Чтение онлайн

3.41 Я – целое, ибо я – вещь.

3.411 Я не целостен.

3.4111 Если времени, пространства и качества нет, то я могу быть или целиком [целым], или никак.

3.4112 Я был [есть] бы целостен, если Мир не являлся бы мне мною, но я сам был [есть] бы Миром.

3.4113 Однако, Мир является мне мною и является многократно (по числу вещей, которые я проявляю в моей схеме меня (соответственно – и в моей схеме мира)), следовательно, я – это ряд меня [целых], но не целостное.

3.412 Ряд меня – это моя схема меня, но не я сам.

3.4121 Меня нет, ибо, с одной стороны, я вещь, которой нет, а с другой стороны, если бы я был собой, то был [есть], а не являлся, но тогда бы я был [есть] Миром, но не самим собой.

3.4122 С другой стороны, я существую как вещь [значение], т. е. Мир является мне мною, но поскольку явлений Мира мне мною [моя схема меня] неограниченно много (я же ограничиваюсь лишь содержательностью), то понятно, что каждое отдельно взятое явление Мира мне мною [значение] – не я, равно как и все вместе эти явления Мира мне мною [значения] – также не я.

3.4123 Таким образом, я сам – не моя схема меня, хотя она кажется мне мной, поскольку я как целостное себе не известен.

Чтобы я был [есть] целостным, я должен быть [есть] Миром, однако я не Мир, но Мир является мне мною.

3.413 Поскольку же вещь неизменна, то все же: я или я, или не я, но как вещь, а не Мир.

3.4131 Я обретаю существование через отношение с самим собой [фигура на фоне], но перестаю быть [есть] и, существуя значением [вещью], не совпадаю с самим собой.

Следовательно, то, что я воспринимаю себя различным, – лишь результат моего существования значением [вещью].

3.4132 Попытки собрать меня воедино из множества вещей, которыми Мир явился мне мною [моя схема меня], – лишь досадное недоразумение, возникающее из-за неучтенного допущения времени, пространства и качества.

3.4133 Попытки собрать меня воедино из множества вещей, которыми Мир явился мне мною [моя схема меня], недопустимы, ибо система «часть – целое» иллюзорна.

3.42 Я замкнут в самом себе.

3.421 Значения меня различны в различных отношениях.

3.4211 Мир является мне мною как-то (я – какой-то) [имя], ибо я – вещь.

3.4212 Следовательно, нет ничего странного в том, что Мир является мне мною разными вещами [мною], которых нет, но которые располагаются в континууме существования [содержательность], т. е. в континууме «таких же» значений [моя схема меня].

3.4213 Отсюда и различие значений меня [вещь], ибо я существую в различных отношениях [контакт моей схемы мира и моей схемы меня].

3.422 Моя схема меня – целокупна, но не целостна.

3.3220 Под целокупностью следует понимать всю совокупность целых [вещей], которые составляют схему [моя схема мира, моя схема меня].

3.4221 Моя схема меня целокупна, но не целостна, ибо сочетает в себе неограниченное множество целых [вещей, значений], которыми Мир является мне мною.

3.4222 Иными словами, Мир является мне мною многократно и неограниченное число раз различными вещами [целыми], что представляет собой ряд значений [моя схема меня], но не целостность являющего.

3.4223 Моя схема меня может рассматриваться как совокупность акций между структурными элементами [целыми] целокупности, т. е. как система (если мы рассматриваем мою схему меня не как неограниченное множество целых, которых нет, но как акции, организующие целокупность в единство).

3.423 Отношения между структурными элементами моей схемы меня, образующие систему, также – вещи [целые].

3.4231 Однако, системности не мешает то, что целых [вещей] неограниченное множество, ибо системность не предполагает «лимита», она может предполагать лишь замкнутость.

3.4232 Фактор замкнутости системы в самой себе – это свидетельство нецелостности.

3.4233 Системы, замкнутые в самих себе, – закрытые системы, такова моя схема меня.

3.43 Оперируя целыми [вещами], т. е. устанавливая связи между значением и означающим, я фактически прекращаю существование вещи [значения].

3.431 Вещь [значение] существует благодаря своему отношению с другими вещами, однако, когда я устанавливаю связи [мои связи] между вещами [целыми], вещь теряет свое значение.

3.4311 Когда я в отношении (а меня [вещь] нет), существует только отношение между мой и вещью, в отношении с которой я нахожусь.

3.4312 Однако, если я воспринимаю вещь, полагая, что это не я, следовательно: я воспринимаю себя [значение] как противопоставленность этой вещи [значению].

3.4313 Следовательно, поскольку я [вещь] существую лишь в отношении, я нахожусь в неком отношении с самим собой [моя схема меня], а вещь [значение], которую я [моя схема мира] проявляю, находится в отношениях фигуры и фона с другими вещами.

Когда же между этими двумя отношениями мною устанавливается связь [моя связь], то речь уже не может идти о существовании, но лишь о наличии.

3.432 В моей схеме мира вещи, явленные мне Миром [имена] и проявленные мною [значения], – располагаются, ибо существуют; тогда как означенные – они [означающие] не существуют, но наличествуют.

3.4321 Поскольку понятно, что означение вещи условно, то ясно также и то, что «означенная вещь» – суть абстракция, которая, разумеется, не существует, но наличествует, или иначе: имеет место.

Можно сказать, что место, отведенное мною для значения вещи [означаемого] актом означения, лишает ее [вещь] ее значения (благодаря которому она существует) и вынуждает ее [вещь] наличествовать в контексте означающих.

3.4322 В моей схеме мира (равно как и в моей схеме меня) вещи [значения] существуют, тогда как «означенные вещи», точнее говоря, означающие (не как вещи, но именно как означающие, т. е. слова (или другие знаки, их заменяющие)) образуют некую картину, которая, как кажется, отображает положение дел в моей схеме мира (и моей схеме меня соответственно).

Однако, поскольку связь и отношение не одно и то же, а означающие не существуют, но наличествуют, то очевидно, что эта картина (как лингвистический «аналог» моей схемы мира) относительно самостоятельна и как таковая к моей схеме мира (и моей схеме меня соответственно) касательства не имеет (т. е. сочетается с ней лишь посредством связей, мною же установленных).

3.4323 Иначе: означающие [слова (или другие знаки, их заменяющие)] не существуют, но наличествуют, и не в моей схеме мира (хотя как вещи, слова, разумеется, располагаются именно в ней), а в моей лингвистической картине мира, которая сочетается с моей схемой мира (равно как и с моей схемой меня) не комплементарно [контакты], а условно [условности], посредством связей, установленных мною же и к моей схеме мира касательства не имеющих.