, что тут имеется нечто вроде школы гейш или пансионата для бедных девиц, желающих пойти в содержанки, а все проще: наложницы — стопроцентные профи с приличным стажем работы. С одной стороны, это серьезно подрывало ее робкие надежды, что кто-то из наложниц тайно влюблен в своего господина и можно попробовать перевести девушку из любовниц в жены (легче устроить счастливый брак, когда хоть одна из сторон безумно влюблена в другую). С другой стороны, профессионалки со стажем давно уже не тратят сил на душевную привязанность к клиентам, сколь бы красивы те ни были. Следовательно, у девушек-невест будет то огромное преимущество перед наложницами, что они смогут дарить мужу искренние чувства, которых он лишен, а не будить в нем только чувственность, на которой ни один брак долго не продержится. В выборе между любовью, ощущением своей нужности, душевной близостью и голой чувственностью мужчина всегда выберет три первых позиции и ту женщину, что дарит ему их. А уж если и с чувственностью все сложится отлично, то гарем и вовсе обезлюдеет. Наверное…