Психология неудачника. Тренинг уверенности в себе
Шрифт:
Вспомните какую–нибудь из своих попыток «начать новую жизнь» (желательно не очень давнюю), запишите ее в своем дневнике и ответьте на следующие вопросы.
1. Почему у вас возникло такое намерение?
2. Когда вы его приняли, что вы решили делать, чтобы реализовать его?
3. Что вы на самом деле делали?
4. Сколько времени примерно продолжались ваши попытки?
5. Почему они прекратились?
Вот примеры выполнения этого задания.
«Решила не грубить маме, не отвечать ей, даже если она будет меня доводить: а) повод – раскаяние и примирение после бурной ссоры. Маму стало жалко; б) решила не грубить, не отвечать, несмотря ни на что сдерживать себя; в) говорила себе: молчи! молчи! г) не более 10 минут; д) она меня снова достала» (Лена).
Еще один пример. «Принял решение резко стать другим: а) был зол на себя, и все осточертело; б) стать спокойным, собранным и точным, решительным, думать, прежде чем говорить, не бросаться очертя голову, куда меня не просят; в) ничего; г) нисколько; д) не получилось, просто я такой, как я есть» (Игорь).
«Принял решение каждое утро в любую погоду бегать вокруг дома: а) по ТВ показывали, как это здорово; б) бегать каждое утро не менее 20 минут, а в выходные дни – еще больше, пока не устану; в) бегать решили вместе с Сашей, но в первый день я ему позвонил, а он не проснулся; на следующий день я решил пойти один, но пошел дождь; г) не помню точно, три или четыре дня вечером думал, что утром побегу, но на самом деле не бегал; д) из–за обстоятельств, лени и из–за Сашки» (Максим).
А что написано у тебя? Давай проанализируем, о чем говорят твои записи.
Прежде всего посмотрим, почему возникло желание изменить что–то в своей жизни или в самом себе. Причем речь здесь пойдет не о мотиве в собственном смысле слова (об этом мы поговорим позже), а о мотивировке – о том, как этот мотив осознается и высказывается. В нашей мини–анкете это пункт (а). Что мы здесь видим? Одними движет глобальное недовольство собой, другими – чувство раскаяния и жалость, третьими – стремление позаимствовать нечто из жизни других людей с тем, чтобы сделать свою жизнь полнее и интереснее. Все это наиболее распространенные мотивировки, поводы для самосовершенствования. В тех или иных вариантах они встречаются почти у всех. И почти всегда не реализуются. Почему? Прежде всего потому, что мотивировки эти очень слабы, они не могут стать подлинными мотивами, подлинными двигателями поведения. Аргументы? Пожалуйста.
Сознательное изменение себя, своей жизни – один из самых серьезных, самых сложных поступков человека. Следовательно, он требует очень сильного, действенного мотива, по–настоящему глубокого, затрагивающего самые интимные струны человеческой личности. Можно ли это сказать о приведенных мотивах? Мне кажется, нет.
Во–первых, они очень ситуативны. Присмотритесь к формулировкам в наших примерах (и, конечно, собственным): «был зол…», «раскаяние… после бурной ссоры», «по телевизору показывали…» Они отражают сиюминутное событие и, видимо, такое же решение.
Во–вторых (и это, конечно, тесно связано с первым), все мотивы довольно поверхностны, точнее, достаточно трудно сказать, как они отражают личность. Лене стало жалко маму, и она решила ей больше не грубить. Все ее поведение напоминает знаменитое школьное: «Простите меня, пожалуйста, я больше не буду», когда извиняются лишь для того, чтобы снять напряжение, и вовсе не думают о том, насколько реально это «не буду». У Игоря недовольство собой и плохое настроение спаяны столь тесно, что возникает впечатление – как только настроение улучшится (а известно, что настроение – вещь довольно подвижная и у здоровых людей меняется достаточно часто, причем иногда достаточно мелочи, чтобы оно изменилось), недовольство пропадет (что, конечно, и к лучшему). Что же касается Максима, то связь того, как он хотел изменить свою жизнь, с тем, что является подлинным выражением его личности, очень проблематична. С таким же успехом его могло бы привлечь показанное по телевизору глотание шпаг, заклинание змей или, например, вышивание болгарским крестом, делающее жизнь того, кто этим занимается, интересной.
Ты понимаешь, конечно, что я специально все несколько огрубляю, и в действительности все обстоит не так просто. Но такое огрубление нам сейчас необходимо для того, чтобы была видна слабость подобных поводов для изменения своей жизни. Посмотри на свои записи как на текст другого человека, беспристрастно. Что проявилось у тебя? Инфантильность, стремление успокоить себя волшебным «Я больше так не буду»? Или недовольство и собой, и всем окружающим, носящее столь нерасчлененный, аморфный характер, что и ухватиться–то не за что? Можно только пассивно ждать: авось, солнышко появится, настроение улучшится, глядишь, и неудовлетворенность сама собой как–нибудь рассосется. Или желание улучшить свою жизнь тем, что украшает жизнь других?
Надо сказать, что последнее далеко не так примитивно, как это может показаться. «Посмотреть на других» – довольно распространенный способ саморазвития, и он может быть вполне эффективным. Вот как об этом говорит героиня одной из пьес Л. Зорина:
«…я ужасная обезьянка. Я смотрю вокруг и все примериваю на себя. Это мне не годится, а это мне подойдет! Красивая прическа – немножко задор, немножко поэзия, немножко вызов – беру себе. Или вижу – красивая походка. И грациозно и очень стремительно – почти полет. Это совсем смертельная рана, такая походка – и не моя! Она будет моя! Я ее беру. Потом я встречаю девушку – у нее задумчивый взгляд, он показывает на глубокую душу – очень хорошо, я беру этот взгляд… В общем я – Жан–Батист Мольер. Он говорил: «Te prends mon bien ou le trouve»… Это значит: «Я беру свое добро там, где его нахожу»». [10]
10
Зорин Л. Г. Варшавская мелодия. Часть первая // Зорин Л. Г. Театральная фантазия: Одиннадцать пьес. – М., 1974. – С. 408–409.
Но для того чтобы этот способ был действительно эффективным, важно одно существенное условие. Оно выражено в словах Мольера: «…беру свое добро». Мы же, стремясь изменить свою жизнь, часто исходим не из того, что нужно нам, только нам, а из общих принципов («Каждый культурный человек должен знать иностранный язык»), того, что принесло успех другим людям, или чужих увлечений, исходим из примеров, образцов для подражания. Но мы не делаем следующего шага – не примеряем это к себе. Мы берем нечто из чужой жизни и надеемся, что, когда мы этим завладеем, наша жизнь изменится сама собой, как по волшебству. (Здесь и один из ключей к трагедии Раскольникова, который, как вы помните, «Наполеоном решил сделаться» и, взяв себе за образец Наполеона, стал совершать поступки, против которых бунтовала и от которых содрогалась его душа.)
Неудивительно, что такие мотивы либо вообще не реализуются, либо реализуются так, что ничего хорошего из этого не получается.
В целом можно сказать, что с самого начала (с повода, мотивировки) приведенные выше случаи обречены на неудачу. Напомню, что все наши герои, принимая решения, которые почти стопроцентно не могли быть реализованы, занимались тем, что создавали условия для увеличения числа своих неудач, накапливания неудачного опыта. А потом говорили: «Я просто неудачник. Тысячу раз пытался измениться, ничего не выходит». Так, может, лучше не принимать решений, которые не могут быть выполнены, или, если уж принимаешь их, относиться к ним с великолепной небрежностью, как Марк Твен: «Бросить курить – самое легкое дело. Я знаю, что говорю, потому что сам бросал тысячу раз».
Все люди, наверное, время от времени дают себе невыполнимые обещания. Но важно отличать свои подлинные желания – и значит, подлинные успехи и неудачи в саморазвитии и самосовершенствовании – от благих намерений, которыми, как известно, вымощены дороги во все ады Вселенной. Так что, разделяя и отличая, помни, что, увеличивая число нереализованных намерений, ты тем самым постоянно мостишь и укрепляешь именно эту дорогу. И прежде чем читать дальше, подумай над словами Артура Шопенгауэра: «То, что люди называют судьбой, не что иное, как их собственная глупость». Подумай и запиши ответ в дневник.
Пойдем дальше. Посмотрим, какова твоя цель, как именно ты хочешь измениться. Это первая фраза записи: «Решил, решила…» В приведенных выше записях видно, как «слабые» мотивы сформировали такие же слабые цели. Это и совершенно неконкретная, глобальная и потому очевидно невыполнимая цель Игоря: «…стать другим», причем стать другим «резко», по–видимому, сразу после обеда или завтрака. Хорошо бы еще с помощью таблеток. Проглотил и резко стал другим. Разве плохо? Я бы, например, не отказалась. Это и совершенно противоположное, абсолютно конкретное и потому бессмысленное намерение Максима «бегать вокруг дома». Зачем? Почему? Неизвестно. Может, лучше за хлебом ходить? Или удава дрессировать? А слабость намерения Лены проявляется сразу с двух сторон.