Чтение онлайн

Таблица 2. Слова-ассоциации, выступающие признаками индивидуальных различий в представлении о психологической безопасности.

Примечание. Знаком (*) отмечены ассоциации, по которым наблюдается наибольший разброс в оценках.

Факторный анализ позволил выявить различия в представлении о психологической безопасности в зависимости от возраста респондентов (Харламенкова выделила 3 возрастные подгруппы: 18–26 лет, 27–40 лет, 45–55 лет).

В группе 18–26-летних людей представлен наибольший разброс в представлениях о безопасности, что обусловлено оценкой роли отца в поддержке психологической безопасности. «Оказалось, что чем больше ощущение этой поддержки, тем увереннее ощущает себя человек, тем меньше чувство угрозы. И наоборот, чем более негативно оценивается вклад отца в поддержку психологической безопасности, тем более беззащитным, беспомощным оказывается человек. Полученный результат можно объяснить, используя разные интерпретационные схемы. Одна из них, с нашей точки зрения, наиболее простая, опирается на очевидный факт, согласно которому большинство людей воспринимает мужчину как «защитника», и именно поэтому он должен выполнять функции обеспечения безопасности близких. Другая интерпретация строится не на житейских, а на научных доводах и состоит в том, что мужчина, прежде всего как отец, «разбивает» симбиотические отношения ребенка с матерью, способствуя развитию его автономии, актуализации у ребенка собственных, внутренних способов защиты от опасности, в том числе и от опасности стать объектом ожиданий и проекций матери».

Если для 18–26-летних респондентов дифференцирующим выборку оказался фактор «Поддержка отца», то для 27–40-летних респондентов – фактор «Переживание состояния безопасности» как состояния радости, безмятежности, легкости и общительности. Оказалось, что люди, способные описать состояние безопасности и, по-видимому, имевшие такой опыт переживаний, используют разные ресурсы для его достижения, более открыты миру, склонны ему доверять и в целом оценивают свое окружение позитивно. Разотождествление с родителями и ослабление влияния фактора «Поддержка отца» на дифференциацию выборки на группы в возрасте 27–40 лет, возможно, приводит к тому, что человек оказывается способным или неспособным самостоятельно регулировать свои контакты с миром, испытывая или не испытывая от этого удовольствие. Суверенность личности, которую мы рассматривали в связи с проверкой второй гипотезы, проявляется в этом возрасте как фактор самостоятельного контроля над границами своего психологического пространства. Оказывается, что в зависимости от внутренних условий безопасность может переживаться по-разному. Выраженная суверенность психологического пространства, опыт поддержки отца, сепарация от влияния родителей, ощущение внутренней независимости позволяют воспринимать окружающий мир позитивно, а состояние безопасности характеризовать как легкость, радость, безмятежность. И наоборот, депривированность, ощущение беззащитности, зависимость от окружения повышают чувствительность к реальным угрозам, а также создают субъективное ощущение опасности при наличии объективно безопасной ситуации. В этом случае безопасность переживается только как состояние без угроз, без опасностей».

В группе 45–55-летних полученные данные были близки к результатам 27–40-летних респондентов, однако опыт переживания безопасности расширяется и переносится на мир в целом. Оказалось, что этот фактор разделяет выборку на подгруппы и в целом указывает на наличие или отсутствие у людей глобального чувства безопасности, в котором отражены особенности индивидуальной истории и отношение к истории человечества вообще.

Итак, поддержка отца и «осторожность» как синонимы безопасности характеры для юности и ранней взрослости; «переживание состояния безопасности» и «открытость миру» – для периода средней взрослости; «переживание состояния безопасности» и «родители» – для периода взрослости.

«Рассматривая безопасность как защищенность, юноша стремится использовать внешние средства достижения безопасности. В более старшем возрасте границы безопасности расширяются, а средства становятся внутренними (ум, компетентность, мудрость). Различия в описании состояния безопасности в период взрослости, по-видимому, связаны с разным вкладом в развитие этого состояния фактора «Родители», который дифференцирует выборку по частоте обращения за помощью к матери и отцу и актуализирует ранний опыт взаимодействия с ними, соотнося его с опытом выполнения респондентом роли родителя и прародителя. С этой точки зрения безопасность имеет ценность не только для конкретного индивида, но и для целого поколения, а также для нескольких поколений, поскольку передается от предков к потомкам, поддерживая, развивая и укореняя базовую психологическую безопасность как любовь, привязанность и поддержку, радость и счастье» (С. 38).

Конец ознакомительного фрагмента.