Чтение онлайн

— Газовой камеры? — охнула девушка. — Господин директор, но ведь они почти ничего не сделали! Их главарь заставлял, Той, брат бандита из банка!

— Суд разберется, — все так же сухо сказал Теодар. — Если присяжные решат, что они заслуживают снисхождения, то могут отделаться штрафом и испытательным сроком. Господин Дзинтон, ты что-то хочешь сказать?

— Да. Я намерен попросить, чтобы нас с Кариной отвезли домой, — кивнул Дзинтон.

— Ей может потребоваться помощь врача и психолога…

— Спасибо за заботу, но я и сам неплохой психолог. Могу сертификат предъявить. И она сама врач по профессии. Итак?

— Можешь воспользоваться моей машиной, она с водителем, — нехотя кивнул Теодар. — Потом отпусти его домой. Я здесь все равно на полночи застряну, потом вернусь вместе с ребятами.

— Спасибо, господин директор. Кара, едем.

— До свидания, господин Теодар. До свидания, Панас, — кивнула девушка. — Большое спасибо за помощь.

— Да какая там помощь! — махнул рукой тролль. — Могли и не выезжать. Сидели бы себе в теплой дежурке, а горе-террористов патрульные бы подобрали. Они все равно от скуки помирают.

— Все равно спасибо, — серьезно сказала Карина. — Панас, я оставлю пока себе твою куртку, ладно? Завтра утром верну.

Она поклонилась и, поплотнее завернувшись в форму, пошла вслед за Дзинтоном.

В машине она пригрелась на плече у Демиурга и задремала, так что в квартиру он внес ее на руках. Перед дверью она вспомнила, что ключ пропал вместе с одеждой, но замок открылся как-то сам собой.

— Карина вернулась! — возвестил знакомый голос. — Парс соскучился!

Карина встряхнула головой. Дзинтон поставил ее на ноги и подошел к обеденному столу, на котором, вытянувшись на боку, лежал зоки.

— Привет, малыш, — сказал он. — Лежи смирно.

— Парс болеет, не шевелится, — проинформировал зверек. — Парс ждет лекарства.

Карина подошла к нему.

— Что с ним? — с тревогой спросила она. — Я совсем про него забыла! Как он сюда попал?

— Когда тебя стукнули по голове, — пояснил Демиург, — его, видимо, тоже несколько раз ударили или пнули ногами. Но он для них оказался слишком шустрым. У него мелкие повреждения внутренней механики и покалечена средняя правая лапа. Ничего серьезного, на пяти ногах он ходит вполне сносно. Потом отнесешь его в мастерскую, починят за полдня. А попал он сюда очень просто — когда тебя увезли, он вызвал Саматту, Саматта связался с местной полицией, и Парса вместе с твоей сумкой подобрала патрульная машина. А я их забрал и принес сюда.

— Умница! — Карина погладила зверька по перепачканному в грязи меху. — Я и не знала, что он настолько сообразительный.

— Парс хороший шестиног, — согласился зверек. — Парс любит Карину! Карина ушастая и глупая, совсем как Парс.

— Я тоже тебя люблю, Парс, — Карина снова погладила его, про себя в очередной раз поклявшись оторвать Палеку голову. — Постой, пап… Ты хочешь сказать, что вы все с самого начала знали о моем похищении?

— Все вопросы позже, нетерпеливая молодая госпожа, — качнул головой Дзинтон. — Ночь впереди длинная. С твоим куратором я уже договорился, что в больнице ты завтра не появишься, так что наговориться успеем. Пока что топай в ванную, отмываться, отогреваться и переодеваться. А я что-нибудь поесть приготовлю.

Карина вздохнула. По опыту она знала, что вытянуть из Демиурга что-то против его желания невозможно. Она сбросила форменную куртку Панаса, аккуратно повесив ее на спинку стула, вытащила из шкафа купальный халат и отправилась в ванную.

Когда она наконец вышла оттуда, чистая, отогретая и с забинтованным порезом, по комнате витали до умопомрачения вкусные запахи. Парс с обеденного стола переместился на подоконник и дремал, прикрыв глаза. На столе стояла тарелка с крабовым салатом, возле плиты шумел чайник, а Дзинтон возился со шкворчащей сковородкой. В животе у Карины забурчало.

— Мораль сей истории: не принимай приглашений от неприятных молодых людей, — назидательно произнес Демиург, перенося сковородку на стол. — И поужинать не удастся, и в дурную компанию попадешь. Еще и плохим словам научат. Садись, лопай. Холодильник у тебя содержимым похвастаться не может, так что, извини, придется обойтись омлетом со спаржей, помидорами и ветчиной.

— Да хоть яйцами вкрутую, — пожала плечами девушка, усаживаясь. — Жрать хочется — спасу нет.

— Хорошо воспитанная молодая дама слово «жрать» не употребляет, — подмигнул Демиург.

— Хорошо воспитанная молодая дама и в истории с похищениями не попадает, — пробубнила Карина с набитым ртом. — И убить ее обычно не пытаются. Или пытаются не таким уродским способом. Сколько, кстати, времени? У меня часы вместе со всем остальным пропали.

— Твоя одежда и все прочее, включая часы и пелефон, обнаружены полицией при обыске дома, где тебя держали. Вернут завтра утром, я надеюсь. А времени полвторого.

— Сколько?! — от удивления Карина даже перестала жевать. — Уже полвторого?

— А что тут такого удивительного? — изогнул бровь Дзинтон. — По башке тебе дали примерно в полвосьмого, около трех часов ты валялась без сознания, а все остальное случилось, я бы сказал, в экспресс-режиме, даже как-то неприлично быстро. Репортеры и те до твоего отбытия подъехать не успели, сейчас, наверное, бесятся от злости.

Какое-то время Карина сосредоточенно жевала, собирая разбегающиеся мысли. Проглотив последний кусок омлета и заев его последней ложкой салата, она отодвинула тарелку.

— Спасибо, пап, очень вкусно, — сказала она. — И все-таки — ты действительно с самого начала знал, что меня похитили?

— Да, Кара, — согласился Демиург. — Я действительно знал. Мне даже оповещение Парса не требовалось. Ты зацеплена на лонжу, так что о твоем похищении я знал с того момента, как тебя оглушили.

— «Зацеплена на лонжу»?

— Извини. Буквальная вербализация технического символа. Имеется в виду автоматическая система оповещения. Проще говоря, у меня в ухе звенит, когда твоя жизнь оказывается под угрозой. Вот как сегодня.

— И ты знал, что меня похитили… что меня держат под блокиратором и бьют?

— Да, Кара. Я знал.

— И ты ничего не сделал? — Карина с подозрением взглянула на него. Внутри начала пробуждаться какая-то совершенно детская обида. — Они же могли меня убить!

— Как — ничего не сделал? — удивился Демиург. — Я встретил тебя, когда ты выбралась оттуда. И подсказал, как снять ошейник, не оставшись без головы. Правда, о том уже жалею, сама бы догадалась. Кстати, ты провозилась минут на двадцать дольше, чем я рассчитывал. Ты правильно сообразила, что большого тупого парня следует заставить отключить объемный блокиратор, но не нащупала подходящего направления в разговоре, которое заставило бы его поступить так сразу. А ведь всего-то следовало заявить, что его пульт — обманка. Тогда он бы попробовал доказать тебе обратное немедленно.