Чтение онлайн

Я просто… Мне нужен был знак от Клары, что у нас все хорошо. Что мы были друзьями, и все, что я чувствовал вчера, было односторонним. Посмотри на меня.

Она стерла немного сальсы с уголка рта Августа.

Посмотри на меня.

Она взяла из корзинки еще одну чипсинку.

Клара, посмотри на меня.

Она смахнула крошку со своих колен, затем сосредоточила внимание на сыне.

Черт возьми.

Август был настоящим чемпионом сегодня вечером. Этот ребенок каждую секунду выпаливал все факты, накопившиеся в его маленькой головке.

— Мы также узнали о скелете, — сказал он.

— Мне нравится скелет. — Холли наклонилась вперед. — Я медсестра, поэтому много знаю о скелете.

— Вы знали, что бедренная кость — самая большая кость в вашем теле?

Она кивнула.

— Знала.

— Самая маленькая косточка у нас в ухе. Это… — Он наморщил лоб. — Я не могу вспомнить название.

— Стремечко.

— Да, да. — Его глаза загорелись. — Стремечко.

— Что тебе больше всего понравилось в детском саду? — спросил я.

— Перерыв.

Я усмехнулся.

— Мне тоже нравился перерыв.

— Карсон сказал, что вы, ребята, живете в Аризоне. — Холли отхлебнула своей «Маргариты». — На самом деле, он рассказал мне обо всем. О «Кадиллаке» и о том, как тебе пришло в голову привезти его сюда. Это так фантастично. Поездка через всю страну. Действительно… вау.

— Было невероятно снова пообщаться со всеми. — Клара улыбнулась и подняла свой бокал, бросив на меня лишь беглый взгляд поверх его края. — Вчера вечером я отправила девочкам сообщение. Они все просили меня передать тебе привет. И Лондин сказала, что отправит тебе права на машину, прежде чем ты попытаешься сделать какую-нибудь глупость, например, вернуть ее.

Я усмехнулся.

— Мне нужно будет взять у тебя ее номер.

Почему-то я знал, что не будет странным снова поговорить с Лондин. И почему-то я знал, что чувства, которое я испытывал вчера с Кларой, той тоски, не будет с моей бывшей девушкой. Мы с Лондин поговорим как старые друзья, потому что эта дверь закрылась давным-давно.

Я никак не мог сказать того же о Кларе.

Я взял чипсину, зачерпнул немного сальсы и с остервенением вгрызся в нее зубами. Что, черт возьми, со мной не так? Клара тоже была моей старой подругой. Мы были в прошлом. Так почему же я не мог избавиться от вчерашнего чувства? Почему у меня было такое чувство, что я, черт возьми, не с той стороны этого стола?

Холли заслуживала лучшего, чем это.

Я просто должен был пережить сегодняшний день, и жизнь вернется в нормальное русло. Завтра Клара уедет, и я хотел оставить эти воспоминания в прошлом. Двигаться вперед.

— Что вы, ребята, делали сегодня? — спросил я, поедая еще одну чипсину.

Клара подняла взгляд, затем отвела его в сторону.

Да, это не было односторонним. Я мог обманывать себя сколько угодно, но вчера она тоже почувствовала эту искру.

Блять. Я был таким придурком.

— Мы провели большую часть дня на пляже, — сказала она.

— Я построил замок из песка, — гордо сказал Август, поднимаясь на колени, чтобы наклониться и отхлебнуть лимонада через соломинку из стакана.

— И мы в последний раз прокатились на «Кадиллаке». — Взгляд Клары смягчился, и она посмотрела на меня, по-настоящему посмотрела, впервые за этот вечер. — Я надеюсь, ты не против нескольких лишних миль на ней.

— Вовсе нет.

— Жаль, что ты так скоро уезжаешь, — сказала Холли. — Было бы забавно послушать еще истории о свалке. Карсон редко говорит о ней.

Потому что это было не то время, которое я хотел бы пережить заново. Я был зол и проявлял много ложной уверенности в себе. Воровство и драки… Я не особенно гордился собой в том возрасте.

— Что такое свалка? — спросил Август. Малыш не сильно скучал. Очевидно, Клара тоже не говорила с ним об этом. Я сомневался, что она станет это делать, пока он не подрастет.

— Это место, куда свозят старые легковые и грузовые автомобили, которые сломались, — ответил я.

— А их ремонтируют?

— Нет, обычно нет, — ответила Клара. — Они называют это свалкой, потому что большая ее часть превращается в хлам.

— Типа мусор?

Она кивнула.

— Типа мусор.

— А как же тогда «Кадиллак»? Он не мусор.

— Иногда самые лучшие машины спасают, — сказал я. — Именно это и случилось с «Кадиллаком»

— О. Как с моим плюшевым щенком Стаффи, который порвался, но мама починила его, так что нам не пришлось его выбрасывать.

Я усмехнулся.

— Точно.

Август схватил чипсы из корзинки, довольный объяснением. Его любопытство было заразительным, но вопросы, на которые я хотел получить ответы, были не из тех, которые я мог бы задать сегодня. Главным образом, я хотел узнать о его отце. Вчерашняя попытка затронуть эту тему привела к обратным результатам.

— Ты говорил с ней о свалке? — Холли подтолкнула меня локтем.

— Нет. Вчера мы об этом не говорили.

Холли думала, что свалка — интересная часть моей истории. Как и большинство людей, до тех пор, пока они сами не переживут это, они не поймут, насколько это было тяжело. Сколько раз я был близок к тому, чтобы сломаться.

Возможно, это была моя вина, что я не объяснил ей этого. Но зачем мне снова вспоминать о трудностях? Она получила приукрашенную версию прошлого. Для нее это звучало как приключение. Опять же, вероятно, это моя вина, что я не изобразил это в грязном, с ржавым оттенком свете.

Отчасти поэтому вчера с Кларой было так легко разговаривать. Она понимала. Она всегда понимала.

— А что со свалкой? — спросила Клара.

Прежде чем я успел ответить, появилась официантка с нашими заказами. Даже после нескольких минут, которые потребовались Августу, чтобы расправиться со своей кесадильей, когда Клара посмотрела на меня в ожидании ответа, я все еще не знал, как именно это сказать.

— Свалка… ну, она моя.

— Твоя?

Я кивнул.

— Да. Моя.

— Ты купил ее? — Она отложила вилку. — Когда жил в Темекьюле?

— Нет, я не покупал ее. — Я грустно улыбнулся. — Лу оставил ее мне. В своем завещании.

Она опустила взгляд.

— Кто такой Лу? — спросил Август, и щеки его раздулись от еды.

— Старый друг. — Клара погладила его по волосам, затем сосредоточилась на своей тарелке. Хотя ее вилка только подцепила энчиладас.

— Мы его тоже увидим?

Она покачала головой.

— Нет, приятель. Он… умер.

— Ой. — Август опустил глаза. — Как?

— Во сне, — ответил я. — В окружении своих коллекций.