Чтение онлайн

• Смерть похожа на сон? «Смерть отличается от сна. Когда ты ложишься спать, твое тело продолжает работать. Ты по-прежнему дышишь, твое сердце бьется, и ты видишь сны. Когда человек умирает, его тело больше не работает». Помните, что у детей, которым говорят, что смерть подобна сну, могут развиваться страхи, связанные с засыпанием.

• Почему он умер? Если смерть наступила от болезни, объясните, что тело человека больше не могло бороться с болезнью, оно перестало работать. Убедитесь, что ваши дети понимают, что, если они заболевают гриппом или простудой или если папа или мама заболевают, их организм может победить болезнь и выздороветь. Их тела продолжают работать. Объясните, что люди обычно не умирают, когда они болеют; большинство людей выздоравливает. Если смерть наступила от несчастного случая, объясните, что тело человека было повреждено настолько сильно, что перестало работать. Объясните также, что большинство людей, получивших телесные повреждения, могут поправиться и жить долгое-долгое время.

• Ты когда-нибудь умрешь? А я умру? Дети ищут успокоения, подбадривания. Дайте вашему ребенку понять, что большинство людей живут на протяжении очень долгого времени. [25]

• Я сделал (или подумал) что-то плохое, что привело к смерти? Может быть, у вашего ребенка был конфликт с человеком, который умер. Может быть, ребенок хотел, чтобы этого человека не было рядом, чтобы получить больше внимания от других членов семьи. Может быть, ваш ребенок сказал ему: «Я хочу, чтобы ты ушел прочь от меня», или даже: «Я хочу, чтобы ты умер». Уверьте детей, что слова и желания не вызывают смерть.

• Он вернется? «Вечность», «навсегда» — сложные в плане понимания понятия для маленьких детей. Они видят, что люди уходят и возвращаются. Персонажи мультфильмов умирают и затем восстают снова. Маленькие дети могут нуждаться в том, чтобы им говорили несколько раз, что человек не вернется.

• Ей там холодно? Что он будет есть? Вам нужно объяснить ребенку, что тело умершего человека больше не работает. Он больше не может дышать, ходить, разговаривать или есть.

• Почему Бог позволил этому случиться? Отвечайте на вопросы, касающиеся Бога и религии, в соответствии с вашими собственными убеждениями (верованиями). Вы можете также проконсультироваться у священников. Это нормально — не знать ответов на все вопросы. Дети могут принять, что вы тоже можете иметь трудности с пониманием некоторых вещей. Лучше избегать высказываний, что Бог «забрал» умершего, чтобы он был с ним, или что «только хорошие люди умирают молодыми». Некоторые дети могут испугаться, что Бог их тоже заберет к себе. Они также могут стараться быть «плохими», потому что они не хотят умереть.

Вообще, религиозным людям рекомендуют делиться с детьми своими убеждениями, так как это помогает им обрести ответы на волнующие вопросы, связанные со смертью близкого. Причем найденные в словах родителей ответы могут оказаться важными для ребенка и в настоящем (в ситуации утраты), и в будущем.

Коснемся также некоторых общих моментов, важных для общения с горюющим ребенком. Считается общепризнанным, что родителям и другим родственникам желательно говорить с детьми о постигшем семью горе, позволять им видеть свою печаль, делиться с ними чувствами. Иногда у старших членов семьи возникает желание защитить детей от горя и страдания посредством молчания. Однако если они скрывают свои переживания, ребенок может подумать, что горе неприемлемо. В то же время, говоря о своем горе, надо учитывать, что дети не в состоянии вынести в полном объеме весь груз боли, испытываемой взрослыми, поэтому С. Byrne советует: «Постарайтесь сохранить время для игры и беседы без упоминания об умершем. Сбалансируйте, насколько сможете, разделение печальных чувств и совместные более приятные дела» [40]. Ребенку требуется не только знать о болезненных чувствах, переживаемых близкими, но и ощущать на себе положительные эмоции с их стороны. Необходимо, чтобы они продолжали выражать свою любовь к нему — для детей так важно в период траура чувствовать себя значимыми и любимыми.

Взаимоотношения с детьми в период после смерти члена семьи, особенно если умерший — ребенок (то есть брат или сестра), имеют свои подводные камни. Наталкиваясь на них, взрослые иногда соскальзывают на различные варианты неконструктивного общения с горюющим ребенком. От некоторых из них предостерегает J. W. Worden [76]:

• Люди склонны идеализировать умершего близкого, поэтому, разделяя горе с детьми, родители могут сравнивать их с умершим, навешивая тем самым нереалистичные ожидания. Необходимо избегать сравнений с умершим, так как это чревато возникновением у ребенка чувства собственной никчемности и усилением вины выжившего.

• Понятно, что потеря ребенка может вызвать сильное беспокойство о других детях. Однако родители должны не поддаваться тенденции излишне опекать оставшихся детей или подавлять их стремление к самостоятельности. Такова тактика поведения родителей и других родственников в общении с ребенком, переживающим утрату. То же самое стоит иметь в виду и другим взрослым при встрече с горюющим ребенком. С их стороны требуются прежде всего внимание, терпение, забота и сочувствие. Вместе с тем не каждая форма выражения сочувствия оказывается полезной для ребенка. Иной раз со стороны взрослых можно услышать сердобольные жалостливые высказывания, наподобие: «Бедненький, один ты теперь остался». Услышав такие слова, ребенок может почувствовать себя еще более одиноким и несчастным. Забота не должна быть гипертрофированной или навязчивой, самое главное — чтобы она отвечала действительным потребностям ребенка.

Особенная роль по отношению к горюющим детям выпадает на долю учителей. Первый вопрос, который обычно возникает, — это как скоро ребенок должен вернуться в школу после похорон. Общего ответа здесь, наверное, не существует, в каждом случае вопрос решается индивидуально. Однако если ученик выражает желание побыть некоторое время дома, это ему может быть позволено. Далее по возвращении ребенка в школу учителям предстоит создать для него щадящие условия. В частности, они «должны следить за тем, чтобы ребенка не дразнили и не задирали. Когда ребенок придет в школу, учитель должен сказать ему, что он знает о его горе, чтобы ребенок не чувствовал равнодушия со стороны учителя. В школе должно быть подходящее место, куда ребенок мог бы при необходимости прийти, если ему хочется побыть одному или поплакать. Иногда кто-нибудь из старших детей может быть назначен „опекуном“ такого ребенка; возможно, это будет кто-то, имеющий аналогичный опыт и могущий при необходимости поддержать ребенка. Родители и вся семья также требуют поддержки. Важно знать, что именно и в каком объеме они сказали ребенку об утрате» [26, с. 79]. Учителям надлежит отнестись с пониманием и терпением к нежелательным изменениям в поведении ученика: к его невнимательности, замкнутости, раздражительности. Имеет смысл временно ослабить требования к успеваемости. Даже учитывая то, что в наших школах учителю бывает сложно позволить себе роскошь индивидуальной беседы с учащимся, в случае потери все же крайне желательно, чтобы он изыскал для этого время, предоставив ребенку возможность поделиться своим горем (при условии, что ребенок идет на контакт). Хорошо, если учителю удастся также организовать друзей ученика на помощь своему товарищу, побудить их поговорить с ним об умершем. Дети вполне могут быть способны к этому, иной раз даже больше, чем их наставники.

Случай из жизни

Школа. Пятый класс. Умер наш одноклассник. Он долго болел перед тем, но все равно это событие, естественно, было «из ряда вон». Думаю, не только для нас, детей, но и для учителей. Но вот что интересно: я помню в этой ситуации наших ребят, помню горюющих родственников, но абсолютно не помню учителей. Были ли они на похоронах? Кажется, были. Должны были быть, ведь хоронили мы Диму утром, вместо уроков. Только я их почему-то не помню. Зато хорошо запечатлелись две девочки: они первые посетили квартиру умершего, где стоял гроб с его телом, организовали приход остальных одноклассников. По пути они по-своему готовили нас: «Мы уже там были…», и рассказывали о своих впечатлениях. Но вот мы пришли. Около гроба родные. Плачущая бабушка по-доброму смотрит на нас, вздыхает: «Нету у нас больше Митеньки». И все как-то тихо, умиротворенно, хоть и скорбно. На следующий день похороны. Самое яркое воспоминание — как я иду в числе других ребят за гробом, а в голове мысль: «А что, если вот так же и моя мама умрет?» На глаза наворачиваются слезы, сердце тихо щемит, и я думаю о том, как же я ее люблю, свою маму, и как боюсь остаться без нее. Тогда я ни с кем не поделился своими переживаниями — не знаю, почему. Может быть, не хотел, или просто случая не представилось. Интересно: а что чувствовали другие ребята? Это тоже осталось неизвестно. Хотя, думается, для нас было бы полезно поделиться друг с другом своим опытом участия в похоронах Димы.

Смерть друга, одноклассника — событие чрезвычайное и даже среди других потерь особенное, потому что умирает не старый и даже не взрослый человек, а сверстник. По этой причине дети могут реагировать в данном случае особым образом — велика вероятность возникновения страхов за свою собственную жизнь, так как смерть сверстника может стать стимулом для осознания собственной смертности (так же, как и в случае смерти сиблинга). Поэтому учителя и школьные психологи в такой ситуации не должны оставаться безучастными. Случившееся событие очень желательно сделать предметом обсуждения класса с тем, чтобы ребята имели возможность высказать свои мысли «по поводу», выразить чувства. По мнению U. Cornish, перед лицом случайной смерти в школе главной целью педпсихолога должна стать фасилитация процесса обнаружения иного смысла случившегося события (по сравнению с первоначальным исключительно трагичным смыслом) и иной реакции на него путем создания другого концептуального контекста [49].

Профессионально-психологическая помощь горюющим детям в определенной мере отличается от аналогичной помощи взрослым. Это отличие обусловлено в основном тем, что дети не в состоянии осмыслить случившееся несчастье на том уровне, на каком способны это сделать взрослые. Соответственно, роль бессознательных процессов в переживании горя ребенком существенно больше по сравнению с взрослыми. Данное отличие постепенно сглаживается по мере взросления, но, как правило, сохраняется вплоть до подросткового периода. Один из вариантов бессознательной переработки утраты и вызванных ею реакций — это проживание их во сне. Иллюстрацией может служить следующий пример.

Случай из жизни

У четырнадцатилетней девочки умер дед. Первое время ей никак не верилось в то, что произошло. Ее сознание как будто оказалось закрытым для случившегося. Примерно через неделю после смерти деда почти каждую ночь девочке стали сниться сны. В первый раз ей приснилось, что дед находится в той же квартире, что и она, только где-то в другой комнате. Она его не видит, но слышит его шаги и знает, что это он. На этом моменте девочка испугалась и проснулась. В данном сновидении доминирующей эмоцией, как мы видим, является страх, что, в общем-то, неудивительно для подросткового возраста. Именно в пубертате дети начинают осознавать свою смертность, поэтому их может пугать все, что о ней напоминает. Во втором сновидении происходит то же самое, что и в первом, только дед уже появляется в поле зрения и общается с сестрой, после чего девочка опять-таки просыпается. В следующий раз все повторяется заново, только теперь дед обращается к сновидице с вопросом. Наконец, снится еще один сон, в котором девочка уже спокойно общается с дедом. После этого подобные сны прекратились, к девочке пришло успокоение, а дед стал восприниматься на самом деле как покойник. В данном случае сновидения выполняли функцию дозатора переживаний по поводу утраты и помогли девочке постепенно признать реальность смерти деда и переработать спровоцированные ею страхи.