Чтение онлайн

Уже и те данные, которые на сегодняшний день имеются у нас относительно этих проблем, указывают, что в данном случае перед нами стоит задача, которая обещает немало ин­тересного материала при изучении индивидуально-психологических особенностей отдельных лиц.

В цитированной выше работе Хачапуридзе «О некоторых особенностях установки у детей» мы находим ряд данных по вопросу об иррадиации установки в детском возрасте. Если рассмотреть эти данные в дифференциально-психологиче­ском аспекте, мы найдем в них ряд интересных положений но интересующему здесь нас вопросу. Нужно, однако, иметь в виду, что эта работа была закончена в тот период, когда у нас не было еще понятия генерализации и оно трактовалось пока еще в диффузной связи с понятием иррадиации. Поэтому-то в этой работе мы еще не имеем дифференцированных данных по этим двум проблемам. Тем не менее данные, нашедшие себе место в ней, и по сегодняшний день продолжают сохра­нять за собой значение.

Эти данные сводятся к следующему.

В дошкольном возрасте установочные опыты проводи­лись в гаптической сфере (в качестве раздражителей предла­гались обычные в наших опытах деревянные шары), а крити­ческие — в зрительной (два равных круга в тахистоскопе). Результаты, которые получались с самого начала, определен­но указывали на наличие факта иррадиации: если в фиксаци­онных опытах принимались меры для того, чтобы фиксиро­вать гаптически установку — «направо больше», то в крити­ческих экспозициях, которые следовали в тахистоскопе непосредственно за установочными, чаще всего круг напра­во казался больше, чем круг налево, т. е. обнаруживались слу­чаи ассимилятивных иллюзий. Но это имело место не во всех случаях наших опытов: правда, сравнительно редко, но слу­чаи контрастных иллюзий все же имели место. На основании многократно и с разных сторон проверенных опытов были получены следующие цифры: ассимилятивных иллюзий — 42% и контрастных — 15%, т. е. всего случаев иррадиации — 57%. Таким образом, мы видим, что в дошкольном возрасте феномен иррадиации в гаптической и зрительной сферах представляет собой несомненный факт.

В возрасте начальной школы установочные экспозиции давались так же, как и в дошкольном возрасте, гаптически. Зато критические опыты проводились на экране, т. е. ис­пытуемые получали на экране пару равных кругов, которые освещались на момент и опять затемнялись, так что испы­туемый мог их отчетливо видеть, чтобы сравнить между со­бой.

Каковы же результаты этих опытов?

Из ряда данных, имеющихся по этому вопросу, мы выби­раем те, которые получены от наибольшего количества испы­туемых.

И мы находим, что в этом случае имеется 68% контраст­ных иллюзий и 21% ассимилятивных (остальные 11% падают на случаи правильных ответов, т. е. равные критические объекты расцениваются правильно, как равные). Эти цифры показывают, до какой степени быстро растет число контрас­тных иллюзий в школьном возрасте. Правда, и случаи асси­миляции представлены здесь не низкими цифрами (21%), но если сравнить эту цифру с той, которую мы видели в до­школьном возрасте (42%), то станет ясно, как быстро меня­ется здесь картина, имеющая, несомненно, существенное зна­чение для понимания хода развития детской психики. Этот рост случаев контрастных иллюзии при явлениях иррадиа­ции указывает на ряд изменений, имеющих место в период начальной школы и показывающих значительные сдвиги в психике ребенка, которые приближают его к особенностям психической жизни взрослого.

8. Константность и вариабельность фиксированной установки. Мы знаем, что процесс затухания фиксированной установки протекает не во всех случаях одинаково и что в за­висимости от этого установка может быть динамичной или статичной, пластичной или грубой. Но в ходе наших экспе­риментальных исканий оказалось, что люди в значительной степени отличаются друг от друга и в том отношении, что тип затухания у некоторых лиц в зависимости от обстоятельств меняется часто, он не остается константным, так что не пред­ставляется возможным считать, что данный индивид, вооб­ще говоря, относится к какому-нибудь определенному типу установки. Само собой разумеется, это ставит перед нами вопрос о природе установки вообще: является ли она чем-то внутренне обусловленным или же она всецело и исключи­тельно зависит от внешних условий, в которых приходится жить данному субъекту. Конечно, этот вопрос имеет очень существенное принципиальное значение. От его решения зависит в значительной степени вопрос о механизмах чело­веческого поведения.

Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы ставили экс­перименты повторно через определенные промежутки вре­мени (через часы, сутки, недели, месяцы и т. д.), ничего не изменяя в условиях опытов. Результаты должны были по­казать, меняется ли картина протекания опытов в том или ином случае, и если меняется, то в каких условиях и в какой степени.

Результаты наших многочисленных опытов показывают нам, что константность установки не представляет собой не­обходимого явления, что есть люди, у которых установка ме­няется часто, тогда как встречаются и такие лица, у которых наблюдается постоянно одна и та же картина протекания эта­пов угасания фиксированной установки.

Словом, мы можем сказать, что константность фиксиро­ванной установки — не общее явление, что бывают случаи вариабельности установок.

Если проследить эти случаи, мы придем к определенно­му выводу относительно константности установки, к выво­ду, что фиксированная установка вполне нормального, здо­рового человека остается во всех случаях константной. Что же касается проблемы вариабельности, то на основании длинного ряда наблюдений можно утверждать, что она вы­ступает лишь в случаях отступлений от нормы — либо во вре­менных и скоро проходящих, либо в сравнительно постоян­ных и стабильных. В первом случае мы являемся свидетеля­ми быстрых и неглубоких колебаний типов затухания установки, во втором же — эти колебания носят более глубо­кий и сравнительно постоянный характер.

9. Стабильность и лабильность фиксированной установ­ки. Выше мы имели случай поставить вопрос о новой сторо­не фиксированной установки, которую мы тогда обозначили как ее стабильность. Она заключается в свойстве установки в течение определенного промежутка времени сохранять способность к активности.

Для того чтобы проверить эту способность, мы поступа­ем следующим образом: после того как в результате опреде­ленного числа установочных опытов мы достаточно прочно фиксируем соответствующую установку, мы ставим крити­ческие опыты через определенные промежутки времени, про­должительность которых меняется в зависимости от наших интересов (через часы, дни, недели и т. д.). В отличие от опы­тов на константность установки, здесь установочные опыты ставятся лишь в начале экспериментов и больше не повторя­ются: через интересующие нас промежутки времени повто­ряются лишь критические опыты, которые в каждом отдель­ном случае показывают, какова судьба фиксированной уста­новки — ликвидировалась она или пока еще остается актив­ной силой.

Выше мы убедились, что фиксированная установка, вооб­ще говоря, обладает свойством стабильности. Но одновре­менно мы убедились и в том, что это свойство имеет значи­тельно широкое дифференциально-психологическое значе­ние. Установка может быть более или менее стабильна или же она может быть вовсе лишена этого свойства — быть край­не лабильной. С этой точки зрения люди, в зависимости от ряда особенностей, могут значительно отличаться друг от друга. Вопрос касается степени и глубины стабильности. Мы можем на основе экспериментальных данных различить сле­дующие случаи.

Прежде всего, конечно, лабильность установки разнится в зависимости от того, через какой промежуток времени эта установка перестает оказывать влияние на восприятие кри­тических объектов. С этой точки зрения нужно различать друг от друга фиксированные установки, из которых одни теряют свою актуальность уже через несколько минут или часов после своего выступления, а другие — через дни и не­дели и т. д. Ряд наших опытов показывает, что в этом отно­шении можно констатировать значительную разницу между испытуемыми: в то время как одни оказываются совершенно лабильными, т. е, совершенно неспособными сохранять еди­ножды фиксированную установку в течение некоторого вре­мени, чтобы проявить ее в случае нужды, другие, наоборот, показывают в этом отношении ряд ступеней, на которых они продолжают стоять; одни сохраняют свою установку на не­дели, другие же — на месяцы и, быть может, даже на годы. Словом, вариабельность испытуемых в этой плоскости дос­таточно большая.

Но среди этих же лиц необходимо проследить, в какой степени константности они сохраняют эту установку. Дан­ные наших опытов показывают, что степень эта различная. Встречаются лица, которые сохраняют установку в одной и той же форме; тип фиксированной установки не меняется, пока она у них остается в силе, мы не замечаем никаких при­знаков постепенного снижения силы фиксированной уста­новки — она сохраняется неизменно в одной и той же форме. В этом случае мы могли бы говорить относительно наличия фиксированной установки, которую нужно было бы характе­ризовать как константно-стабильную установку.